Чтение онлайн

«Ты силен,» – сказал Шут, и Айон Один, почти горизонтально к земле, полетел к голове соперника – это не простой выпад, не может быть простым, слишком очевиден и не прикрыт.

«Я умел», – ответил знакомый ему клинок, сделав едва заметное, почти неуловимое, но очень опасное движение – ага, вот он что задумал! Крифа тогда хохотал, громко, держась за живот, когда его клинок спустил штаны с Шута тем самым приемом, которому он сам же и научил принца… Сейчас, под громкий рев болельщиков, Шут успел остановить меч, целящийся в его живот.

«Ты достойный противник», – сказал меч Шута, встречая удар.

«Я много учился», – чуть скомкав фразу, немного неуклюже ответил меч противника, прочертив иероглиф «труд». От этого прием оказался злее и опаснее, хоть и потерял в красоте – ого, а этому Крифу никто не учил! Или это уже не Крифа..? Шуту понадобилось действительно много труда, чтобы уберечься от острой металлической буквы.

«Как тебя зовут?» – задал коварный вопрос Шут. Отвечая на него, говоря имя меча, Крифа всегда открывался, замедлялся, и Шут неизменно ловил его, называя имя своего меча – «Луч Света», и острие его меча застывало прямо у горла соперника. Мало кто успевал остановить его, это был его коронный выпад, по которому его узнавали в бою незнакомцы, но…

Приезжий ловко уклонился, и острие пролетело мимо вожделенной цели – его ворота буквально в каких-то ничтожных долях волоса; и собственные отсеченные волосы Шута светлой паутинкой ссыпались из-под блестящего отточенного лезвия на плечо. Приезжий, сделав короткий замах, встал в позу ответа – и рубанул:

«Инушар Один,» – очень, очень короткий замах, описывающий дугу и отталкивающий метящий в ямочку на шее Луч Света, и крестообразное рубящее движение – как горох, посыпались металлические заклепки с ворота Шута, и королевский меч, мигнув на прощание изумленному Шуту знакомым рубином на рукояти, с коротким лязгом, невежливо и презрительно, моментально вошел в ножны, даже не салютовав побежденному. Вот как.

Шут изумленно мигнул… и уселся на зад, опомнившись от наваждения, под громкий свист и улюлюканье сонков.

И воспоминание об имени титуле снова ушли, растворились – а всего мгновение назад он помнил, кто он и как его зовут. И снова он – просто Шут…

– Ваш воротник перерублен, – проговорила Кинф с достоинством, мучительно хмуря брови и стараясь вспомнить что-то («Где я видела это лицо?»), но хищник вновь вполз в её разум, наполняя её лицо темнотой, в которой загорались, как красные раскаленные угли, недобрые глаза.

Черный, а где ты видел добрые красные глаза? У белых мышек, разве…

И появилась мысль убить, опустить свой меч на светлую голову, чтоб он напился кровью, чтоб брызнула живая, еще горячая влага прямо на лицо, на губы, и утолила жажду! И голоса в голове твердили тихо и страстно, горячо и страшно: «Убей, убей!»

И вокруг все смеялись и орали: «Убей!» И на троне хохотала вторая половина черного «я», торжествуя такую славную победу.

– И ваша голова на месте,- насмешливо произнесла Кинф, едва поклонившись. Светлые глаза смотрели на неё с удивлением, но без страха. Может, поэтому она не смогла убить? – Думаю, она пригодится вам в разговоре с царем, – она подмигнула озорно взбешенному Чету и взбежала легко к Тийне. Та торжествовала и даже не скрывала своего ликования; голова её была гордо вздернута, на губах сияла улыбка, презрительная и гордая одновременно. Из-за меня, говорила она, которую вчера еще ты, подлый Шут, называл замарашкой, сегодня ты же сражался, и проиграл. А искусный воин, повергший тебя, с таким почтением целует край моего платья, опустившись на колено!

Во, блин, какая любовь-то!

Кинф подняла на неё взгляд покрасневших глаз и произнесла:

– Жду тебя в храме Чиши с головой отца твоего!

– Да, муж мой! – ответила Тийна.

*************************************

Стой, Черный, тормози!

Сам тормози. Я тебе что, дизельный электропоезд?

Чего?!

Ничего. Только тормозить все равно не буду.

Ладно, не тормози. Переключись только на Тийну – эта девушка становится мне все более интересна.

Не буду; ты своими гадкими замечаниями все портишь.

Я?! Порчу?! Я не порчу!!!

Портишь.

Ладно; история нас рассудит! Но ты-то будешь дальше рассказывать, или мне самому…все испортить?

Шиш тебе!

====== 2.ДЕНЬ. ======

**************************************

– Я тебе хребет перерублю! – зашипел Чет, едва Шут оказался позади его трона. Так стыдно ему не было никогда; ему казалось, что пот с шипением испаряется с его щек, и кожу покрывают белые пятна соли. – Какого демона.!?

– А что ты хотел?! – зашипел в ответ Шут, нервно стягивая на груди распоротую одежду. – Ну, просчитался я, что теперь?!

– Нанести неслыханное оскорбление гостю! – шипел царь; от стыда ему нестерпимо хотелось сползти с трона и спрятаться под столом. На его счастье, поздравляющие молодых со славной победой сонки отвлекли внимание гостя от его персоны, не то Чет провалился бы прямо сквозь землю. – А если бы ранил его?! Как бы я объяснил это его покровителю-Дракону? «Баба, не поднимет меча, своими королевским изнеженными ручками»! Так ты говорил?

– Царь! Слушай меня – это принцесса Кинф! Я убеждаюсь в этом раз от раза; её обучал бою её брат Крифа, я не могу спутать его манеру драться ни с какой другой, потому что в свое время сам обучал его! И выиграть она смогла лишь оттого, что точно знала, как я буду действовать – и исправила ошибку, которую всегда совершал её брат!

– Достаточно! Я не верю тебе больше! И знаешь, почему? Посмотри на этих людей, на тех, кто сидит с нами за одним столом, – Чет кивнул на веселящихся. – Посмотри на советника, посмотри на Первосвященника – их рыла я вижу каждый день, и никогда еще не видел в них такой одержимости. Они хотят мою дочь; я не знаю, что за колдовство она свершила, но они жаждут её. Все, все до единого! И ты, думаю, не исключение. Но ты гаже и подлее любого их них, потому что в своей ревности хочешь устранить соперника таким образом, пороча его и наговаривая на него чудовищные вещи, и пускаешься на такие изощренные уловки, что делаешь это на моих глазах, а я иду у тебя на поводу! Признайся, что и этот поединок ты затеял, чтобы просто ненароком убить женишка! Но он молодец, уел тебя!

– Нет, о, нет!!!

– О да.

– Да говорю тебе! – воскликнул Шут. – О, боги… мне трудно признаться в этом, но… Когда-то я был влюблен в эту женщину, ты это знаешь. И страсть моя не погасла во мне до сих пор, несмотря ни на что. Я не мог удержаться!

– О чем ты?!

– Я был у неё этой ночью, царь. Я целовал и ласкал её. Я гладил её грудь, я еще помню вкус её соска на своих губах, – по лицу Шута пошла мучительная судорога, он вспомнил страстную и жаркую возню в темной комнате, задыхающиеся от страсти губы, спутанные волосы под своими руками, напряженную шею… – Я знал, что это за женщина. Я солгал тебе, когда сказал, что мне просто знакомо её лицо, я знал наверняка, кто это.

– Вот демон! – Чет вновь моментально взмок и вжался в свой трон. – Блудливый кобель! Тогда какого… она тоже выглядит влюбленной в Тийну! Или она родилась истинной кинф?

– Не думаю, – усмехнулся Шут. – По крайней мере, сегодня ночью она была не против моих ласк. Нет, думаю, все же она любит мужчин.

– Притворяется?

– Нет. Принцесса Тийна приколдовала её – именно на неё направлена эта магия.

– Так чего же ты мня пугаешь тогда? Кинф это или нет, а она сделает то, что прикажет ей моя дочь!