Чтение онлайн

Еще более четкая и во многом философская формулировка войны изложена в книге «Методы Сыма» («Сыма фа») — древнем и загадочном тексте, датируемом IV в. до н. э., когда он, по всей видимости, был составлен на основе более древних материалов. Название трактата «Сыма фа» лучше всего, пожалуй, перевести как «Методы Сыма», ибо китайский иероглиф «фа», может переводится как «закон», но в то же время этот символ отражает понятия «метод», «стандарт», «техника» или «искусство», как, например, в «Искусстве войны» Сунь Цзы. Практически все свидетельства о его происхождении относят трактат к временам царства Ци, славившегося традициями изучения военной науки, что объясняется, видимо, влиянием личности Тай-гуна, который стал первым правителем Ци за несколько лет до своей смерти. Поэтому многие историки утверждают, что идеи Тай-гуна могли составить основу трактата или же тем или иным образом оказали воздействие на его составителей.

В «Сыма фа» обсуждаются законы, предписания, политика правителя, военная организация, военная администрация, дисциплина, основные ценности, общая стратегия и тактические ходы.

Еще одним теоретиком тайной войны был Мэй Яочэнь (1002–1060). Он, подобно Ду Му, был знаменитым поэтом и членом Императорской академии. Именно Мэй Яочэню принадлежат слова: «Воля богов известна гадалкам и посвященным; законы земли и неба выясняются путем вычислений, но чтобы получить сведения о противнике, нужны лазутчики». Ча Линю (даты жизни неизвестны) принадлежит афоризм: «Армия без шпионов — то же, что человек без глаз или ушей». Впрочем, наличие подобных теоретических исследований не спасло Китай от нашествия кочевых племен, татаро-монгольского ига и долгих лет полуколониального существования.

В целом можно сказать, что в Древнем Китае несколько тысяч лет назад были систематизированы стратегии, применяемые в политике и военном искусстве. Такие стратегии в русском языке получили название «стратагемы». Общий принцип китайских воинских искусств — «Цель оправдывает средства». Подобная практика была выработана в условиях бесконечных войн, когда вопросы нравственности и морали стояли далеко не на первом месте. На первом месте стоял вопрос о выживании. Выжить можно было, экономя и приумножая собственные ресурсы, заключая выгодные союзы, покоряя более слабых, избегая войн с более сильными. Все это заложено в основу современного китайского шпионажа.

Поскольку в области разведки Китай начинал с азов, он смог выбрать лучшее из того, чем обладал мир в данной области. А этим лучшим была система КГБ СССР, израильского «Моссада» и ЦРУ. Мы уже знаем, что в конце 50-х китайцев обучали советские инструктора. Они обучили их всему, что сами знали о шпионаже. Но китайские спецслужбы тесно сотрудничали с другими ведущими разведками мира.

Китайцы всегда были искусными подражателями. Но китайцы внесли в искусство шпионажа и свои новшества, которые в некотором отношении превзошли КГБ и ЦРУ. Кроме того, несмотря на то, что в Китае правит компартия, китайская разведка придает все меньшее значение политической идеологии и этническому патриотизму. Новое поколение китайских агентов куда лучше предшественников разбирается в методах западных разведок и бывшего советского КГБ, успешно применяя их на практике. В своей работе китайские спецслужбы придерживаются стратегии, которую можно выразить так, каждый может шпионить — каждый должен шпионить. Это стратегия тотального шпионажа.

Причем основная задача разведывательных служб КНР — не только раскрытие научных и военных секретов, но и проникновение в политические и культурные дела других государств. Ничто не должно оставаться вне сферы деятельности китайского шпионажа. При этом спецслужбы Китая используют все методы, в том числе и аморальные: подкуп, шантаж, кража, игра на национальных чувствах и т. п.

В начале 80-х спецслужбы Китая поняли, что, кроме особо важных сведений, добываемых через агентурные каналы, до 80 % данных о любом иностранном государстве можно получить путем использования обычных открытых источников информации. Правда, для этого необходима надлежащая постановка работы информационно-аналитической службы, определенная ее организация и применение соответствующих методов, с тем чтобы из массы сведений и фактов, получаемых с помощью различных средств, извлечь данные, обработать их, обобщить, сделать выводы и своевременно представить на суд руководству. В информационной войне китайская сторона добивается все больших успехов. При этом Китай вкладывает в сбор информации огромные ресурсы и средства.

Приоритетом в агентурной работе для китайских спецслужб стали люди, находившиеся в прошлом на военной службе и занявшиеся после отставки бизнесом или политической деятельностью. Главной мишенью среди них выступают те, кто служил в подразделениях ПВО, ВВС, связи и разведки. При этом разведкой Китая используются все возможные вербовочное методы: «ласточки», «вороны» и «медовые ловушки».

«Ласточка» это не птица, а агент особого назначения, обычно женского пола. Самой известной «ласточкой» была танцовщица Мата Хари. Использовать женщин — «ласточек» там, где труднее всего проникнуть на объект разработки, был излюбленный прием КГБ и ЦРУ. Этот прием взяли на вооружение спецслужбы КНР. И сегодня женский фактор также играет все большую роль в современных китайских разведоперациях. Так, недавно тайваньская разведка обратила внимание на появление в окрестностях практически всех крупных баз ВВС и ВМФ женщин из материкового Китая. Поясним, эти базы находятся в сельской местности, где местные мужчины с трудом находят себе невест. Китай воспользовался этой проблемой. Тайваньские контрразведчики засекли, что на Тайвань хлынул поток невест из Китая, которые проявляют излишнее любопытство к кораблям и авиации, занимаясь съемкой взлетающих и садящихся военных самолетов.

С «ласточкой» обычно связывают другой разведывательный прием — «медовая ловушка». Под этим понимается очень простая и в то же время очень эффективная комбинации: объект вербовки втягивается в контакт с привлекательной и сексуальной женщиной и их интимные отношения тайно фиксируются фотокамерами или видеосъемкой, после чего следует обычный шантаж. «Медовая ловушка» активно применяется МГБ КНР. Подготовленных китаянок приставляют ко многим приезжим бизнесменам, политикам и журналистам. Но главной мишенью становятся представители США, Южной Кореи и Тайваня.

Так, недавно контрразведывательными службами США был арестован бывший агент ФБР Джеймс Смит, попавший в так называемую «медовую ловушку». У него был роман с китаянкой, подозреваемой в шпионаже. Будучи агентом ФБР, Смит вступил в любовную связь со своим информатором, которого подозревали в «двойной игре». Джеймс Смит лгал спецслужбам, утверждая, что никаких «особых» отношений между ними нет. Роман между Смитом и Катриной Лэюнь продолжался в течение 20 лет. ФБР установило, что при этом Лэюнь имела доступ к определенной секретной информации. Между тем, уголовное дело против Лэюнь пришлось прекратить, так как ее адвокатам удалось доказать, что в ходе следствия ей не разрешили встречаться с ключевым свидетелем защиты — Джеймсом Смитом. Лэюнь, будучи гражданкой США, 20 лет назад стала сотрудничать с ФБР. При этом она часто ездила в Китай по делам. Спецслужбы США полагают, что она было агентом — «двойником», т. е сотрудничала и с американской, и с китайской разведкой.

Совсем недавно в прессу просочилась информация, что при помощи «ласточек» и «медовых ловушек» китайцы любят шантажировать католических священников, снимая сцены, в которых те занимаются любовью с проститутками, забыв о своем обете безбрачия. Тогда священникам либо предлагают работать на МГБ КНР, либо грозятся послать пленки в Ватикан.

Иногда разведка КНР использует в своих целях гомосексуалистов, на разведывательном языке — «воронов». Но все зависит от того, насколько серьезно относятся к нетрадиционному сексу в стране, из которой прибыл объект.

Одним из самых важных новшеств китайцев в области шпионажа явилось использование «хуайцяо» — мировой китайской диаспоры. Китайцы за пределами Китая, сплоченные и верные своей стране, охотно помогают своей родине в области научного и военного шпионажа, в похищении новейших технологий и оказывают другие услуги. В Пекине особо не скрывают, что эмиграция негласно поощряется Министерством государственной безопасности. До последнего времени курировал это направление в МГБ генерал Цзя Чуньван. Спецслужбы Китая, играя на патриотических чувствах людей, часто вынуждают их заниматься шпионажем. При этом они используют тактику «массированного натиска», то есть, вместо того чтобы отправить в США одного хорошо обученного агента, в страну приезжает множество китайцев, «охотящихся» за тем или иным компьютерным компонентом. А с гражданами, которые собираются отправиться за рубеж по своим делам, спецслужбы Китая проводят беседы, в ходе которых объясняют, на что нужно обратить внимание. Кроме того, китайцы вербуют на территории интересующих их стран новых агентов.