Чтение онлайн

Он мысленно усмехнулся этой мысли и шагнул в Зал Триады.

Проницательность Ная не дала осечки и в этот раз — Олаф Осклас действительно оказался здесь, задумчиво застывший возле витрины с Нефритовым Веером. Его ссутуленную фигуру молодой человек узнал бы даже в полной темноте.

Най уверенно направился к директору музея, попутно прислушиваясь к своим ощущениям — сегодня он не чувствовал никакого гула, и лишь воздух в зале казался ему чуть прохладнее, чем везде.

Осклас так усердно был занят созерцанием Веера, что заметил появление Ная только в последний момент, когда молодой человек был уже в паре метров от него.

—Найджел!? —Натянув поношенный вязаный жилет на круглом животе, Олаф спрятал руки в карманы брюк, —К-к-какими судьбами так рано?

А ведь действительно — рано. Порядком раньше, чем обычно — и все ради того, чтобы застать директора в самом что ни на есть деятельном расположении духа, еще не загруженным всей бюрократией музейного быта.

Часы не пробили еще семи утра, а Олаф уже был на ногах. Может, он и не ложился вовсе? По его лицу невозможно было понять.

Вот еще один повод уважать этого человека. Найджел бы ни за что так не смог. Он знал, что такое жертвовать сном ради работы, но не до такой же степени!

Впрочем, руководящие должности совершенно его не привлекали. Вся его натура требовала кипучей деятельности, постоянных перемен, а не перекладывания бумаг из одного ящика в другой. Этим он тоже был весь в отца.

—Очень хотел поговорить, —Най принялся поспешно открывать портфель, —Мне кажется, я сдвинулся с мертвой точки.

—Э-э-это ты о ч-чем?

Най давно привык к заиканию Олафа, и с годами даже перестал считать это дефектом. Просто особенность. К тому же, скорость речи совершенно не влияла на скорость его мышления.

—Энергометр поймал сигнал, —Молодой человек в несколько шагов преодолел расстояние до ближайшей витрины — с обычными нефритами — и разложил записи своих расчетов прямо на ней, —Вот, —Он указал на цифру “406,18Е”, —Это самый высокий показатель с тех пор, как я увеличил чувствительность энергометра к Следу.

—И ч-что это значит? —Олаф склонился над записями.

—Что заряд Триады претерпел перемещение в пространстве. След проявляет себя только в таком случае. А учитывая показатель, мы можем судить о дальности этого перемещения. И близости его относительно местонахождения моего устройства.

—И ты д-д-думаешь, что это..?

—Я уверен, —Выдохнул Най, —Это может быть только Клетка.

Олаф задумчиво потер небритый подбородок:

—Это все цифры, цифры… Н-на выходе что?

Най выложил на витрину еще один лист, на этот раз исписанный словами, а не уравнениями:

—Предел чувствительности моего устройства — не более пяти астрономических единиц. На этом расстоянии от нашей колонии находится порядка пятнадцати других планет, —Затараторил Най, —Шестнадцать, если быть точным, но сигнал с Колонии-32 дошел бы до меня только в виде шума из-за пояса астероидов. К тому же, если брать в расчет силу этого сигнала, то круг поиска сужается до трех астрономических единиц, —Палец молодого человека бодро заскользил по листу бумаги, —а это уже шесть планет, одна из которых окружена силовым куполом и не пропускает никакие сигналы, другая — закрыта для посещений из-за карантина и не принимает пребывающие судна — что дает мне право утверждать, что Клетка точно не там — и еще одна… находится в военном положении. По итогу окончательный круг я могу сузить до трех — Колония-11, Колония-18 и Колония-27.

Довольный своей тирадой, Най с облегчением выдохнул и во все глаза уставился на Оскласа.

—И ты с-считаешь, что сейчас будет ц-целесообразно..?

—Другого шанса может не появиться.

Олаф упрямо смотрел на него исподлобья. Най мысленно воззвал к — удивительно — расчетливости и, может, даже алчности этого человека. Как-никак, в случае обнаружения артефакта такого масштаба без выгоды он не останется: деньги от туристов и любопытствующих зевак потекут в музей рекой, а его директору, как руководителю экспедиции, непременно достанется вся слава.

Най не преминул бы сообщить Оскласу об этом, реши он заартачиться, но директор зашел с другого пути:

—А к-как же твоя гипотеза?

“Ну почему именно сейчас!?” — мысленно выругался Най. Надо же было испортить такой торжественный момент его воодушевления внезапным упоминанием возможности конца света!

—Не думал, что ты п-п-присоединишься к нашему с Сонсеном мнению, —Добавил Олаф.

Най всегда считал себя принципиальным человеком. Не во всем, конечно — ему не было никакого дела до пошива костюма в конкретном ателье или покупки сладостей у одного и того же кондитера, но были вещи, которые он находил чрезвычайно важными. И собственные научные изыскания относились именно к таковым.

Он никогда не выдвигал поспешных гипотез и непроверенных идей, дабы не прослыть среди ведущих умов недотепой и профаном, сыном гениального отца, на котором отдохнула природа. Все, что Най делал и говорил, было результатом многолетнего труда и кропотливых исканий, взвешенных и обдуманных.

Он не поступился бы ни одним своим словом даже под страхом смерти. Но в данном случае речь шла даже не о его гордости или принципах — на кону стояла целая колония.

Вся его затея могла провалиться из-за одной неосторожной фразы. Но Най не имел права поставить себя — свою дурацкую жизнь — выше безопасности целой планеты. В таком случае он недостоин бы ни звания ученого, ни звания сына своего отца.

—Я и не присоединяюсь, —Твердо возразил он, —Я по-прежнему считаю, что нахождение артефактов Триады в одном помещении может быть небезопасно. В случае, если у меня получится доставить сюда Клетку, я бы советовал расположить ее как минимум… в другом крыле здания.

—Г-г-гипотетически небезопасно, —Подняв палец, поправил Ная Олаф, —Пока н-не приведены доказательства разрушительного влияния энергии артефактов на внешнюю среду, мы ничего не можем з-заявлять наверняка.

Снова эта песня! И почему они с Сонсеном не могли даже допустить такой возможности?

Най знал ответ. Ни Олаф, ни Сонсен не были на Последнем Корабле, не видели своими глазами эти неестественно разбросанные по судну трупы, ставшие за много лет голыми скелетами, не натыкались на неестественный зеленоватый свет, который и натолкнул Ная на мысль о Следе. Они посвятили жизнь изучению Нефритовой Триады, но словно понятия не имели, с какой силой имеют дело.

Несмотря на то, что теперь молодой человек искал в ней исцеления, он помнил, что в первую очередь она убивала.

—Я найду и приведу доказательства, —Отчеканил он, —Но сейчас нужно пользоваться шансом, пока он не исчез. Возможно, именно в Клетке и кроется доказательство моей гипотезы.

—Или же н-н-наоборот, —Заговорщически улыбнулся Осклас.

—В любом случае, мы должны быть с ней предельно осторожны, —Най кивком указал на застекленную высокую витрину, с которой за ними наблюдал Нефритовый Веер, —Как с ним.

Он до сих пор помнил момент, когда первый и единственный раз взял эту, казалось бы, безобидную вещицу в руки. И едва не разгромил весь Золотой зал, по размеру превосходящий этот раза в два.

Веер превращал воздушные потоки в непреодолимую разрушительную силу. Из всей Триады он был самым опасным. Впрочем, Най понятия не имел, на что были способны Шахматы до того, как кто-то расколошматил их вдребезги, очевидно, свихнувшись от полученной в результате взаимодействия с ними информации.