Чтение онлайн

Поведал Ян У красавице всё, как есть, ни о чём не умолчал. Хотела она ещё о чём-то спросить, но вдруг они услышали шаги на лестнице. Оглянулся юноша – нет братца, схватил ветку-невидимку, и тут же служанка в комнату вошла. Показалось служанке на лестнице, что говорит с кем-то Цуй-цуй, но в комнате никого кроме хозяйки не увидела.

Пришлось Яну в комнате Цуй-цуй ночевать.

Утром принесла служанка девушке завтрак. А Ян У ветку не отпускает, а сам завтракает вместе с Цуй-цуй, и поел с ней из одной тарелки и попил. Только не наелись оба.

А Цуй-цуй и говорит служанке:

– Хороший аппетит у меня сегодня, принеси-ка ты мне на обед побольше еды.

Поклонилась служанка, ушла, а на обед тройную порцию еды принесла. Цуй-цуй и Ян У тут же всё съели. Удивляется служанка, не понимает, что это на хозяйку такой голод напал. Но на ужин она опять еды на троих захватила. И тут же всё было съедено.

Когда это продолжилось ещё несколько дней, тут уже старая госпожа забеспокоилась, что с дочерью. Показалось ей странным и то, что дочь, как поест, сразу же дверь за собой запирает. И за все эти дни она ни разу комнату не покинула, не улицу гулять не вышла. Решила старая мать поговорить с дочерью, стала подниматься по лестнице тихонько, вдруг слышит – голос мужской из комнаты дочери раздаётся. Разгневалась мать и велела тут же дверь ей открыть. Ворвалась она в комнату, смотрит – нет никого, только дочь одна рукодельничает. Стала мать выспрашивать у дочери, что это значит. А Цуй-цуй отвечает:

– Послышалось тебе, матушка, не было здесь никого!

Но мать не поверила девушке, стала тщательно все углы обыскивать, но никого не нашла. Спустилась тогда госпожа к служанке и стала её допрашивать. Бедная служанка что знала, про то и рассказала.

После ужина рассказала старая госпожа обо всём своему мужу. Как услышал это господин Ли, так даже позеленел от злости, рассвирепел, кричит, что мол посадит дочь в погреб и кормить запретит. А матери жалко дочь, стала она спорить с мужем. Такой крик да шум подняли, что старший их сын прибежал узнать, в чём дело. Встал он у дверей родительской спальни и выведал всё, что хотел узнать. Вернулся он в свою комнату, рассказал всё своей жене и говорит со злостью:

– Убить её надо, и всё!

А невестка скривила свои губы и говорит с презрением:

– Зачем сор за ворота выносить? Пойдут потом по городу разговоры, поползут слухи, где дочка Ли, да что с ней. А нам эти разговоры ни к чему, мы ведь уважаемая семья в городе! Давай лучше сами, подожжём её дом, а другим скажем, что её небесный огонь покарал. Потом похороним её и делу конец.

Согласился старший брат Цуй-цуй со своей коварной женой и решил тёмной ночью поджечь дом сестры.

Наступила ночь. Ян У и Цуй-цуй проснулись от едкого дыма, открыли дверь, смотрят – вся лестница сгорела, огонь уже к комнате подбирается. Страшно стало молодым людям, что делать не знают. Подумал Ян о своём названном старшем братце и стал его звать:

– Спаси нас братец! Спаси нас братец!

Вдруг, откуда ни возьмись, появилась громадная птица в окне. Не раздумывая, взобрались Ян и Цуй-цуй к ней на спину. Расправила птица свои крылья и взмыла в небо, унося из этого города юношу и девушку.

Долго летела птица и приземлилась только в Ишаньских горах, у ворот дома Ян У. Спустились беглецы с птичьей спины, а она тут же в юношу превратилась.

Узнал Ян У этого юношу и говорит:

– Это ты, братец, мой?

Отвечает ему юноша:

– Помог я тебе, братец, а теперь мне пора.

Сказал он так и умчался в густой лес.

Повёл юноша в дом свою красавицу, а матушка уже все слёзы по сыну выплакала, тревожась за него. Но как увидела она сына, да ещё и жену красавицу в дом привёл, от радости и слова вымолвить не может. Кинулась она их обнимать да целовать. Рассказал сын своей матери, где был, и как жену нашёл. Слушает мать и удивляется, а сама то на сына, то на невестку поглядывает.

Вот и весна подошла. Отправился Ян в лес за хворостом, идёт и любуется зеленеющими веточками тополей, красно – розовыми ветками абрикосового дерева. Прошёл Ян в самую чащу леса, забрался на большой старый дуб, чтобы сухие ветки обрубить. Тут сильный ветер налетел, чуть не сорвался юноша с ветвей. Схватился он за толстые ветки, чтобы ураган его не унёс. А вслед за ураганом чёрные тучи налетели. И из тех туч чёрный дракон на землю спустился. Загрохотал гром, молния сверкнула. Сидит Ян на дубу и видит, как дракон стал к старой сосне подбираться. Пригляделся юноша, а под этой сосной его названный братец стоит, с драконом сражается. Только выпустит дракон молнию, братец тут же её взмахом руки гасит. Но всё ближе и ближе дракон к нему подбирается, вот-вот погубит. Испугался Ян за братца, размахнулся да и швырнул изо всех сил топор в голову дракону. Заметался от боли дракон, а братец подскочил и добил своего врага.

Спустился Ян У с дерева, подбежал к своему названному братцу, а тот и говорит:

– Спасибо тебе, младший братец, что помог мне злого дракона с горы Эрлуншань одолеть! Если бы не ты он бы меня жизни лишил! Понял я, что ещё не научился сражаться, как следует. Прощай, братец, пойду я бродить по всему свету обретать знания, которые ещё не постиг.

Не хотелось Яну своего братца в дальний путь отпускать, но делать нечего, раз он так решил. Только спросил он его напоследок:

– Скажи мне, старший брат, кто ты: человек или бессмертный святой?

Улыбнулся юноша и так ему ответил:

В давние времена расположилась у самого подножия высоких гор на берегу бескрайнего моря небольшая деревенька. В этой деревеньке жил старик со своими семью сыновьями. Высокими да крепкими уродились его сыновья. Имена у них были под стать им самим. У самого старшего было имя Чжуан-ши, то есть Недюжинная Сила. У второго имя было Гуа-фэн, то есть Задуй Ветер, третьего звали Те-хань, то есть Железный Детина. Имя четвёртого было Бу Па-жэ, то есть Нипочём Жара, а у пятого Гао-туй, то есть Длинная Нога. Шестого звали Да-цзяо, то есть Большая Ступня, а седьмого Да-коу то есть Большой Рот.

И сказал как-то старик своим сыновьям:

– В неподходящем месте расположилась наша деревня. На западе – горы высокие, на востоке – море бескрайнее. Негде развернуться людям совсем! Взялись бы вы, сыновья, да и отодвинули немного и горы, и море.

Повели плечами сыновья, куда ж им ещё силушку девать? И разошлись в разные стороны: кто на запад подался – горы двигать, кто на восток – море оттаскивать. Подождал, подождал старик, да и вышел поглядеть, не управились ли его сыновья с работой. Глянул на запад, глянул на восток, смотрит кругом одна равнина лежит, старик и говорит:

– На славу поработали мои детушки!

Вернулись домой сыновья, отдохнули, поели, попили.

Старик им и говорит:

– Столько хорошей земли за зря пропадает! Надо её засеять, чем-нибудь, злаками разными хотя бы.

Повели плечами сыновья, куда ж им ещё силушку девать? Встали семь сыновей и принялись пахать да сеять. В скором времени на той равнине злаки повырастали, точно море золотое разлилось. И пшеница к небу тянется и просо поспевает. Смотрит старик – не нарадуется. И не ведает он, что всё это добро для них злом обернется.

Донесли императору в столице, что есть такой благодатный край на его земле. И отдал он приказ всё это зерно подчистую собрать и к нему доставить.

Опечалился старик, вздохнул тяжко и говорит сыновьям:

– Зря вы детушки столько трудились, спины гнули! У нашего императора рот, что колодец без дна! Стоит один раз перед ним нагнуться, вовек не разогнёшься!

Услышали сыновья такие слова, рассердились все семеро сыновей и говорят отцу:

– Не горюй, отец, пойдём мы в столицу правду искать, доберёмся до самого императора, восстановим справедливость!