Кирка и Вороновы дети
Шрифт:
Одни черные, другие цвета львиной шкуры.
Лосины оказались тонко вычиненными кожаными штанами, наподобие джинсов в облипку.
— А, — несколько скептично окинул взглядом это с виду маломерное нечто.
— Не переживайте, — кивнула в сторону ширмы одна из девиц, — они магические и подстраиваются под хозяина.
— Примерьте одни, — вторые самонастроятся в тот же размер.
И еще они дали мне рубашку черного цвета и диковинным жабо, и серебряной вышивкой на манжетах.
Решив не пугать своих студентов в первый день, начал с бежевых штанов.
Девушки не соврали, казалось, что штаны обладают собственным интеллектом, присел пару раз, проверяя их на крепость и они слегка раздвинулись в посадке. Поднял ногу согнув колено, потом другую, и они комфортно заструились спереди, не заставляя чувствовать себя балеруном.
Рубашка выглядела несколько странной, манжеты скорее выглядели как браслеты, из сегментов, расширяющихся на ладони и плотно охватывающие запястья.
В плечах все же она была маловата, и я вышел к девушкам, так и не застегнув ее на своей груди.
Мысль, что они ее подсунули мне специально, что бы полюбоваться каменным прессом и курчавой дорожкой волос от пупка, мелькнула на секунду, когда они томно вздохнули, обнаружив, что я заставил брюки сесть более просторно, чем носили некоторые франты.
— Не шевелитесь, — скомандовала Ширли, или Мирли, я сомневался, что смогу их различать.
— Когда я скажу раз, вы будете медленно вдыхать, стараясь по максимуму растянуть ткань!
— Оригинально, — решил я, особенно в контексте того, что ткань однозначно не обладала свойствами эластана.
— Раз, — скомандовала девушку.
Я медленно вдохнул, ожидая услышать треск, но на секунду мне показалось, что под тканью заструился прохладный воздух, превращая ее в текучее полотно.
Взирая на себя в зеркало в пол, я должен был признать талант этих достаточно юных девиц.
Все сидело на мне идеально.
Мне вручили вычурный ремень, темно коричневый с изумительным тиснением на толстой коже.
«Преподаватели обычно носят пиджак или жилет», — протянула одна из них, но, к сожалению, с ним вам придется подождать. Зайдите к нам вечером, возможно мы порадуем вас еще чем-то.
— Сапоги, — напомнила одна другой.
— Точно, — мне протянули добротную пару сапог из тонкой кожи.
И на встречу со своими студентами я отправился, чувствуя себя королем.
На стадионе я обнаружил два лагеря.
В общем итоге моими оказались пятнадцать человек. Стенка на стенку показывала деление, не уяснив по какому принципу оно произошло, я прислушался к их перепалке.
Ага, дикие и селюки, — эпитеты, которыми награждали своих оппонентов более утонченные с виду студенты, говорило о делении по социальной лестнице, хотя я и не заметил каких-либо явных признаков, что такое деление существовало в этом обществе.
Выступая к месту ссоры, я понимал, что от меня зависит, какой командой выйдут все эти одиночки под безумное небо планеты по истечении срока обучения.
— Куратор, — взвизгнул паренек, который не принимал участия в разборке.
Остальные нехотя перестроились, соблюдая видимое разделение.
Приятным бонусом оказались пять девушек. Причем три из них в команде аутсайдеров, как я обозвал более простых студентов.
Две аристократки блистали той утонченной красотой, которая достигается не одним поколением селекции, запоздало заскреблась мысль о том, что таким образом папаши решили спрятать дочерей от внимания Нижнего мира.
Или же они охотницы за мужьями?
— Меня зовут Амир, — начал я свою вступительную речь, — я куратор вашей группы и факультета, раз уж вы являетесь первопроходцами в этом мире.
— Только от вас зависит, какой путь вы выберете в жизни и чего добьетесь в последствии. Главное — ставить высокие цели и стремиться к ним. Я хотел бы, чтобы каждый назвал свое имя и цель, ради которой он пришел на факультет исследователей.
8.4
Сказать, что я был удивлен, это ничего не сказать.
Если все студенты в Высшей школе преследовали такие задачи, которые поставили перед собой мои, то можно было не переживать за будущее этой планеты.
Пусть немного наивно, без понимания сложности аспектов в достижении мечты, но это было сильно.
Механический плуг, покорение воздуха, трансформационные экраны, прообраз скафандра, — они сыпали на меня своими идеями и я неожиданно понял, что исчезла граница и вот уже гордая аристократка слушает, как сын кочевника описывает свои идеи о полярности света и светофильтрах, она начинает помогать ему терминами, которые знакомы ей и описывают более емко то, до чего он дошел интуитивно.
Они все вдруг перестают коситься в сторону соседа с чувством собственной значимости, у них у всех загораются глаза, когда тот подросток, что не участвовал в игре бицепсов, начинает рассказывать о природе магии и наблюдениях о магических потоках и дисбалансе в окружающем мире.
Мы проговорили больше двух часов и расстались удовлетворенные друг другом. Точнее расстались мы позже, а сейчас подходили к столовой, где начинался ужин.
Помещение студенческой столовой напоминало шумную ярмарку. Я сразу же заметил длинную стойку, за которой работали на раздаче обычные люди, обслуживая шустро движущую очередь.
Меня пропустили вперед.
Я заказал бифштекс, овощи-гриль, несколько кусков мясного пирога и на поднос мне поставили стакан со сметаной.
Отыскивая места моего факультета, заметил спину преподавателя, проскользнувшего в зал в глубине помещения.
Скорее всего, все же для преподавательского состава есть более спокойное место, — размышлял я, идя в ту сторону.
Краем сознания отмечая, восторженные ахи со стороны женской части учащихся, понимал, что не замеченным я хоть так, хоть этак не остался бы.
В небольшом зале было тоже не тихо. Старожилы облюбовали стол, за которым я обнаружил и Ректора, визировавшего наши контракты.
Склонил голову в кивке, ответив на его приветствие, и заспешил в сторону Кирки и Сома, устроившихся в отдалении.
У женщины был потрепанный и усталый вид.
— Бессонная ночь, — поддел ее, когда она подняла глаза от тарелки с горой овощей и кусочков мяса.
— Я чувствую себя смертной, — выдохнула она грустно.
— Но это же такой бесценный опыт, в твоей богатой на приключения жизни. И к тому же у тебя всегда есть бесплатный массажист, не так ли Сома.