Чтение онлайн

— Я так поняла, что вы к чему — то ведете? Давайте без прелюдий. Прелюдии для меня хороши только в одном случае.

— Я понял ваш намек, и позже мы обязательно поговорим на эту тему, — Фрид выразительно поднял брови, — у меня даже есть к вам ряд предложений по этому поводу. — И предотвратив мое возмущенное «фи», поспешил продолжить. — Впрочем, в этом вопросе, я настаивать не буду. Я не насильник и предпочитаю в сексе только добрую волю.

— Вы меня успокоили, — фыркнула я, — я тоже предпочитаю с маньяками дела не иметь.

Сэм озорно улыбнулся, что очень не шло к его холодному и аристократическому лицу:

— Ну вот, в одном вопросе мы уже с вами пришли к взаимопониманию.

Обстановка немного разрядилась.

— Наше правительство разработало, на мой взгляд, очень перспективный план — открыть на какое — то время межмировой портал и привлечь в наш мир часть людей из этого мира.

— Что вы имеете в виду? Позволить переходить туда — сюда всем, кто захочет? А как же мировая тайна, которую вы защищали с пеной у рта?

— Вот в этом и загвоздка. Верховные представители этого мира категорически против подобных разоблачений. Вы же в курсе, что этим миром правят теневые кукловоды?

— Вы о чем? Имеете в виду так называемых масонов?

— Их называют по — разному, масоны — это одно из определений. Не в названии дело, а в том, что именно эти люди решают пути развития данного мира. Именно они входят в межмировой Совет, допущены ко всем тайнам развития Вселенной, своего и других ее миров. Они далеко не дураки и понимают, что наш мир будет предпочтительнее при выборе, и стоит людям, живущим здесь, узнать, что можно уйти в наш мир, полный магии и определенных привилегий, ситуация перевернется на сто восемьдесят градусов. Этот мир опустеет. И кем тогда им повелевать?

— Да, ситуация неоднозначная. От власти еще никто не отказывался. Кроме того, уход большого числа людей отсюда, откинет этот мир назад в своем развитии.

— Мы просчитали риски. Будут, конечно, ухудшения, но незначительные. Мы готовы предоставить свою помощь в решении многих вопросов.

— Сэм, а что вы прицепились к этому миру? Вы же сами сказали, что вокруг полно других миров. Не хотите открыть портал для оборотней и вампиров? Они тоже с охотой шагнут в наш мир, — ехидно спросила я.

Сэм смотрел на меня глазами, полными вселенской грусти и качал головой:

— Элла, Элла, вы же дитя нашего мира. Неужели у вас не осталось хоть капелька патриотизма и любви к своим согражданам? Какие оборотни? Какие вампиры? Вы хотите, чтобы мы еще и боролись против всякой нечисти?

— Сэм, Сэм, — покачала я головой в ответ. — А в вашем мире меня казнили, меня уже там нет. Этот мир мне тоже домом пока не успел стать, но многие его явления я успела полюбить. А у нас ванн Реев принцип: «Не предавай».

— Так почему ваш отец не следовал этому девизу? — язвительно осведомился Фрид.

— Наоборот, мой отец именно этому девизу и следовал. Он и не собирался предавать обычаи и традиции нашего рода и нашего народа. Один муж — одна жена. Скажите честно, ванн Клеменс соблазнился именно многоженством? Ему одной меня было мало? Сколько живу, столько убеждаюсь, у вас мужчин не голова, а головка думает.

— Ванн Клеменс расширил сейчас свои владения за счет ваших, если это вас интересует. У него сейчас самые большие владения по эту сторону гор. И да — у него самый большой гарем в королевстве — двадцать шесть жен.

Я присвистнула.

— Так судьба меня чуть не свела с мужчиной — гигантом, с мужчиной — осеменителем? А сколько у него родилось детей за эти пять лет?

— Семеро.

— И сколько мальчиков?

— Ни одного. Но у него не сразу появилось столько жен. Последних пятнадцать он взял буквально за текущий год.

— И хоть одна из них понесла?

— Нет, ни одна. — Сэм внезапно подался всем телом вперед и звонко, от души расхохотался. — До этого разговора мне в голову не приходили эти факты. Вы что — то сделали с ним?

Я покачала головой:

— Вряд ли. Моя магия нестабильна. Я не могу вызвать ее по желанию. Она приходит сама и приходит спонтанно. Может быть, что — то и сработало, когда я увидела его, хозяином расхаживающим по нашему поместью, но, уверяю вас, это был стихийный всплеск.

— А сколько вам лет сейчас?

— Не буду жеманиться, мне двадцать два. А тогда, при тех событиях, было всего шестнадцать.

— Да, в шестнадцать мог быть только спонтанный выброс. А здесь и сейчас вы ничего не чувствуете?

Я покачала головой:

— Нет.

— Хорошо, поговорим об этом позже. Сейчас о деле: у нашего правительства есть интерес к этому миру. Нам нужно продавить наше предложение, уже озвученное мной. Нам нужны здоровые, сильные мужчины. Их соединят с девушками — аристократками, и от таких браков должно родиться очень сильное потомство с носителем Дара матери. Как вы знаете, это наиболее талантливые дети.

— Да, знаю. Я так поняла, что вся закавыка в том, чтобы договорится со здешними масонами приватно, не оповещая межмировое правительство? Вы же не хотите, чтобы за этот факт ухватились нежелательные миры?

— Да, мы тогда от них не отобьемся. И ведь все преподнесут в виде дружеской помощи. Испоганим наш мир.

— Хорошо, что вы хотите от меня?

Фрид сразу стал серьезным:

— Мы уже несколько лет работаем в этом направлении. С некоторыми из сильных мира сего нам удалось договориться. Они, кстати, оборотистые ребята и из всего умеют извлечь свою выгоду. Мы заручились их поддержкой, и уже рассчитывали на положительный результат, но в этом году сменился их Глава.

— Президент? В этом году были выборы. Значит он…

— Ничего это не значит. Все президенты куклы, марионетки, ставленники той или другой стороны. Сменился Глава Совета Сильных Мира Сего (ССМС).

— Ну, хоть имя его вы мне скажете? Или я буду действовать вслепую? — Я ехидно подняла брови. — Мое задание связано с ним? А какое задание, кстати? Залезть к нему в дом, вскрыть сейф и похитить важные документы? Так это не ко мне, вам нужен медвежатник, а еще лучше соберите одиннадцать друзей Оушена.

— Как ни странно, вы почти правы: с Главой Совета нам не удалось договориться, значит, нужно его дискредитировать и сменить на лояльного нам.