Чтение онлайн

— Ро-о-обин, — негромко позвал Йован.

В кустах зашуршало, но, к его большому разочарованию, оттуда вышмыгнул ёж и возмущённо зафыркал. С торчащими иголками и злобным взглядом зверёк мог бы выглядеть угрожающе, если бы не был размером с два кулака.

Йован присел на корточки и посмотрел в немигающие чёрные глаза.

— Ну чего ругаешься? Я иду себе спокойно, никого не трогаю, а ты так… Эй-эй, куда?!

Ёж вдруг с шипением метнулся в его сторону, быстро перебирая лапами. Такому внезапному броску и зловеще приоткрытой зубастой мог позавидовать даже крокодил. Чтобы спастись от подобной атаки, нужно было обладать реакцией и ловкостью антилопы, но Йован был всего лишь человеком. Вскочив, он запнулся то ли о корень, то ли о собственную ногу, и упал бы, но за спиной оказалось что-то мохнатое. В его воображении сразу возник голодный гризли, и он, быстро рассудив, что если ёж всего лишь откусит ногу, то медведь проглотит целиком, отпрыгнул в сторону наименьшего зла. Однако испуг Йована мигом пропал, стоило ему обернуться. Из драной шкуры смотрело знакомое прогнившее до черноты лицо.

— О, Тук, рад тебя видеть!

Монах стоял неподвижно, будто не узнавая Йована. Выцветшие глаза с серыми прожилками казались сделанными из мрамора, а лицо и руки — слепленными из глины вперемешку с грязью, ещё не высохшими и лоснящимися от влаги.

— Помнишь меня?

Тук даже не шевельнулся, однако то, что он не напал сразу, вполне можно было принять как положительный ответ.

— Отведи меня к Робину, — попросил Йован. Ему хотелось бы сперва попробовать выведать у мертвеца какую-нибудь информацию, но он опасался, что Гуд окажется где-то неподалёку и узнает о предательстве одного из своих слуг.

Прошло несколько минут, прежде чем Тук кивнул. Но он не спешил двигаться — оказалось, что это была реакция на первый вопрос.

— Отведи, — Йован пальцами изобразил ходьбу, а потом указал на себя, надеясь, что до монаха так дойдёт быстрее, — меня к Робину.

Мертвец некоторое время смотрел на него тупым взглядом, а потом взял за рукав и потянул за собой. На пути росли невысокие, но густые кусты высотой примерно по колено. Тука это ничуть не смутило: он бодро шагнул в заросли, не обращая внимания на колючки, зацепившие его уже порядком изодранную шкурку-накидку.

— Чувак, давай без рук!

Йован попытался вырвать запястье из хватки, но окостеневшие пальцы только сжались крепче. Ему оставалось только смириться и поблагодарить свои длинные рукава за спасение от прямого контакта с кожей зомби.

От быстрой ходьбы, местами переходящей на бег, стало в несколько раз холоднее. Но сколько бы он не просил Тука замедлиться, тот как будто не понимал, чего от него хотят.

— Твой хозяин заколдовал лес, — пытался объяснить Йован. — Чем больше тепла производит моё тело, тем сильнее становится мороз. Ты знаешь, что это такое? Помнишь зимы, снег?

Монах то ли не помнил, то ли просто не желал тратить свои скудные мозговые ресурсы на нытьё какого-то там живого человечишки. Как бы то ни было, он не только не сбавил темп, но даже ускорился, будто назло. Йован подумал, что, с какой-то стороны, в не-жизни зомби были свои преимущества: они не чувствовали ни жары, ни холода, ни боли, могли бегать босиком по камням и колючкам… Все повреждения восстанавливались с помощью колдуна, а если бы этот колдун оказался достаточно талантливым, чтобы сохранить разум мертвеца, то существование в виде нежити могло бы быть не таким уж и плохим. Разумеется, за исключением того, что они обязаны исполнять приказы.

«А ещё еда. Ни вкуса, ни запаха… Да ну нафиг».

Этот пункт быстро раздавил все зачатки зависти. Нечувствительность зомби теперь казалась очень сомнительным преимуществом. Впрочем, это не означало, что Йован стал смиренно терпеть ежесекундные уколы шипов и удары хлёстких веточек — он проклинал лес, кусты, Тука, туристическую компанию с её скидкой, на которую он купился и выбрал Англию, а не любую другую страну.

Лес вокруг поредел, но это не сделало его более легкопроходимым, потому что землю почти сплошь покрывали колючие заросли. Такое обилие казалось странным даже для нехоженой чащи — возможно, и здесь не обошлось без магии.

Монах остановился так резко, что Йован по инерции чуть не врезался в него.

— До чего же интересное зверьё нынче гуляет по лесу, — раздался мрачный смешок в стороне. — Оленей всё меньше, зато людишки вовсю шныряют вокруг, вынюхивают что-то.

Робин сидел под деревом, укутанный в несколько слоёв шкур, теперь они не закрывали только лицо и кисти рук, которые заметно покраснели. Похоже, эффект морозных чар не миновал и его. На его коленях лежали бумаги, истончившиеся, в жёлтых пятнах, но не слишком ветхие, которые он внимательно читал, пока его не потревожили. Йован прикинул, не получится ли быстро выхватить пистолет и выстрелить в голову разбойника. Но несмотря на то, что дистанция была небольшой, а лук и стрелы, даже заколдованные, явно уступали огнестрельному оружию, он всё-таки не решился.

— Что тебе нужно? — спросил Робин.

— Я пришёл сказать… — в голосе было меньше уверенности, чем хотелось бы. — Сказать, что сделал всё, как ты просил. Убил Гая.

Гуд бросил на него скептический взгляд и снова вернулся к своему занятию. Казалось, он уже смирился со своим безрадостным положением и вряд ли мог поверить в хорошую новость.

— Прошло немало времени.

— А ты думаешь, его легко застать врасплох? — деланно возмутился Йован. — Пока я добрался до кинжала, пока улучшил момент, чтобы напасть и отрубить руку…

— Чем докажешь? — перебил Робин, нетерпеливо постукивая пальцами по колену. — Не вижу при тебе ни кинжала, ни руки.

— Я как-то не привык носить с собой отрезанные конечности…

Разбойник со вздохом поправил сползшую с плеча шкуру и запахнулся поплотнее. Йован заметил, что черты его лица как будто заострились, под глазами появились круги, и в целом он выглядел как-то болезненно, что было очень странно для бессмертного. Причиной могло быть только колдовство, несколько заклятий, отнимающих слишком много сил.

«Так, магический холод, восстановление зомбаков… Что ещё он делает?»

Йован подошёл поближе, стараясь рассмотреть, что написано на бумаге, но Гуд тотчас сгрёб свои записи под накидку.

— Я не поверю, пока не увижу голову этого пса.

— Если я вернусь, люди меня в буквальном смысле растерзают!

— Тогда я убью тебя прямо сейчас, — Робин враждебно смотрел на него, нащупывая что-то под слоями шкур.

Нужно было придумать оправдание, иначе новообретённое бессмертие грозило показать себя во всей красе.

— Хочешь, поклянусь на крови? — выпалил Йован.

Взгляд разбойника был полон подозрения. Гуд сделал незаметный знак Туку, и тот с тихим шуршанием, хотя обычно передвигался бесшумно, начал подбираться к ним, готовый атаковать или броситься на защиту хозяина в любую секунду.

— Откуда ты знаешь про такие клятвы?

— Да все про них знают! Самый крепкий договор на свете и всё такое. Как непреложный обет, только без палочки… — злобный вид Робина говорил о том, что много болтать определённо не стоит, поэтому Йован отказался от этого приёма. — Шериф рассказал.