Киевский особый…
Шрифт:
К исходу 25 июня на направлении главного удара три танковые и одна пехотная дивизии вермахта продвинулись на 100 км от госграницы, на других участках фронта бои шли в 40–50 км от нее. В полосе 12-й армии и в районе Перемышля бои продолжались вдоль государственной границы СССР. Вечером командование фронта отправило в Ставку очередную сводку об обстановке на фронте [339] :
Оперсводка № 07
к 20.00 25.6.41
1. 5-я армия продолжает упорные бои, прикрывая ковельское и луцкое направления.
15-й стрелковый корпус:
Положение на фронте 45-й и 62-й стрелковых дивизий прежнее. Особо прочно занимает положение 62-я стрелковая дивизия.
87-я стрелковая дивизия двумя полками продолжает вести бои в окружении в районе Устилуг.
Севернее Ковель прикрывают подход к городу одним дивизионом 1-я противотанковая бригада РГК, 1-я танковая рота 41-й танковой дивизии и одна стрелковая рота.
Разведкой установлены мелкие мотомеханизированные группы по дороге от Ратно на Ковель. Мост у Ратно противником взорван. Крупных подвижных частей севернее Ковель не установлено.
27-й стрелковый корпус:
135-я стрелковая дивизия, один стрелковый полк 87-й стрелковой дивизии отходят под давлением превосходящих сил противника в направлении Торчын.
124-я стрелковая дивизия ведет бои на фронте Грушки (3 км восточнее Порыцк), Милятын, Печихвосты.
22-й механизированный корпус (без 41-й танковой дивизии) — в районе Торчын.
41-я танковая дивизия занимает прежнее положение в районе Мацеюв, прикрывает совместно с 285-м гаубичным артиллерийским полком РГК ковельское направление.
9-й механизированный корпус:
131-я моторизованная дивизия на рубеже Рожыще, Луцк, прикрывает переправы через р. Стырь.
35-я танковая дивизия — в районе Ровно.
20-я танковая дивизия — 10–12 км севернее Дубно.
2. 6-я армия ведет упорные бои и удерживает прежнее положение. Результаты контратаки 4-го механизированного корпуса еще не выяснены. В направлении Медыка, Мостиска в 14 часов было отмечено выдвижение крупных механизированных сил противника.
3-я кавалерийская дивизия продолжает удерживать рубеж р. Болотня на фронте Селец, Силаше, Гуйче.
41-я стрелковая дивизия ведет бой на фронте Корне, Поток (Любыча Крулевска занята противником), Верхрата.
159-я стрелковая дивизия, совершив ряд контратак и не добившись положительных результатов, ведет бой на фронте Потылич, Солотвина (6 км южнее Потылич).
97-я стрелковая дивизия контратаковала совместно с 4-м механизированным корпусом в направлении Вельке Очы, результаты не выяснены.
8-й и 15-й механизированные корпуса не контратаковали, к исходу дня заканчивали сосредоточение в исходных районах.
3. 26-я армия в течение дня вела тяжелые бои на своем правом фланге.
99-я стрелковая дивизия — на фронте Гусакув, Балице, Буцув, Медыка, Перемышль.
72-я горнострелковая дивизия двумя горнострелковыми полками обороняет рубеж Ольшаны, Устшики Дольне, два горнострелковых полка — армейский резерв в районе Гусакув, Крукенице.
173-я стрелковая дивизия (без одного стрелкового полка) к утру 26.6.41 г. выходит в район Самбор, Хырув в готовности с утра 26.6.41 г. контратаковать в направлении Крукенице, Мостиска; остальными частями обороняет рубеж на фронте (иск.) Устшики Дольне, Лутовиска.
В районе Санок с утра 25.6.41 г. переправилось до батальона пехоты.
Штаб 26-й армии — Самбор.
4. 12-я армия прочно обороняет госграницу.
В течение дня противник проявляет незначительную активность.
В 13 часов 30 минут артиллерия 60-го зенитно-артиллерийского дивизиона рассеяла колонну пехоты и танков противника, выдвигавшуюся в районе Серет; колонна отошла в южном направлении. Артиллерийским огнем также рассеяно скопление пехоты в районе Герца.
339
Сборник боевых документов… Вып. 36. С. 26, 27.
Для прикрытия разрыва в обороне войск Юго-Западного фронта на рубеж Стопыхова, Галогуры в течение 24–25 июня выдвигались соединения 31-го, 36-го и 37-го стрелковых корпусов. Из-за активного действия авиации противника их выдвижение проходило только ночью, а из-за недостатка автомашин и артиллерийских тягачей пехота двигалась, в основном, походным маршем, артиллерия перемещалась на конной тяге. По этой же причине стрелковые дивизии везли с собой ограниченное количество боеприпасов, горючего и продовольствия. В местах постоянной дислокации из-за нехватки тягачей и лошадей осталась и часть их артиллерии.
К исходу 25 июня части подходивших стрелковых корпусов вышли на рубеж реки Стырь и в районы Луцка, Дубно, Кременца и южнее. 31-й стрелковый корпус был выдвинут на рубеж Стобыхва, Боровиче, Луцк; 36-й стрелковый корпус занял рубеж Тарговица, Дубно, Кременец; 37-й стрелковый корпус развернулся на рубеже Новый Почаюв, Галогуры.
Перед корпусами стояла следующая задача: опираясь на противотанковые районы, не допустить прорыва мотомеханизированных частей противника в восточном направлении [340] . Для прикрытия стыка между 36-м и 37-м стрелковыми корпусами на восточный берег реки Иква выдвигались 14-я кавалерийская дивизия и небольшое подразделение 37-й танковой дивизии.
340
Анфилов В. А.Указ. соч. С. 303.
В этот день состоялся Военный совет Юго-Западного фронта, на котором обсуждались обстановка на фронте и дальнейшие мероприятия по разгрому противника. На нем мнения присутствующих разделились. Генерал-полковник М. П. Кирпонос и генерал-лейтенант М. А. Пуркаев высказали предложение перейти к обороне, заняв подходившими к фронту резервными соединениями выгодные рубежи местности, по линии рек Стоход, Стырь, на участке Дубно, Кременец, Золочев. Механизированные соединения предлагалось отвести за линию обороны стрелковых войск, где привести их в порядок.
Грамотное решение, вполне отвечающее сложившейся на фронте обстановке. Но присутствующий на заседании генерал армии Г. К. Жуков высказал мнение о продолжении контрударов механизированными корпусами по наступавшему противнику [341] .
И здесь, уже в который раз, командующий фронтом не стал отстаивать свое мнение, а согласился со словами Жукова. Да и Ставка требовала от него только наступать.
Конечно, удар по противнику был необходим, но его надо было заранее хорошо подготовить, а это можно было сделать только отведя механизированные корпуса в тыл. Вместо этого — немедленно контратаковать. И в войска поздно вечером был отправлен очередной приказ командующего фронтом [342] :
341
ВИЖ. 1978. № 6. С. 73.
342
Сборник боевых документов… Вып. 36. С. 27, 28.
Боевой приказ № 0016.
Штаб Юго-Западного фронта Тернополь
25.6.41 22.30
1. К вечеру 25.6.41 г. противник сосредоточил в районе Радзехув до двух-трех танковых и одной моторизованной дивизий.
Основная задача войск правого крыла Юго-Западного фронта — разгром в течение 26.6.41 г. радзехувской группировки противника.
2. Главный удар по механизированной группе противника нанести 8-м и 15-м механизированными корпусами, последний с 8-й танковой дивизией в соответствии с задачами, поставленными этим соединениям приказом № 0015 на 25.6.41 г. Исходное положение для атаки занять к 4.30 26.6.41 г. Начало атаки — 9.00 26.6.41 г.
Военно-воздушным силам фронта с 4 часов начать бомбометание по местам скопления танков противника с целью максимального подавления к началу атаки. Атаку предварить и сопровождать мощными ударами с воздуха.
3. Командующему 5-й армией генерал-майору Потапову объединить под своим командованием 9-й и 19-й механизированные корпуса и занять ими исходный рубеж для атаки на фронте Грудек, Рымно (оба пункта 8 км юго-западнее Луцк) с целью содействовать 8-му и 15-му механизированным корпусам в разгроме радзехувской группировки атакой вдоль железной дороги (Луцк, Броды). Исходный рубеж занять к 4.30 26.6.41 г. Начало атаки — 9.00 26.6.41 г.
4. Обозначение своего расположения танками — серия красных ракет. Опознавательные знаки авиации — покачивание на левое крыло.
Замысел заключался в нанесении одновременного удара по флангам 1-й танковой группы с севера и юга с целью разгрома ее западнее линии Луцк, Дубно. Для руководства действиями шести привлекаемых к удару корпусов была создана оперативная группа во главе с первым заместителем командующего фронтом генерал-лейтенантом Ф. С. Ивановым. Для координации действий 9-го и 19-го механизированных корпусов, наносящих удар с северного направления, в войска был направлен начальник АБТУ генерал-майор Моргунов.
Генерал армии Г. К. Жуков распорядился привлечь для удара сосредоточивающиеся соединения 36-го и 37-го стрелковых корпусов. К этому времени и вышедшие к линии фронта соединения 36-го стрелкового корпуса были уже втянуты в бои. Части 13-й танковой дивизии вермахта нанесли сильный удар по стыку 228-й и 140-й стрелковых дивизий, которые начали отход в восточном направлении, оставляя открытым левый фланг и шоссе Дубно — Ровно — Здолбунов.
Таким образом, командование фронта, с разрешения Генерального штаба, бросало в наступление подходившие резервы по частям, обрекая их на уничтожение, лишая себя возможности организовать устойчивую оборону имеющимися в распоряжении крупными силами.
Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский впоследствии вспоминал: «Роль командования округом свелась к тому, что оно слепо выполняло устаревшие и не соответствовавшие сложившейся на фронте и быстро менявшейся обстановке директивы Генерального штаба и Ставки. Оно последовательно, нервозно и безответственно, а главное, без пользы пыталось наложить на бреши от ударов главной группировки врага непрочные „пластыри“, то есть неподготовленные соединения и части. Между тем заранее знало, что такими „пластырями“ остановить противника нельзя: не позволяли ни время, ни обстановка, ни собственные возможности. Организацию подобных мероприятий можно было наладить где-то в глубине, собрав соответствующие для проведения этих мероприятий силы. А такими силами округ обладал, но они вводились в действие и истреблялись по частям… Походило это на стремление обеспечить себя (кто отдавал такой приказ) от возможных неприятностей свыше. В случае чего обвинялись войска, а „волевой“ документ оставался для оправдательной справки у начальника или его штаба. Сколько горя приносили войскам эти „волевые“ приказы, сколько неоправданных потерь было понесено» [343] .
343
Рокоссовский К. К.Указ. соч. С. 55, 132.
Здесь прослеживается вина Генерального штаба и Ставки Главного командования в том, что они, совершенно забыв о таком понятии, как оборона, посылали в войска приказы и распоряжения только о нанесении контрударов по противнику, совершенно не учитывая сложившейся на фронтах обстановки и реальных возможностей своих войск. Приказ был только один — атаковать!
Этим крупным недостатком в руководстве войсками Красной Армии было довольно и командование вермахта. Генерал Ф. Гальдер вспоминал: «Противник бросает в бой резервы, подводимые из тыла. Таким образом, существует надежда, что в ближайшие дни нашим войскам в ходе дальнейшего наступления удастся полностью разбить силы противника, расположенные на Украине… В общем, теперь стало ясно, что русские не думают об отступлении, а, напротив, бросают все, что имеют в своем распоряжении, навстречу вклинившимся германским войскам. При этом верховное командование противника, видимо, совершенно не участвует в руководстве операциями войск… Полное отсутствие крупных оперативных резервов совершенно лишает командование противника возможности эффективно влиять на ход боевых действий» [344] .
344
Гальдер Ф.Указ. соч. с. 15, 16.
А резервов в распоряжении командования Юго-Западного фронта находилось еще вполне достаточно, чтобы организовать устойчивую оборону на направлении главного удара противника. 24 июня в состав фронта были переданы соединения 7-го стрелкового корпуса. Уже подходил к Кременцу и 24-й механизированный корпус, имевший 222 танка. До 27 июня не вводился в сражение и 16-й механизированный корпус. К сожалению, все эти соединения тоже были вскоре неграмотно брошены в бой и понесли огромные невосполнимые потери.