Чтение онлайн

— Хорошо, — Костя посерьёзнел и беспокойно задвигался, пытаясь скрыть, что ему страшно.

— Сам напрямую не распрашивай, постарайся найти кого-нибудь, кто нароет тебе информацию.

— А-а…, - Костя замялся, с трудом подыскивая нужные слова, — они… меня не…?

— Нет, — категорическим тоном заявил Макс. — Тебя не тронут. После всего, что случилось, им придётся быть ниже асфальта, потому что шум уже поднялся изрядный. Сам видел, что сейчас в городе творится. Единственный, кого они попытаются достать, несмотря ни на что, — это я.

Макс сознательно не упомянул Виту, чтобы не пугать девочку. Ещё сорвётся отсюда и натворит дел. Да и в том, что Пирогу ничего не угрожает, он немного покривил душой. Но, от насмерть перепуганного Кости будет мало проку, а без его помощи этот узел ему не распутать.

— Ещё одно, — в голову Макса пришла новая мысль. — Попробуй узнать имя охранника, погибшего этой ночью. Если он работал на Шабарина, может быть остался какой-нибудь след.

— Их было двое, — подала голос, молчавшая до сих пор, Птица.

Держа термос обеими руками, она осторожно налила кофе в пластиковый стаканчик, а затем начала понемножку прихлёбывать, обжигаясь и дуя после каждого глотка на исходящую паром сизовато-чёрную поверхность.

— Кого двое? — непонимающе спросил Костя. Ему и в голову не приходило, что ребёнок что-либо улавливает из их разговора.

— Там, в здании, — пояснила Птица, — два человека были вместе с этими… Антоном Павловичем и остальными.

Макс подумал, что со стороны их с Пироговым лица выглядят сейчас, наверное, несколько глуповато. Если не сказать хуже.

— Откуда ты знаешь? — осторожно спросил он.

— Слышала, — просто ответила Лина и потянулась за последним бутербродом.

— Где? — в унисон спросили Макс с Костей и переглянулись.

— В домике, где свет отключается. Я оттуда долго не могла выйти, потому что рядом сторожили эти Саша с водителем, которых… которые…, в общем, те, что гнались за нами. Ты их тоже видел, — Лина повернулась к Косте. — Они меня привезли.

— Угу, — подтвердил Пирогов, поправляя указательным пальцем очки.

— Так что же они говорили? — не выдержал Макс.

— Что те двое должны были тебя убить, — буднично сообщила Птица.

Рот Пирогова сам собой раскрылся, но он, похоже, этого не заметил.

— И всё? — уточнил Макс.

Память у Птицы не была феноменальной, но страшная сцена, когда два чужих взрослых человека спокойно рассуждали о её смерти, до сих пор не выходила у неё из головы, рельефно высвечивая все детали происходившего.

— Их фамилии Сапаргалиев и Рудаков.

Теперь даже Макс не смог скрыть своего удивления.

— Ты ничего не путаешь? — на всякий случай переспросил он.

Лина укоризненно взглянула на него из-под упавшей на глаза чёлки.

— Ничего себе, — только и смог сказать Костя.

«Вот тебе и первая ниточка», — подумал Макс. Даже, если кто-то из этих двоих и есть тот убийца, расстрелянный в подвале, всё равно остаётся ещё один. Завтра же он заберётся в базу данных охранной структуры Каземата и попробует найти всё, что есть на этих Рудакова и Сапаргалиева. А затем уже можно будет вплотную заняться уцелевшим. Нет, поистине эта девочка — настоящий ангел-хранитель. Да и внешне она — вылитый ангелочек. Жаль, не задалась у девчонки судьба. Макс почувствовал, как у него сжалось сердце при мысли о том, что и у его Виты изломалась жизнь, и сейчас она где-то может быть одна, без друзей и родной души. Он с безотчётной тоской посмотрел на сидевшую перед ним девочку.

— Ты не голодна? — с непривычной теплотой в голосе спросил он.

Птица пожала плечами:

— Всё равно, ведь, больше ничего нет.

— Тоже верно. Спать хочешь?

Лина кивнула и, прикрыв рот ладошкой, протяжно зевнула. Глаза у неё, и правда, слипались, голова гудела, все мысли разбежались, оставив лишь одну: «упасть и уснуть». Забыть, хоть на несколько часов, о всех неприятностях, навалившихся на неё и продолжающихся увеличиваться и нарастать, подобно снежному кому, который хочет, во что бы то ни стало, смести с лица земли её, Лину Воробцову. Если бы у них в классе, наряду с чтением и математикой, в головы детей вдалбливали закон Божий, Птица могла бы решить, что всё это — расплата за её минувшие прегрешения. А грехов, несмотря на юный возраст, за Птицей числилось воз и маленькая тележка, ибо безгрешные в жестоком мире Рыжеватовского интерната не выживали.

Освободив ей место для ночлега, Макс и Костя вышли на улицу, к припаркованной у входа в подвал машине.

— Ну и девка, — восхищённо сказал Пирогов. — Меня ещё тогда поразило: не успел никто и глазом моргнуть, как она сдёрнула. Огонь! Твоя?

— Нет, — качнул головой Макс. — Тоже Вита Лазарева, но не моя.

— Жаль, — вздохнул Костик. — То-то я смотрю, вроде ни на тебя, ни на Марину не похожа. Но, толковая девчонка, должен сказать. Таких, наверное, одна на тысячу.

— На миллион, — грустно улыбнулся Макс.

Он глубоко затянулся сквозь зубы холодным ночным воздухом.

— У тебя какие планы на завтра? — спросил Костя.

— Займусь этими ребятами из охраны — Сапаргалиевым и Рудаковым. А ты, Костик, мне, в первую очередь, пробей того, кто погиб сегодня в перестрелке.

— А с девочкой что? Отведёшь домой?

— Она интернатовская.

— Ну, в интернат.

— Туда ей сейчас нельзя. Пусть посидит здесь, пока всё не закончится.

— Пускай побудет, — согласился Костя. — Только ты предупреди её, чтобы из подвала не выходила. Вас, наверное, искать будут по всему городу, каждый угол обнюхивать станут. А дети, ты же знаешь… Начнёт бегать здесь по округе, засветится… Или заметит кто, что ребёнок в подвале живёт, стукнет, куда не надо. Пусть лучше посидит безвылазно. Вплоть до того, что запирай её, когда уходить будешь.

Макс согласился с Пирогом, потому что и сам думал о том же. Впрочем, девочка была не главной его проблемой на ближайшие дни. Он ещё раз подробно проинструктировал Костика, какие сведения тому нужно раздобыть в первую очередь. А затем долго стоял у решётчатой двери, глядя вслед удаляющейся машине Пирогова.

Алое зарево на востоке уже залило половину неба. Яркие лучи восходящего солнца возвестили о неотвратимом наступлении нового дня. Город сонно заворочался, пробуждаясь.

А где-то вдалеке, то и дело, продолжали мелькать всполохи милицейских мигалок.

В эту ночь Максу так и не удалось выспаться. Когда он спустился вниз, измотанная событиями прошедшего дня, Птица уже крепко спала, свернувшись калачиком. Под головой у неё лежал рюкзак, который она обхватила обеими руками. Лицо девочки было бледным и немного осунувшимся после всех перенесённых волнений, но, в то же время, это ещё больше придавало ей сходства с невинным и беззащитным ангелом, и казалось, что она спит не на грубо сколоченном деревянном топчане, а парит на невесомом облачке. Макс постоял рядом, думая о том, как ему поступить с этой девочкой. Но всё, что приходило сейчас в голову, никуда не годилось. Вита, конечно, связывала его, представляя собой новую проблему, и проще всего было бы отправить её обратно в интернат. Но, там девочку достанут Шабарин или милиция, а у этой малышки в голове теперь была уйма информации, которой очень не хотелось бы делиться ни с теми, ни с другими. А самое плохое то, что она знала о Косте. Максу хотелось в первую очередь обезопасить Пирогова, поскольку тот был ему очень нужен. Костик — это ещё одна пара рук, ушей и глаз, которые могли действовать относительно свободно, в отличие от него, Макса. Поэтому, ему придётся позаботиться о своей однофамилице ещё какое-то время.