Чтение онлайн

Вновь Лайцзе-лу надо было говорить осторожно.

— Вы, Ваше императорское Высочество, представляете его мало привлекательным.

Ань Мень оценила дипломатичность Лайцзе-лу.

— Ошибаешься, Шан-Вэй обладает большим обаянием и под влиянием жены, твердой, умной, да к тому же красивой, словом, которая обладала бы твоими качествами, моя дорогая, — он изменился бы к лучшему.

— Возможно, существуют другие области применения моих способностей, используя которые я могла бы оказать помощь Небесному императору.

Их разговор прервала служанка, сообщившая, что вернулся Ло Фан и просит аудиенции.

— Проведи его, — с тревогой приказала Ань Мень.

— Оставим условности, — проговорила принцесса, — и можешь откровенно говорить в присутствии дочери Сун Чжао.

Ло Фан в деталях рассказал им о рейде.

Лайцзе-лу знала, что Оуэн Брюс был заклятым врагом Джонатана Рейкхелла, и ей стало приятно от мысли, что такой человек потерял целое состояние, пытаясь ввезти опиум в ее страну.

— Однако рейды только начались, Ваше императорское Высочество, — добавил Ло Фан. — Сейчас командующий британской эскадры требует встречи с наместником. И, насколько мне известно, наместник собирается отказать.

— В таком случае я буду вынуждена воспользоваться своим влиянием и убедить наместника согласиться на встречу. На самом деле, я буду присутствовать за ширмой. Кого бы ты порекомендовал в качестве переводчика?

Ло Фан посмотрел на Лайцзе-лу.

— Только один человек в Кантоне может изъясняться на мандаринском наречии и по-английски. Сун Чжао.

Внезапно Лайцзе-лу в голову пришла мысль.

— Я говорю по-английски лучше отца. Я охотно предлагаю свои услуги в качестве переводчика.

Ань Мень просветлела, но прямо не ответила.

— Отправляйся к Лину и передай мою просьбу договориться о встрече, — сказала она мажордому. — И скажи, что я сейчас же хочу обсудить с ним наши действия.

Сделав глубокий поклон, Ло Фан удалился.

— Правильно ли я уловила нечто необычное в твоем предложении, дорогая? — спросила принцесса.

Лайцзе-лу сдержанно кивнула.

— Вы учили меня, что женщина, которая обладает умением использовать свой здравый смысл, способна обнаружить огромное влияние в мужском обществе. Мой отец будет переводить дословно, что смогу и я, но, возможно, я смогу употребить некие более сдержанные слова во время встречи. Иначе наместник станет угрожать. Британский адмирал, который много раз был гостем в доме моего отца, начнет угрожать в ответ. В результате, ситуация станет гораздо хуже, чем была бы, если бы встречи не назначалось вовсе.

Ань Мень сразу одобрила это.

— Ты будешь переводить, — сказала она, — и если предотвратишь развязывание войны, хотя бы на некоторое время, окажешь неоценимую услугу Небесному императору и всем его подданным.

Настойчивое вмешательство принцессы Ань Мень вынудило наместника изменить первоначальное решение, и посыльный, отправленный на борт флагмана Ее Величества «Непобедимый», сообщил контр-адмиралу сэру Уильяму Эликзандеру, что наместник примет его в тот же день. Теперь адмирал в свою очередь решил создать трудности, заявив, что желает использовать в качестве эскорта своих солдат королевской морской пехоты, чтобы проследовать через Кантон к дворцу наместника.

Эта непредвиденная и упрямая позиция адмирала вынудила вмешаться Сун Чжао.

— Эскорт из вооруженных «заморских дьяволов» в униформе не сможет защитить вас, сэр Уильям, — сказал он. — Наоборот, их присутствие настолько возбудит жителей города, что несомненно прольется кровь. Некоторые из ваших солдат погибнут, та же участь постигнет многих несчастных кантонцев, а ваша собственная жизнь подвергнется большой опасности.

— Спасибо, мистер Сун. Уверен, что вами движут добрые намерения. Но вы, мой друг, не понимаете, что я намерен заявить решительный протест наместнику. Поэтому мне лучше провалиться сквозь землю, чем оказаться в невыгодном положении, позволив сопровождать себя императорским войскам!

— Вам нет необходимости полагаться на расположения Лина, — заявил Сун. — Мой собственный мажордом и мои слуги обеспечат вам скромное, но безопасное сопровождение.

Адмирал согласился, но пока не сошел на берег после полудня, облаченный в сияющую лазурью и золотом парадную форму, ему не приходило в голову, что его перехитрили таким способом, что возразить было некому. Для него приготовили паланкин, закрытый шторами, так что нельзя было разглядеть ни его форму, ни ее цвета, скрытых за ширмой из бамбуковых палочек.

Всего двенадцать стражей, не считая Кая и четырех носильщиков, потребовалось, чтобы сопроводить его через Ворота петиций, затем многолюдный город к огромному, окруженному стенами дворцу, возвышавшемуся на самом высоком кантонском холме, как раз за воротами древнего города. Адмирал выбрался из своего тесного места, не уронив чувства собственного достоинства.

Ло Фан провел его в комнату приемов, где на троне с резными подлокотниками в виде драконов и на основании из четырех резных львов из слоновой кости, восседал Лин. Поблизости стояла шелковая ширма, за которой, очевидно, кто-то скрывался. Сэр Уильям удивился еще больше, когда увидел Сун Лайцзе-лу, чей чонсам персикового цвета и нефритовые украшения создавали впечатление, словно она собралась на прогулку в сад.

— Добрый день, сэр Уильям, — проговорила она, когда адмирал вошел в комнату с высоким потолком. — Я приглашена на эту встречу в качестве переводчика.

— В таком случае, — галантно ответил адмирал, — я надеюсь получить значительно большее удовольствие от этой встречи, чем предвкушал.

Повернувшись к безразличному наместнику, он сухо приветствовал его.

— Почему «заморский дьявол» не сделал передо мной глубокий поклон, — спросил наместник, в его голосе чувствовалась недовольная нотка.

— Его Превосходительство, — сказала по-английски Лайцзе-лу, прямо искажая смысл сказанного, — понимает, что люди Запада не делают глубоких поклонов, поэтому он свободно обошелся с обязательной формой приветствия.

Сэр Уильям был приятно удивлен.

— Поблагодарите Его Превосходительство и сообщите ему, что я передаю ему личное приветствие Ее Величества королевы Виктории.

— В королевском флоте адмиралу запрещается совершать глубокий поклон кому бы то ни было, кроме своей королевы, однако сама королева, — сказала Лайцзе-лу на мандаринском наречии, — и он убежден в этом — окажись она здесь, охотно сделала бы глубокий поклон перед наместником.

Лин откинулся на своем троне и едва заметно улыбнулся.

Принцесса Ань Мень, сидевшая за шелковой ширмой, понимая каждое слово, произнесенное на обоих языках, с трудом сдерживала желание прыснуть от смеха.

— Я пришел сюда, — сказал сэр Уильям, — выразить протест от имени Правительства Ее Величества в связи с посягательством на британское имущество со стороны отрядов китайского императора и незаконного захвата, как сообщил мне британский подданный, владелец фактории, мистер Оуэн Брюс, двухсот ящиков безвредного чая.