Чтение онлайн

На каждого слушателя члена КПК составлялась характеристика, которая утверждалась партийной организацией университета. В характеристике члена партии Дэн Сисяня отмечались следующие присущие ему черты:

«Дэн Сисянь, русское имя — Дроздов. Номер студенческого удостоверения — 233. Партийная работа — парторг группы.

Все его поступки соответствуют предъявляемым к коммунистам требованиям. Непартийные проявления отсутствуют. Партийную дисциплину соблюдает. В конкретной партийной работе в качестве парторга уделяет особое внимание вопросу партийной дисциплины, очень интересуется общеполитическими проблемами и довольно хорошо в них разбирается. На собраниях партийной организации активно участвует в обсуждении различных вопросов и вовлекает товарищей в дискуссии. Случаев неявки на партийные собрания не отмечено.

Партийные поручения выполняет успешно. Отношения с товарищами тесные. С большим интересом относится к учебе. Служит примером для других. Старается научиться влиять на людей.

В партийной деятельности очень продвинулся вперед в понимании задач партии, непартийных уклонов не имеет, умеет оказывать партийное воздействие на комсомольцев. Не роняет авторитета партии перед членами гоминьдана. Способен в соответствующей форме осуществлять партийные установки среди членов гоминьдана.

Наиболее пригоден к пропагандистской и организационной работе».

О том, как сам Дэн воспринимал свою учебу в Москве, можно судить по его автобиографии, написанной в период пребывания в Университете имени Сунь Ятсена. «Когда я работал в партийно-комсомольских органах в Западной Европе, я все время ощущал недостаточность подготовки, часто допускал ошибки. Особенно остро я ощущал поверхностность моих знаний о коммунизме. Я давно уже был полон решимости поехать учиться в Россию. Поэтому, пока я нахожусь в России, я буду упорно учиться, чтобы получить более полные знания о коммунизме».

Человек полагает, а жизнь располагает. Так получилось и у Дэна. В Москве, в Университете имени Сунь Ятсена, он пробыл вместо двух отведенных по учебной программе лет меньше года — до сентября 1926-го. Его срочно отозвали в Китай и в составе группы из двадцати специально отобранных слушателей Университета имени Сунь Ятсена направили в Сиань, где базировалась ставка армии генерала Фэн Юйсяна. Дэну и его товарищам по партии предстояло развернуть партийно-воспитательную работу в войсках революционно настроенного генерала, поклявшегося искоренить предателей-милитаристов и свергнуть гнет империалистов. Это было время единого фронта КПК и гоминьдана.

Приехавшие в Сиань коммунисты были направлены в войска в качестве начальников политотделов. Дэна назначили начальником политотдела только что созданного Сианьского военного училища имени Сунь Ятсена. «Этим училищем руководил Юй Чжэнь, являвшийся также главкомом частей Народно-революционной армии в Шэньси, — вспоминал впоследствии Дэн Сяопин. — Он в то время принадлежал к левым гоминьдановцам, а главные должности в училище занимали посланцы нашей партии… Я был по совместительству секретарем парторганизации училища. Среди слушателей также было немало коммунистов. Помимо военной подготовки основное внимание уделялось аполитическому воспитанию и работе по оздоровлению и расширению партийной и комсомольской организаций. На политзанятиях говорили в основном о проблемах революции, открыто рассказывали о марксизме-ленинизме. В Сиане это училище считалось красным. В 1928 году оно стало движущей силой восстания в Вэйхуа, провинции Шэньси».

Помимо училища Дэн читал лекции в Сианьском институте имени Сунь Ятсена, активно участвовал в различного рода «митингах революционных масс». Однако все это продолжалось недолго. Четыре месяца спустя генерал Фэн Юйсян при расколе единого фронта КПК и гоминьдана встал на сторону последнего. Коммунистам, в том числе и Дэн Сяопину, пришлось срочно паковать чемоданы, поскольку их стали преследовать. Зачастую дело доходило до арестов и казней.

В конце июня — начале июля 1927 года Дэн прибыл в город Ухань и для определения своей дальнейшей судьбы явился в Военный совет КПК. Там его поставили на учет в партийную организацию аппарата ЦК КПК и поручили работу технического секретаря ЦК партии. В круг его обязанностей входила работа с документацией, в том числе секретной, а также вопросы, касавшиеся обеспечения связи, транспортом и т. п. По соображениям конспирации Дэн Сисянь стал Дэн Сяопином. Кроме того, должность технического секретаря предусматривала его участие в различных совещаниях ЦК КПК, что позволяло ему быть в курсе всех перипетий партийной деятельности на самом высоком уровне. Наконец, технический секретарь ЦК пользовался правом совещательного голоса.

После того как Чжоу Эньлай, бывший тогда уже членом Постоянного комитета Политбюро КПК, перебрался в 1928 году в Шанхай, чтобы возглавить всю текущую работу партии, туда переехал вместе с аппаратом ЦК и Дэн Сяопин. В декабре 1927 года его назначают заведующим Секретариатом ЦК партии. Он становится доверенным лицом Чжоу Эньлая. Составляет повестки дня заседаний Политбюро. Определяет дату, время и место их проведения при соблюдении строжайшей секретности. Более того, сам выступает на этих заседаниях, порой с резко критическими замечаниями. В частности, раскритиковал позицию Ли Лисаня, настаивавшего на немедленном развертывании революции сначала в одной, а затем в нескольких провинциях Китая. По воспоминаниям Хуан Цзежаня, сотрудника Секретариата ЦК в шанхайский период, «у товарища Дэн Сяопина была особенность — он выступал немного, но весомо; сказанные им слова проникали в душу».

В Шанхае Дэн Сяопин проработал всего полтора года, после чего в августе 1929 года его направляют представителем ЦК партии в провинцию Гуанси для подготовки там вооруженного восстания. Причем решение это было принято по просьбе председателя правительства провинции Гуанси Юй Цзобая, решившего избавиться от опеки Чан Кайши.

По прибытии к месту назначения Дэн Сяопин, выступавший теперь под именем Дэн Биня, немедля приступил к выполнению поставленной перед ним задачи. По его предложению в провинции был сформирован учебный сводный батальон с целью подготовки по ускоренной программе младших офицеров. Вскоре батальон превратился в новосозданную охранную бригаду. Руководящий состав бригады состоял из коммунистов. Правильно организованный набор новобранцев позволил в конечном итоге на базе бригады создать новую армию.

Помимо работы в армии и в массовых организациях Дэн Сяопин сумел форсированными темпами восстановить распавшуюся до его приезда сеть партийных организаций на местах, на уровне уездов и волостей. Были открыты учебные курсы для членов партии, стали выходить партийные периодические издания. Не без оснований главарь гуансийской клики милитаристов Ли Цзунжэнь заявлял о том, что провинция Гуанси превращается в юго-западную базу компартии.

1 октября 1929 года революционные войска были приведены в Наньнине, провинциальном центре, к «торжественной присяге борьбы против Чан Кайши», о чем было сообщено специальным циркуляром. Юй Цзобай и его заместитель Ли Минжуй решили разгромить армию Чан Кайши, намного превосходившую по численности войск и по уровню вооружения. Понимая, чем это обернется, Дэн Сяопин пытался, но безуспешно, охладить их разгоряченные головы. Тогда он ради сохранения сил революции принял решение о том, чтобы все контролируемые коммунистами воинские подразделения оставались в Наньнине и выполняли роль тылового щита, Ими были взяты под контроль провинциальный арсенал, состоявший из пяти-шести тысяч карабинов, значительного количества горных орудий, минометов, пулеметов, радиостанций и боеприпасов. Одновременно были подготовлены речные суда. Одним словом, было сделано все необходимое для оказания противодействия войскам противника. Далее все случилось так, как предсказывал Дэн Сяопин. Попытка Юй Цзобая и Ли Минжуя вооруженным путем свергнуть режим Чай Кайши обернулась для них полным разгромом. И тому и другому пришлось спасаться бегством. Дэн Сяопин же сумел вывести верные коммунистам части со всем содержимым арсенала из Наньнина и успешно передислоцировать их в район Байсэ и Лунчжоу.

Именно там, в Байсэ и Лунчжоу, Дэн Сяопин сумел выполнить задание, поставленное перед ним ЦК КПК в Шанхае.

11 декабря 1929 года в городе Байсэ было официально объявлено о свержении власти гоминьдана и провозглашении Юцзянского советского района. Одновременно было заявлено о создании 7-го корпуса китайской рабоче-крестьянской Красной армии. Учрежден был также Комитет по отпору врагу, секретарем которого стал представитель ЦК Дэн Бинь. Этот шаг позволил объединить гражданское и военное руководство нового Советского района.

«В начале декабря, — пишет Мао Мао, — отец покинул Байсэ и под видом купца отправился в Лунчжоу, чтобы подготовить там восстание, отдать распоряжения по созданию 8-го корпуса Красной Армии».

Восстание в Лунчжоу вспыхнуло 1 февраля 1930 года. Над древним городом взвилось красное знамя с серпом и молотом. Под звуки Интернационала было объявлено об установлении в районе Цзоцзян рабоче-крестьянской демократической власти, а также о создании 8-го корпуса Красной армии.

После восстаний в Байсэ и Лунчжоу двадцать уездов района ЮцзянЦзоцзян с населением свыше миллиона человек объединились в единую революционную базу КПК на южной окраине Китая.