Чтение онлайн

Внезапно она увидела справа полосу дыма от тормозной ракеты, тянущуюся по ночному небу. Корабль сел очень близко от Гамлет-Гамлет, и если бы она продолжала ехать той же дорогой, то непременно наткнулась бы на него. Аннет сразу же ощутила — это было характерно для поли — два противоположных порыва. Страх велел ей сжаться и прильнуть к земле, а любопытство, сестра желания, ожидания и возбуждения, заставило нажать на газ.

А когда она добралась до корабля, страх и вовсе исчез. Она притормозила, съехала на обочину и заглушила двигатель. Машина проехала еще немного, потом остановилась.

Аннет выключила свет и сидела, вслушиваясь в звуки ночи и думая, что ей делать дальше. С места, где она находилась, корабль был едва виден, вокруг него то и дело вспыхивал свет. Кто-то там возился с чем-то. Может, терранские солдаты готовились к нападению на Гамлет-Гамлет? Но она не слышала никаких голосов, а корабль выглядел не таким уж большим.

Разумеется, она была вооружена. Каждый из делегатов ассамблеи должен был иметь оружие, хотя представитель гебов обычно забывал про него. Аннет взяла из бардачка старомодный пистолет. Никогда прежде она им не пользовалась и ей казалось невероятным, что она сможет выстрелить. Но, похоже, выбора не оставалось.

Девушка тихо прокралась зарослями карликовых кустов и вдруг оказалась у самого корабля. Когда вновь вспыхнул свет, она испуганно отпрянула. Возле корабля происходило что-то непонятное: какой-то мужчина копал лопатой яму, лицо у него было потное и напряженное. Вдруг он бросил лопату и метнулся в люк корабля.

Мужчина появился снова, держа в руках коробку. Он осветил коробку фонарем, и Аннет Голдинг увидела пять влажных и пульсирующих шаров размером с грейпфрут. Они были живые, и она сразу же узнала их — ганимедийские студняки в начальной фазе развития; она видела их на учебных кассетах. Мужчина, разумеется, закапывал их — в земле они вырастут очень быстро. Эта часть их жизненного цикла проходила почти мгновенно, и потому мужчина очень спешил — шары могли умереть.

— Ты не успеешь зарыть их вовремя, — сказала она, сама себе удивляясь. Один шар уже потемнел и съежился: он умирал на глазах. Девушка подошла поближе.

— Слушай, давай я полью их. У тебя есть вода? — Она присела рядом, ожидая ответа. — Иначе они погибнут.

Он и сам это знал.

— На корабле, — сухо ответил он. — Возьми посудину побольше. Увидишь кран, он помечен. — Мужчина схватил умирающий шар и осторожно положил его в ямку.

Аннет вошла в корабль, нашла кран, а потом миску.

Она быстро полила усыхающие шары, философски рассуждая, что так же обстоит дело с грибами. Все у них происходит очень быстро — рождение, рост, смерть. Может, именно в этом и заключается их счастье.

— Спасибо, — сказал мужчина, поднимая второй, на этот раз влажный шар и закапывая его. — Я не надеюсь, что мне удастся спасти их все. Споры проросли во время полета, но мне некуда было их поместить. У меня не было достаточного количества земли.

Некоторое время он внимательно смотрел, как она копает, увеличивая ямку, потом вдруг сказал:

— Мисс Голдинг.

Аннет, сидевшая на корточках возле коробки с шарами, спросила:

— Как получилось, что ты меня знаешь, а я тебя никогда прежде не видела?

— Это мое второе путешествие сюда, — загадочно ответил он.

Первый закопанный шар уже начал расти. В свете фонаря Аннет видела, что земля дрожит и пучится: диаметр шара стремительно увеличивался. Зрелище было странное и забавное. Аннет рассмеялась.

— Прости, — сказала она, — но ты ворвался сюда, сунул их в землю, а теперь стоишь и смотришь. Через минуту они станут величиной с нас, а потом начнут двигаться. — Она знала, что студняки были единственными движущимися грибами во Вселенной, и потому-то они ее восхищали.

— Откуда ты столько о них знаешь? — спросил мужчина.

— Много лет подряд мне нечем было заняться, кроме как учиться. Из… э… пожалуй, вы назвали бы это больницей… прежде чем ее разрушить, оттуда вынесли кассеты по биологии и зоологии. Это правда, что зрелый ганимедийский студняк настолько разумен, что с ним можно разговаривать?

— Он даже более чем разумен. — Мужчина быстро посадил следующий шар, дрожащий у него в руках, студенистый и мягкий.

— Превосходно, — сказала она. — Это просто очаровательно. Стоит остаться здесь, чтобы все увидеть. Разве не здорово? — добавила она, присаживаясь по другую сторону коробки и следя за его работой. — Запах ночи, чистый воздух, звуки ночных существ… Все это вокруг тебя, а ты сажаешь грибы вместо того, чтобы позволить им умереть. Ты очень жалостлив, я вижу это. А как тебя зовут?

Он искоса посмотрел на нее.

— Зачем тебе это?

— Чтобы запомнить тебя.

— Недавно я тоже спрашивал у одного человека фамилию, чтобы запомнить ее.

Осталось посадить еще один шар, а первый уже начал почковаться и выбрался на поверхность. Теперь он, как заметила Аннет, сделался множеством шаров, как бы слепленных в единое целое.

— Но мне, — продолжал мужчина, — нужна была фамилия, чтобы потом найти его и… — Он не закончил, но девушка поняла. — Меня зовут Чак Риттерсдорф.

— Ты родственник доктора Риттерсдорф, психолога с терранского корабля? Ты, наверное, ее муж. — Она была в этом совершенно уверена. Вспомнив план Габриеля Бейнса, Аннет прикрыла рот рукой, смеясь от злого возбуждения.

— О, — сказала она, — если бы ты только знал… Но я не могу тебе этого сказать.

«Есть еще одна фамилия, которую ты должен запомнить, — мелькнула у нее мысль, — Габриель Бейнс. Интересно, как там его план совращения доктора Риттерсдорф? Скорее всего, провалился. Но для Габриеля это могло быть — а может, и стало — прекрасным развлечением. Однако сейчас все кончилось, потому что прилетел мистер Риттерсдорф.

— А как тебя звали, когда ты был здесь раньше? — спросила она.

Чак взглянул на девушку.

— Думаешь, я изменился?

— Ты был кем-то другим. — Так должно было быть, иначе бы она запомнила его и узнала сейчас. После небольшой паузы Чак ответил:

— Скажем так: я был здесь, встретил тебя, потом вернулся на Терру и теперь снова прилетел. — Он посадил последний шар, поднял пустую коробку, взял подмышку лопатку и направился к кораблю.

— Теперь студняки завладеют нашим спутником? — спросила Аннет, идя следом за ним. Ей пришло в голову, что это может оказаться частью терранского плана. Но идея была дохленькой — ведь мужчина работал в одиночку и явно тайком. Так мог бы действовать пар.

— Бывает кое-что и похуже, — лаконично ответил Риттерсдорф.

Он исчез внутри корабля. Аннет после недолгого колебания вошла следом, щурясь от яркого света.

На одной из полок лежал ее пистолет, она сама положила его туда, когда наливала воду в миску. Чак поднял оружие, проверил, а потом повернулся к ней со странным выражением на лице, почти гримасой.

— Твой?

— Ну… — ей было стыдно. Аннет протянула руку, надеясь, что он отдаст пистолет, но мужчина продолжал держать его. — Пожалуйста… — промямлила она. — Он мой, я оставила его здесь, когда бегала за водой.