Классическая драма Востока
Шрифт:
Что ж, нам остается уповать на достойнейшую Камандаки.
Мадхава (в сторону). Не удивительно ли?!
Впереди, позади, вдалеке и поблизости, Вне меня и во мне днем и ночью мне видится Дивный лик, золотое подобие лотоса, Очи в блеске томительном, в беге стремительном.(Вслух.)
Не ведаю, друг, что такое со мною творится. Недугом пронизано тело, душа в лихорадке; Мешаются мысли, тоска сотрясает мне душу, Любовь неизбывная заживо сердце сжигает.Все уходят.
Так кончается первое действие, называющееся "Дорога, усаженная бакулой".
В короткой правешаке ко второму действию служанки сплетничают о новостях, уже известных зрителю и читателю. Одна из них сообщает, что минувшим утром царь сватал Малати за своего любимца Нандану, а Бхуривасу ответил царю, что он — хозяин его дочери. Но так сильна любовь Малати к Мадхаве, что она навечно останется копьем, пронзившим ее сердце. "Что ж, — отвечает на это другая, — теперь почтенная Камандаки должна будет явить свои сверхчеловеческие силы!"
А после этого само второе действие открывается тем, что Лавангика отдает Малати плетеницу, сплетенную Мадхавой, рассказывает, как он терзается любовью, и показывает нарисованный им портрет Малати. Малати читает строфу, написанную Мадхавой на портрете, и выражает надежду, что он будет счастлив в жизни. Но ее собственная страсть к нему терзает ее еще больше, и она изливает Лавангике свои страдания. Та советует ей соединиться с Мадхавой в браке по любви. Малати отвергает даже саму мысль об этом и говорит, что ей лучше умереть, чем совершить поступок, недостойный девушки благородного происхождения.
Тем временем приходит Камандаки, сопровождаемая ее ученицей Авалокитой, повидать Малати. Камандаки встревожена, видя девушку в смятении, порожденном любовными страданиями. Малати горестно шепчет: "Как случилось, что отец принес меня в жертву желаниям царя? Утехи властителя моему отцу дороже дочери!"
Камандаки же, беседуя с Авалокитой и Лавангикой в присутствии Малати, рассказывает о том, что у Девараты, министра царя Видарбхи, есть сын, обладающий множеством всяческих достоинств, и что зовут его Мадхава. Рассказ ее наполнен тонкими намеками, рассчитанными на то, чтобы еще пуще разжечь страсть девушки и подготовить встречу влюбленных.
В правешаке к третьему действию другая ученица Камандаки, Буддхаракшита, обменивается с Авалокитой репликами, из которых выясняется, что, по желанию их наставницы, они содействовали предстоящей встрече Малати и Мадхавы у храма Шанкары в четырнадцатую ночь темной половины месяца [61] . Кроме этого, становится ясно, что наставнице не безразличен успех Макаранды, друга Мадхавы, влюбленного в Мадаянтику, подругу Малати. Буддхаракшита делает все, чтобы в сердце Мадаянтики укрепилось чувство любви к Макаранде и жажда встречи с ним.
61
…в четырнадцатую ночь темной половины месяца. — Индийский лунный месяц делится на светлую половину, когда луна прибывает, и на темную, когда она убывает. Четырнадцатая ночь темной половины месяца благоприятна для успеха тайных замыслов: в эту ночь особенно действуют духи предков и вообще умерших.
После этого в саду при дворце Бхуривасу сама Камандаки открывает третье действие словами о том, как повлияла она на Малати. Приходят в сад и Малати с Лавангикой и начинают собирать цветы. Незаметно для них в сад приходит Мадхава — для его влюбленных очей Малати кажется еще более прекрасной, чем прежде, ее красота разжигает пожар в душе юноши, и она же исцеляет его глаза.
Камандаки просит Малати остановиться и не собирать больше цветов, так как это утомительное занятие может повредить ее здоровью. Когда монахиня и девушки усаживаются, Камандаки в весьма возвышенном стиле рассказывает Малати о любовных терзаниях Мадхавы. Ей возражает Лавангика, не менее возвышенно описывающая бедственное состояние влюбленной Малати. Камандаки выражает тревогу по поводу судьбы Мадхавы.
Беседа прерывается голосом из-за кулис, вещающим о смятении в городе из-за того, что тигр вырвался из клетки, и предупреждающим горожан о том, чтобы каждый позаботился о спасении своей жизни. Вбегает Буддхаракшита с мольбой о спасении Мадаянтики, на которую напал тигр. Все кидаются на помощь, но видят, что их опередил Макаранда. Их радость сменяется печалью — от ран, причиненных когтями тигра, Макаранда падает без памяти. Мадхава, видя это, тоже теряет сознание.
В четвертом же действии оба приходят в себя, и мало-помалу беседа возобновляется. Появляется скороход и, обращаясь к Мадаянтике, произносит: "Сам Нандана, министр, твой старший брат, тебе шлет весть, что ныне царь пожаловать изволил во дворец к нему и, изъявив доверье к Бхуривасу и к нам благоволенье, объявил, что Малати нам в жены отдает. Скорее возвращайся, чтобы разделить восторг и ликованье с нами".
Отчаяние охватывает Малати и Мадхаву, а Камандаки пытается утешить их, поясняя, что, когда Бхуривасу говорил царю, что тот — хозяин его дочери, министр имел в виду, что царь хозяин своей дочери. Монахиня уверяет Мадхаву, что устроит его свадьбу с Малати, даже если ей самой это будет стоить жизни. Камандаки зовут к царице, и она вместе с Малати спешит на зов.
Мадхава, сетуя на судьбу, угрожающую погубить его любовь к Малати, обменивается взорами с Малати, шепчущей про себя: "О благородный, свет моих очей, тебя я вижу в последний раз!" Мадхава в отчаянии решает стать продавцом человеческого мяса, на кладбище, то есть тем самым обратиться к самым крайним средствам, к помощи злых духов, чтобы достичь желанной цели.
Действие пятое
Влетает по воздуху Капалакундала, одетая в ужасающе сверкающие наряды.
Вишкхамбака
Капалакундала
Властителю сил в окружении сил [62] вездесущих, Властителю сильных, которые в нем пребывают, Властителю сведущих, истинный путь находящих, Тебе, обитающий в сердце и в жилах, победа! Вот теперь, В средоточии жизненных сил сокровенный, ты в облике Шивы Явлен лотосом сердца мне, слитой с тобой, так что я прилетела, Пять начал подавив, духом верным в шестнадцати жизненных силах, Силой мысли моей безо всяких усилий грозу обгоняя. И при этом: Наслаждение мне доставлял в поднебесье Этот яростный лязг с неумолчным трезвоном, Потому что в полете гремит и трезвонит Ожерелье мое: черепа с бубенцами.62
Властителю сил в окружении сил… — Капалакундала и Агхорагхапта были последователями одной из так называемых тантристских сект, особенно распространившихся в конце I тысячелетия. Тантризм— совокупность учений этих сект, суть которых сводится прежде всего к почитанию бога, как материнского начала, в той или иной шакти (женской ипостаси данного бога), осмыслявшейся как его супруга. В данном случае Малати должна быть принесена в жертву богине Чамунде, одной из ипостасей супруги бога Шивы. Тантристы обычно устраивали свое поклонение тайно, сопровождая его всякими мистическими и сексуальными обрядами. Особый упор в их культе делался на магическое значение мантр (молитвенных формул), биджа (особых слогов, приуроченных к каждому божеству), янтра (особых диаграмм), мудра (различных положений пальцев рук) и ньяса (прикосновение изображения божества к разным частям тела); все это должно способствовать прежде всего лицезрению избранного божества, а затем и полного отожествления верующего с ним.
А также:
На север, на юг и на запад волосья мои на лету развевались. Бубенчик, болтаясь на посохе, взвизгивал дико на все мирозданье. Полотнища ветер трепал, в исступленье хлестал он бегучие тучи. Огни задувал, черепа задевал он, в глазницах пустых завывал он. (Прохаживается, всматриваясь и принюхиваясь.)Здесь, неподалеку, у дороги на кладбище, где сжигают трупы, стоит храм Каралы, — доносится оттуда дым погребальных костров, несущий запах чеснока, изжаренного на протухшем масле из семян нимбы. Тут мне и надлежит, по повелению наставника Агхорагханты, все сделавшего, чтобы с помощью заклинаний обрести волшебную силу, приготовить то, что нужно для принесения жертвы [63] . Вот что он мне говорил: "Доченька Капалакундала, сегодня блаженной Карале должны мы принести обещанную раньше жертву — красавицу из красавиц, живущую как раз в этом городе". Вот я и ищу ее.
63
…то, что нужно для принесения жертвы. — То есть необходимые сосуды и инструменты.
(С любопытством всматриваясь.)
Но кто это, суровый и прекрасный, со вздыбленными волосами, с мечом в руке вступает на кладбище? Кто ж это? Телом он темен и бледен, как синий застенчивый лотос; Шествует он, как плывет над землею заоблачный месяц. Левая только рука, позабыв дерзновенно смиренье, Мясом прельщает людским, человеческой кровью прельщает.(Всмотревшись.)