Чтение онлайн

Я задержался у дверей — поближе к источнику света, и пытался трезво оценить ситуацию. Самое здравое, что пришло мне в голову — Сифри на этот раз не при чём. А впрочем, не уверен. Отключение света и прорыв станции могли быть не связаны между собой.

Что касается пробоины — тут гадать не приходилось, на Кибер напали. Но что делают в таких случаях? Идут в атаку? Эвакуируются? Мы ещё ни разу не отрабатывали боевую тревогу. Дайте мне пушку — и я выстрелю. Хоть на бегу, хоть на борту челнока, а может и в свободном падении, могу даже раскрутиться волчком и отстреляться на четвёрочку. Но где взять пушку-то?

И как попасть в ангар? Я побежал было к подъёмнику, но понял, что он тоже обесточен. Коридор заполнялся солдатами из других рот под непрекращающийся грохот и вибрации, пронизывающие всю станцию. Двое имперлеонцев с носилками тащили раненного товарища, взяв курс прямиком на лазарет. Наши попытались их окликнуть и остановить. Майору Голдвингу нужна была помощь. Имперлеонцы неслись, как реактивный поезд и даже не обернулись. Двое крепких парней поволокли майора на себе.

— Эй, придурок! — услышал я у себя над ухом и резко обернулся.

Никого. Робот явно в спящем режиме, держит в руках бэкап старшины. Уж не из ящика это донеслось?

— Господин старшина? — спросил я, наклонившись к контейнеру.

— Йоу, чувак! Да, ты, ты! — снова прозвучало где-то позади. Я повернулся снова и увидел в пятне прожектора нескольких солдат, удивлённо озирающихся вокруг.

— Да шевелись же ты, дурень! Придууууроооок! Не стой столбом, двигайся! — звучало как будто у меня в мозгу, но я проверил, нейролинк ни с кем не соединялся.

— Кого ты назвал придурком? — набычился один боец и отвесил соседу пощёчину.

— Это был не я! Ты долбанулся? — оппонент не остался в долгу.

Я был уверен, что они оба молчали, когда услышал этот оклик. Но получается, до других он тоже дошёл.

— Кто здесь? — тихо спросил я.

— О, круто! Ты меня слышишь, зашибись! Извини, что назвал придурком, это для привлечения внимания. Надеюсь, остальные придурки не сильно переполошились, — явственно услышал я, но не ушами. Я словно думал чужие мысли, но при этом мой нейролинк модулировал тембр голоса как при разговоре. Всё происходило в моём мозгу.

И не только в моём.

— Что за фигня? — донеслось из темноты. — Кто это говорит?

— Ааааа, чёрт. Ну не получается у меня точечно воздействовать. Это, считай, первый раз! — виновато сказал голос. И тут же добавил: — Короче. Как ты уже понял, я у тебя в голове. Чувак…

— ОН У МЕНЯ В ГОЛОВЕ! — истерический вопль взорвал повисшую в коридоре тьму. Всё пришло в движение. Дерущиеся отстали друг от друга и схватились за головы. Кто-то побежал, наткнулся на другого, завязалась новая драка, беготня, крики, маты и большой старый принтер вдруг проплыл по коридору на гравиборде, мелькнув в пятне света. Из его лотка сыпались полупрозрачные листки полимерной бумаги.

— Да-да, я в голове, — продолжал голос, — не обращайте на меня внимания… А те кого это касается, то есть ты, да ты! Который стоит и тупит!

Я ошалело огляделся. Все сошли с ума или только я?

— Поторопись, тупица. Связь вот-вот прервётся, а я всего-то пытаюсь сказать, чтобы ты возвратился туда, откуда ушёл. Тебе дали десять минут, а прошёл почти час!

Так я понял, что странный голос обращается ко мне.

— Что нужно делать? — спросил я тихо.

— Для начала — не отвечай вслух. Это бессмысленно. Двигай телом, в сторону подъёмника.

Но он же не работает, да и не видно там ни черта, подумал я.

— Эту задачку реши сам, — загадочно ответил голос.

— Какие, к чёрту, задачки?! — проорал Джонни. Я узнал его голос.

Нужен был свет. Я осторожно подошёл к прожектору и как будто невзначай развернул луч немного в сторону, чтобы осветить дорогу до подъёмника. Принтер на гравиборде рассекал по коридору возле открытой платформы.

Есть.

— Хорошо. Топай туда и смотри, не притащи за собой хвост. Слишком много вопросов будет, а ответов у нас нет. И посадочное место лишь одно. Твоё. Сечёшь?

— Никуда я не сяду, сам садись!!! — таков был ответ коллективного бессознательного роты Альфа.

— У меня от этого эмоционального потока сейчас мозги вскипят. А они ещё таращатся во все стороны, и я пытаюсь на это не глядеть!

— Они видят через наши глаза! Нами управляют! Майор Голдвинг, что делать!? Вставай, собака! Э! А где майор? Куда его унесли?! ОНИ ПОХИТИЛИ МАЙОРА!!!

Я глубоко вздохнул и совершил пробежку до платформы подъёмника, лавируя между однополчанами, хаотично мечущимися по коридору. Некоторые из них увязались за принтером и нарезали круги, изо всех сил сжимая уши ладонями.

Я на месте.

— Вижу, отлично. Пройди дальше, там дверца. Служебный вход. Он замаскирован, просто постучи.

Я взглянул на пустую стену возле лифта. Ерунда какая-то, гладкий монолит.

— На полу, дубина! — подсказал голос.

Я пригляделся. Квадратная каменная плитка со стёршимся от времени узором. Все секции идентичны. Ничего. Но тут я заметил на уголке одной из плиток приплюснутую блестящую шляпку. Заклёпка. На соседних трёх секциях виднелись такие же.

— Зоркий! — сказал голос.

— Спасибо.

— Это не похвала. Ныряй в люк.

Крышка замаскированного лаза приподнялась и я увидел знакомые объективы, глядящие внутрь меня.

— О, привет! — сказал я. Зоркий глаз кивнул мне и исчез внизу. Я свесил в люк ноги, нащупал ступеньку вертикальной лестницы. И очень осторожно, дрожа от нарастающей тревоги, спускался в абсолютную темноту. Спускаться отвесно в тесной технической шахте— то ещё развлечение. Если бы на мне был мой браслет, то его сенсоры зашкалили бы от прилива адреналина. Мог бы заполнить инжекторы собственной кровью. Лаз был узкий, свет в шахту не проникал, и лишь внизу мерцал освещённый квадратик пола. На его фоне угадывался силуэт спускающегося по лестнице Зоркого глаза.

— Ребята, вы там? — позвал я.

— Давай-давай, Ловелас! Шевели поршнями, — подбодрил меня Нанобот. И эта фраза продублировалась в моём сознании. Нанобот ойкнул и замолчал.

Я с облегчением спустился на пол мастерской. Все были в сборе, Циклоп ободряюще похлопал меня по плечу.

— Как вам это удалось? — спросил я и взглянул на Нанобота. Тот сидел с гордым видом на верстаке и его глаза буквально светились тусклым голубоватым светом.

— Некогда объяснять, — сказал Циклоп. — Нужно выбираться отсюда.