Чтение онлайн

С другой стороны, тот, кто давал интервью, в разговоре был более чем откровенен, потому что привык к журналистам и доверял им. Он понимал, что они действительно интересуются его жизнью, а не забежали на пять минут, чтобы пожужжать камерами и убежать в свою уютную столицу.

Вот почему программы получились.

Вот почему зрители, как и я, не отрывали глаз от экрана, качали головами и восхищенно спрашивали друга, как же удалось заснять такие невероятные монологи.

Возвращаясь к истории с интервью и моим другом, отметим, что у него не было особых желаний. Ему нужно было свидетельство настоящего, а не формального интереса к своей персоне. Но этого не было.

И ведущий получил то, что заслуживал.

Формальные ответы раздраженного человека.

И нечего обижаться.

Итак, давайте отметим и твердо запомним, что главной составляющей начального этапа интервью является обязательное налаживание между вами и гостем той атмосферы непринужденности и доверия, которое бывает между двумя беседующими людьми в реальной жизни.

Помните, что даже на исповеди, люди, чаще всего, идут к знакомому священнику.

Давать кому-то интервью – это всегда подставляться.

Спросите себя, кем же вам нужно быть в жизни, чтобы гость, увидев вас в первый раз, тут же в эфире рассказал вам что-то личное, необычное и интригующее. Почему он должен быть откровенным?

Не будьте наивными, вспомните предыдущие главы. Он будет это делать только, если это нужно ему, используя вас.

Теперь плотнее поговорим о ваших гостях.

Конечно, у каждого гостя свои резоны дать интервью. Для любого человека приятно общественное внимание.

Есть целые категории гостей, с которыми проблем не бывает вообще. Это политики и артисты. Политики сразу начинают говорить о светлом будущем, а артисты рассказывать о концертах, спектаклях и фильмах. И у тех, и у других уже есть заготовленные модули их рассказов. И когда они, наклонившись к вам, вдруг восклицают: «Ну хорошо, так и быть, у вас особая программа, и я именно вам открою этот секрет!..», не обольщайтесь. Полчаса назад ваш гость говорил это же в соседней студии другому ведущему.

Скажем прямо, беседа с подобными гостями, это не интервью. Вас просто используют. Политики и артисты идут в эфир, когда им надо. Мои продюсеры не раз говорили мне, что такой-то политик придет ко мне, но только поближе к выборам. А продюсеры артистов назойливо требовали эфир, когда звезда выпускала новый альбом или фильм.

Конечно, если вы Ларри Кинг, или подобный ведущий первой мировой десятки, то к вам придет любой гость по первому зову. Для гостя это как прием у королевы. И если ведущий провинциальной станции, после визита заезжей звезды, долго рассказывает о впечатлениях и показывает подаренный плакат с росписью, то, в случае с Ларри, свои впечатления рассказывает уже гость. И, приехав домой, он, под восхищенные крики домашних, лепит фотографию, где он обнимается с ведущим, на самое видное место – на дверцу холодильника.

Но все это далеко не типично. А типичная ситуация другая: вам, далеко не Ларри Кингу, поручено взять интервью у некоего гостя, далеко не Умберто Экко.

Умберто Экко, если вас к нему пустят, вам все расскажет сам, причем половину слов, которые он произносит, вы не поймете.

В других случаях вам придется попотеть.

Кстати, одна из самых блестящих мировых интервьюеров Барбара Уолтерс в своем бестселлере «Пробы» («Auditions») шутливо отметила два незаменимых качества для начинающего ведущего.

Мочевой пузырь, как у верблюда. Способность не потеть.

Но мы с вами не Уолтерс, поэтому запасаемся большим количеством свежих наглаженных рубашек. По одной на каждую программу.

А что касается первого пункта, то тут я вам ничем не могу помочь.

Я сделал эксперимент.

Я обратился к моим коллегам, мнение которых ценю и которых считаю прекрасными интервьюерами, чтобы они рассказали мне, что такое идеальный объект интервью.

Вот их ответы.

ОЛЬГА БЫЧКОВА.

Я люблю брать интервью у гостей, с которыми можно говорить на все темы одновременно.

В разговоре я люблю объемность. Мне нравится, когда человек говорит серьезно, но потом внезапно уходит в сторону. Он рассказывает какую-то историю, а потом возвращается к теме. Он как будто путешествует по разным этажам беседы. Для такого человека нет проблем, играючись, выстраивать удивительные логические звенья.

Я поняла, что часто не имеет значения, с какой целью пришел человек, какова, собственно, цель моего интервью. Если в человеке есть интеллект и артистичность, то интервью обязательно получится.

Однажды ко мне пришел директор компании, которая устанавливает лифты, и я его спросила, что его компания делает для того, чтобы лифты не портили вандалы. Он стал рассказывать, но так артистично и темпераментно, что выломал поручни кресла, на котором сидел. После интервью он аккуратно положил их на стол и долго извинялся.

Я ему все простила, потому что он был ярчайшей личностью.

СЕРГЕЙ БУНТМАН.

Я люблю брать интервью у людей, которые понимают, что в разговоре есть ритм.

Каждый гость приходит с какой-то магистральной идеей. Я ценю тех, кто может и ответить на вопрос, и отобразить этот ответ на фоне своей магистральной идеи. Я люблю брать интервью у людей, которых я бы назвал «шероховатыми». К этим людям есть через что подключиться. У них как будто множество всяких штепселей, разъемов и входов. Такой гость работает с тобой в паре, как абонент. Он не декларирует, а чувствует, что тебе необходимо. И вы выстраиваете интервью вместе, ступенька за ступенькой.

Я бы предложил такой образ: есть гости, которые сидят к тебе лицом и говорят только с тобой. Есть другие, они развернуты на аудиторию, ты им не особенно важен. Я же люблю третьих: они сидят как будто вполоборота. Они понимают, что, с одной стороны, они разговаривают со мной, а с другой с аудиторией.

Кстати, ведущему совсем нелишне быть в интервью тоже вполоборота. Брать интервью у гостя, но помнить, что аудитория стоит за твоей спиной.

Так считают мои коллеги.

Мне кажется, что они сказали очень важные вещи.

Они нарисовали портрет идеального объекта интервью.

Я полностью присоединяюсь к их идеалу.

Я бы мечтал, чтобы ко мне приходил специалист по разведению кроликов, но чтобы наша беседа начиналась с цитат Паоло Коэлье.

Мягко коснувшись проблем выбора корма для крольчат; мы бы оценили качество последних; переводов современных французских поэтов, наиболее удачно упоминавших в своих стихах фауну. Мы бы коснулись поэтический образа кролика, как объекта наслаждения гурмана в произведениях Дюма. После тонкого анализа пищевых витаминизированных добавок к корму, мы бы обсудили удачный показ последней коллекции модельера Жана Поля Готье, где он эпатажно, но экстравагантно, монтирует кроличий мех с кусками чугуна. А закончил бы гость тем, что все сильнее и отчетливей на первое место выходят проблемы экологии и защиты неотъемлемых прав кроликов на их личное счастье, бурное размножение и социальную защиту.

Я готов ночью украсть роскошный мотоцикл у мотоциклиста моей дочери, и отдать его такому гостю. Но таких гостей я не встречал. Более того, я убежден, что таковыми могут быть либо марсиане, либо джидаи из «Звездных войн» («Star Wars») Джорджа Лукаса.

Я завидую джидаям, они живут 800 лет, и у них есть возможность хорошо подготовиться к любому интервью.

Возможно, такие гости и существуют, но ходят они не ко мне, а к Ларри Кингу.

Наверное, их привлекают его подтяжки. Возможно, они думают, что он подарит их, как личный сувенир.