Чтение онлайн

— Ой, Меланка-сметанка, выдергаю я твои телячьи хвостики.

Это о чудесных Меланкиных косах!..

— Ах ты ж, ф-фулиган! — ужасается Меланка. — А еще фу-фу-ражир.

Опять взрыв смеха. Меланка выбегает на дорогу перед арбой и заводит всем известную, шуточную:

Ах какой у нее голос! Юрко смотрит ей вслед, то хмурится, то улыбается. Хочется ему догнать Меланку и дернуть за «телячьи хвостики». Но лагерь уже близко, и потому он солидно шагает рядом с арбой, поправляет сбрую — пускай видят, что ему дела нет, да и некогда обращать внимание на пустое озорство.

А голос Меланки звенит-смеется на весь луг:

И вдруг деланный, ну точь-в-точь как у Юрка, басок гудит;

Юрко кидает камешек. Заливаясь смехом, Меланка мчится к лагерю.

В лагере Юрка уже ждали.

— Что так долго? — сердито крикнула доярка Зина.

— Точно по графику, — проворчал Юрко. — Гляди, — и показал карманные часы. Потом направился к ходикам, висевшим на столбе, и решительно отвел стрелку на десять минут назад. — Ваши спешат…

— Зато ты не очень спешишь. — Зина кинула злой взгляд.

Доярки разнесли зеленый овес по кормушкам и принялись мыть бидоны. Учетчица Мария Щербань, сидя за маленьким столиком, сосредоточенно передвигала шершавым пальцем черные костяшки на счетах. А Меланка чистила телят, приговаривая: «Желтенькие, рыженькие, шелковые мои…» Юрка она не замечала. Он это видел и— странное дело — еще больше хмурился, как раз теперь, когда она его не трогала.

Но вот девушка перехватила хмурый взгляд паренька, всплеснула руками:

— Глядите, кто приехал? Фу-фу-ражир! — И сразу же накинулась на него — Ты чего часы переставляешь? Я их по радио проверяла. Поду-умаешь, у него график… Мог бы и на десять минут раньше привезти.

Юрко сердито отвернулся. А Меланка опять уже забыла о нем.

— Где моя косыночка? — вдруг испуганно вскрикнула она. — Я ее вот здесь повесила…

Она растерянно озиралась. Косынки нигде не было.

— Тетя Мария, вы не видели?

Мария только плечами пожала.

— Зиночка, вот здесь я повесила… Крепдешиновая, голубенькая.

Зина, даже не поглядев в ту сторону, недовольно бросила:

— Кому она нужна, твоя косынка?

Тогда Юрко молча показал на загородку. Там стоял Меланкин любимец, бычок Прыгун, и старательно работал челюстями. Изо рта у него торчал кусочек голубой косынки.

— Что ты наделал?

Широко расставив ноги, Прыгун бездумными глазами смотрел на жеваную, всю в дырочках Меланкину косынку.

— Что ты наделал? Это же мамин подарок…

— Ха-ха-ха, — хохотала Зина. — Вот так умный у тебя Прыгун. Поужинал крепдешином. — Глаза у нее вдруг блеснули. — Дай мне, Юрко, кнут, я его поучу…

— Не смей! — крикнула Меланка, заслоняя бычка. — Ох и злющая ты, Зинка. Тебе жаль моей косынки? А мне не жаль… Не бойся, Прыгунчик, не бойся. Я тебе еще и кофточку принесу. Жуй на здоровьечко…

Доярки смеялись:

— Принеси, принеси…

— Умница мой, — не унималась Меланка, обняв Прыгуна за шею. — Ну что, может, водички хочешь? Иди попей, иди! — И она выпустила бычка из загородки.

Зина мотнула головой.

— Он умница, а ты дура. — И, схватив ведра, пошла к своим коровам.

— Злюка ты, Зинка. Ой злюка, — высоким голосом, в котором звенела слеза, крикнула ей вслед Меланка. — И я знаю — почему, знаю…

Юрко делал вид, что возится с лошадьми, а сам с интересом следил за Прыгуном. Бычок уверенно подошел к рукомойнику и стал тыкать тупым носом в стержень, подхватывая губами струю холодной воды. «Вот изобрел себе автопоилку», — подумал Юрко и отвернулся, чтоб Меланка ненароком не заметила, как он любуется Прыгуном. Все, что имело отношение к Меланке, Юрко считал своим долгом презирать.

Мария Щербань оторвала взгляд от своих бумаг, сбросила костяшки на счетах и сказала:

— Что ж это наших девчат нет? Ой, задержались…

Запахло молоком, звонкими струями падавшим в ведра. Доярки одна за другой подходили к Марии, сливали удой в молокомер и смотрели, сколько набежало.

— От Астры…

— От Пташки…

— От Снегурки.

Мария записывала и приговаривала:

— От Пташки с прибавкой. А что это со Снегуркой? На пол-литра меньше.

Подошла и Зина.

— Говоришь, задержались? — бросила она, не глядя на Марию. — Загуляли наши передовые доярки. А кто за них доить будет?

— Не загуляли, а поехали на совещание, — строго заметила Меланка.

— Как же, совещание… Говорили — на два часа.

— Значит, затянулось…

— Затянулось, — передразнила Зина. — В кино побежали или мороженое едят.

— Ох, Зинка, какая ты завидущая, — вспыхнула Меланка. — Яришься, что тебя не послали? Не заслужила — вот что! Ты поработай, как Даша и Настя…

Они стояли друг против друга, скрестив колючие взгляды: тоненькая, круглолицая Меланка и, постарше ее, широкоплечая, красивая Зина.

— Чего мне завидовать? — скривив губы, сказала она. — Подумаешь…

— Чего ж ты злишься весь вечер? А еще подруга.

— Так что ж, что подруга? Сказать нельзя?.. Ишь какие примерные — опоздали. А кто за них доить будет? Кто?

Зина взметнула юбкой и ушла к коровам.

Пожилая доярка тетка Ивга, молча слушавшая эту перепалку, только покачала головой. А потом спросила:

— Интересно, какие премии нашим дадут?

Никто ей не ответил, и она тоже ушла доить.

А Меланка взобралась на изгородь и из-под ладони стала смотреть в сторону села. Ой, опаздывают девчата. Не уйти им, должно быть… Признаться по совести, Меланка тоже немножко, чуточку-чуточку, завидует Насте и Даше. Поехали в город, получили премии. В газете о них напишут… В самом деле, какие же премии достались девчатам?

Зина опять подошла к столику учетчицы. С размаху вылила молоко из ведра, даже брызги полетели.