Чтение онлайн

Однажды вечером, после очередного наказания, он схватил Валери за волосы, посильнее придвинул её голову к своему лицу и прошептал – Ещё немного и ты станешь юной девушкой, Валери. Ты невероятно красивая. – В этот момент он провел своей рукой по её груди и слегка сжал её, от чего девушка вскрикнула. – Не смей общаться с парнями. Не смей даже глаз своих на них поднимать! Если я кого-то из них рядом с тобой увижу, то убью! Поняла? Раньше я не мог к тебе прикасаться, ты нужна была Виктору, но теперь ему всё равно. И теперь я с нетерпением подожду твоего созревания. – Он произнёс это грязным похотливым голосом. Его рука скользнула ниже и забралась девушки под юбку, он с силой сжал внутреннюю часть её бедра, а второй рукой сильнее оттянул её волосы назад, запрокидывая голову. Он провел своим грязным языком по её шее. Валери еле сдержалась, чтобы её не стошнило. Его слова вызывали у неё отвращение и желание схватить нож и воткнуть его ему между глаз, но она стерпела. Она знала, что ничего не сможет ему сделать. И если она его убьёт, то отправится вслед за ним. Уже тогда она решила, что ей нужно придумать план и бежать. Ожидание затянулось на долгие годы. Валери понимала, что деваться ей некуда. Денег у неё не было, их ей просто не давали, а работать она не могла, ведь каждый её шаг строго контролировался. Она надеялась, что Антон её найдёт, он ведь обещал, но брат за все эти годы так и не объявился. Было несколько моментов, когда приёмный отец – ублюдок всё же пытался принудить её к близости, но мать не позволяла, она принимала весь удар на себя. Через год после этих инцидентов Валерий закодировался, т.к. его пьянки и выходки надоели не только его семье. Он боялся вылететь из клана. После всё утихло на неопределённое время.

Валери старалась хорошо учиться и жить как можно тише, чтобы не привлекать к себе внимание своих приёмных родителей. Она знала, что нужно просто немного подождать, и она уедет. Нужно просто подождать. В школе её дела с общением обстояли лучше, чем в детском доме. Она мало с кем общалась, но всё же одна подруга у неё была, как и один защитник. Парень пытался ухаживать за ней, но Валери ему всегда отказывала, в конечном итоге они просто стали друзьями. Девушки относились к ней с издёвкой, а парни часто пытались распускать свои руки, но благодаря своим друзьям, девушка могла бороться с этой системой. Мысленно, Валери их всех ненавидела, и она с нетерпением ждала окончания школы, чтобы больше их всех не видеть. Ждать оставалось чуть менее месяца.

Валери уже было почти восемнадцать, когда её жизнь снова перевернулась с ног на голову. Таинственный незнакомец из парка не покидал её мыслей. Она запрещала себе надеяться, что его слова хоть что-то значат для неё. Но глубоко в душе она молила, чтобы они сбылись.

«Я скоро приду за тобой…»

Михаил сел в машину и пытался отдышаться. Нет, он не бежал весь этот путь, он просто пытался успокоить своё сердце. Сейчас оно тряслось ещё сильнее, чем пару минут назад.

– Да что же со мной такое? Почему я не могу себя контролировать? Валери… – прошептал он. Резко заведя машину, парень вжал педаль газа в пол и помчался назад к своему заказчику. «Знал ли отец о ней? И с кем она тут живёт? Её мать давно мертва, а Виктор судя по всему и знать не знает, что она его дочь» – он задавал сам себе эти вопросы, но ответы на них могли дать только два человека. Именно к ним он и направлялся. – Дерьмо! Чёртов телефон! – он силой швырнул его в другой конец машины. Михаил закурил. Когда он злился, то предпочитал избегать чьего-либо общества, он любил находиться в одиночестве и тишине, и очень много курить, но эта ночь вывернула его наизнанку. Он хотел остановиться и кого-нибудь поколотить. Ему было необходимо выплеснуть весь адреналин, что он ощущал. «Почему я так себя с ней повёл? Что со мной, чёрт возьми? Может зря я оставил её там одну? Ага и как бы я её, блядь, забрал? Совсем крыша от впечатлений поехала? Пойдём со мной, Валери, я заберу тебя к себе» – он нервно хохотнул и со всей силы ударил рукой об руль. «Идиот! Ты шёл её убивать, а теперь едешь и думаешь, надо бы было её забрать с собой?» – Михаил затянулся снова. «Если ты всё знал, Харон, я тебя придушу своими же руками!» – тут и второй окурок полетел в окно. Вообще Миша редко позволял себе злиться на отца, но сегодня эта злость была оправданная. На него и на Виктора. Он точно для себя решил, что если Виктору на неё плевать, то он заберёт её к себе или отвезёт к отцу. Валери заставила его сердце биться с иной частотой.

Года два назад.

– Эх, Миша – Миша, никогда не смейся над таким великим и сильным чувством, как любовь, – с улыбкой на лице сказал ему Харон.

– Любовь? Ха, этого чувства не существует. Люди просто выдумали его для оправдания своих слабостей. Между мужчиной и женщиной может быть только страсть и краткосрочная химия, а когда она заканчивается у одного, то другой кричит о любви, чтобы привязать того, кто хочет уйти. Даже дети не всегда любят своих родителей, как и родители детей. А ты говоришь о любви между двумя чужими друг другу людьми? Не смеши, – тут же парировал Миша, смеясь.

– Любовь не оправдание для слабостей, сын. Это не совсем обычное чувство. Её невозможно купить или заставить проявиться, она не приходит по велению или секундному желанию, она приходит неожиданно и ударяет по тебе молниеносно. Она лишает тебя привычного уклада жизни, сна, дыхания и здравых мыслей. Любовь… – с нежностью продолжал отец, но его прервали.

– Ещё чего не хватало! Думать о ком-то и метаться, как загнанный зверь из угла в угол, теряя свой контроль. Любовь – чувство для слабых, – отрезал Михаил.

– Миша, любовь даёт второе дыхание, помимо беспокойства и бессонницы, она делает человека невероятно счастливым, окрыляет его! Твоя жизнь переворачивается с ног на голову. И поверь мне, ты никогда не сможешь больше жить так, как было раньше, когда встретишь свою истинную любовь. Вот какие тебе нравятся женщины? – не сдавался отец. – Ты серьёзно думаешь, что я тебе отвечу на этот вопрос? – с негодованием произнёс молодой человек. Харон, с улыбкой на лице, кивнул. Парень, закатив глаза, немного скривился и произнёс – Брюнетки, невысокие, с длинными волосами. С узкими бёдрами и узкой талией. Ну и грудь плюс-минус размера третьего. И на лицо, чтобы симпатичная была. Всё. – Харон рассмеялся во весь голос и произнёс – Какая-то кукла для секса получается. Вот видишь, ты даже без особых эмоций перечислял, потому что не влюблён. А вот когда ты влюбишься, тебе уже будет абсолютно все равно какие у неё бедра или грудь, рост или цвет волос. Тебе будет абсолютно наплевать на это, потому что она будет особенной! Для тебя будет привлекательной её улыбка, смех и взгляд, и даже её запах, – очень медленно и с нежностью говорил Харон.

– Так они мне и нужны для секса, а не чтобы их нюхать. Я не ищу любви или привязанности. Боже, Харон, ты стал старой размазнёй! Всё, я ушёл, – с отвращением произнёс сын и направился прочь из гостиной.

– Ну ничего и ты рано или поздно тоже станешь размазнёй, – засмеявшись, крикнул ему вдогонку отец.

11 мая 2010г.

– Неужели это божья кара? – прошипел Миша. – Ну нет, я не влюбился! Что за вздор? Я её не знаю, она даже не в моем вкусе! – пытался убедить себя парень. – Тогда какого хрена, я переживаю за неё? Какого хрена я собрался её забирать с собой? И самое главное, с какого хрена я её поцеловал и обещал вернуться? – возмущённо проорал он сам на себя. Он ругал себя и корил за то, что что-то испытал к этой девушке. Его пугало такое переменчивое настроение и новые эмоции. Он не хотел никого любить и уж тем более от кого-то зависеть. «Это пройдёт! Это просто впечатления от ситуации. Да, это просто впечатления! Но я дал ей своё слово. Идиот!» – он злился, потому что никогда не бросал своих слов на ветер и если он обещал, то обязательно отвечал за свои слова. Для Михаила подобное поведение было вопросом чести.

Мужчины сидели молча в кабинете, в ожидании Михаила и его отчета о проделанной работе. Воздух был крайне напряжённым. И Виктор, и его младший брат Харитон даже не смотрели в сторону друг друга. Каждый был погружен в свои мысли и оба прикладывали лёд к своим разбитым лицам. Они слишком многое сказали друг другу, а после сильно подрались. У братьев это было крайне редко, они не любили решать свои дела таким способом. Каждый любил и уважал другого в равной степени, и поэтому в девяноста девяти процентах случаев, братья решали вопросы переговорами. Харон побаивался Виктора, слишком уж тот стал с годами походить на их покойного отца. Он был выше и сильнее его и Артёма (а вот с ним Харон дрался постоянно). Ростом Виктор был сто девяносто три сантиметра. Он был спортивного телосложения, не худым и не слишком накаченным. Виктор был шатеном и с тёмно-зелёными глазами, но чаще всего эти глаза были чёрными, как и весь его образ. Характер Виктора отец закалил кровью и жестокостью, поэтому для всех, кроме членов семьи, было редкостью видеть его в хорошем расположении духа. Чаще всего это был непрошибаемый кремень. Харон любил брата и уважал, но, когда он вскипал до предела, никакой страх его не останавливал, он всегда терял голову из-за семьи. Харон всегда кидался в огонь, если дело касалось его родных братьев. Виктор знал это и никогда не злился на брата. Однако ситуация оказалась Патовой. Он отправил своего лучшего убийцу убрать ненавистную ему девчонку, а спустя пару часов глава клана узнаёт, что оказывается та самая ненавистная девчонка его дочь. Все эти годы мужчина не щадил ни девочку, ни её брата. Он специально отдал её Валерию и Елене, зная о его ублюдских наклонностях и садистских замашках. Мужчина хотел наполнить ужасом и страданиями жизнь этого ребёнка. Он ненавидел саму мысль, что его любимая женщина, спустя шесть лет счастливой жизни с ним, сбежала, а потом легла в постель своего бывшего мужа и зачала ребёнка. Виктор жаждал отмщения. Поэтому не скупился на выбор опекуна для девочки, а сам же превратил жизнь её брата, Антона, в преисподнюю.

– «Я стал намного хуже своего отца. Я осознано держал её в клетке все эти годы и взращивал на убой. У меня даже периодически появлялись мысли сделать её своей женщиной, своей рабыней. Я долго думал о ней и об Оле. На самом деле я всегда знал, что убью её, как убил её мать. Я уничтожал день за днём жизнь своей дочери» – внутренне проклинал себя Виктор. – Я ненавижу тебя, брат. Я тебя ненавижу! Из-за тебя я истязал её, из-за тебя она теперь мертва! – подскочив со своего кресла, прервал молчание старший брат. – Из-за меня?! Из-за меня?! Так это я над ней издевался все эти годы, а не ты? – возмущённо проорал Харон, также вскочив с дивана. – Да если бы не я, она давно была бы мертва, безумец! Своим молчанием, я сохранил племяннице жизнь! Ты больше не можешь себя контролировать, Виктор. Тень лишила тебя рассудка. Ты стал копией нашего покойного отца! Хотя нет, ты умудрился даже его превзойти! – Всё ещё полу – криком говорил Харон, мечась из стороны в сторону по кабинету. Но увидев глаза брата, он прикусил свой язык и пожалел о сказанном. Он вернулся к дивану и снова сел, опустив глаза. Харитон знал, что его брат и правда начал сходить с ума. Тень, которая проснулась в нём тогда, не давала ему жить, как прежде. Она была голодна и хотела отмщения. Об этом он узнал из архива Клана Теней, который хранился у Ведов. Только наследники имели право, и доступ изучать архив своего клана. Но для него сделали исключение по просьбе короля. Из архивов он узнал, что раньше Тень проявлялась у всех новорожденных детей клана. Но ни у него, ни у его братьев Тени с рождения не было. А у их покойного отца, со слов Виктора, она проснулась, только тогда, когда тому было двадцать семь. У Виктора Тень проснулась в шестнадцать. Харон осознавал, что старший брат никогда не был таким, как их покойный отец. В отличие от него Виктор всегда был справедливым и совестливым, он помогал нуждающимся, тем, кто приходил к нему за помощью. Он всегда принимал правильные и хорошо взвешенные решения. – Прости! Прости меня, брат. – Произнёс Харон. – Я не прав! Я не должен был произносить этих слов. Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю! Ты не отец и никогда им не станешь. Я так виноват перед тобой и Олей. Я думал, что поступаю верно. Я хотел тебе сказать, думал пройдёт время и обязательно скажу тебе о твоей дочери. Я искал её, но не мог найти. А потом подумал, может и не стоит, раз судьба так распорядилась, может оставить бедную девочку в покое? Она, итак, пережила страдания. Если бы я только знал с кем она живёт. Если бы я только мог догадаться, что всё это время она была у меня под носом. – Почти плача произнёс младший брат.

– Не нужно, Харон, ты не виноват. И я не злюсь на тебя за сравнение с отцом, ты прав. Я и сам об этом думал. Я больше не чувствую реальности. Что касается моей дочери, виноваты только я и Оля. Твоя вина лишь в том, что умолчал о её существовании, но я понимаю тебя, я поступил также когда-то давно, делая во благо. По крайней мере я так считал, что делаю это во благо. – В голове Виктора пролетела мысль: «Надеюсь, и ты меня сможешь простить, брат, за эту страшную тайну». – Глава клана поник, он сел обратно в своё кресло и продолжил – Теперь уже поздно выяснять кто прав, а кто виноват. Дело сделано, она мертва. Моя дочь мертва. Валери. Какой же я дурак! Она назвала нашу дочь в честь моего клана. Это и был главный ответ на вопрос, кто её отец. Я даже и думать не стал. Моя ненависть затуманила разум в тот день. Она ведь пыталась мне это сказать, а я и слушать не стал. Я убил Олю, а сегодня я убил свою дочь, – впервые за эти пятнадцать лет в глазах Виктора снова появились слёзы. Последний раз он плакал в тот день, когда собственными руками убил любовь всей своей жизни.