Чтение онлайн

– Впервые вижу, чтобы девушки тебе отказывали, – раздался басистый голос сбоку, и я, прервав свои мысли, развернулся к собеседнику. – Обычно они вешаются тебе на шею или сразу предлагают постель.

– Маркус, – тихо начал я и придвинулся ближе, – отыщи по камерам четкое изображение лица этой девушки и найди всю информацию про нее.

– Что? Сколько ты выпил, друг мой?

Маркус сощурил глаза, как бы оценивая эмоции и мотивы. Я отлично умел скрывать эмоции, и тогда, когда казалось, что совершенно спокоен и нахожусь в непринужденной обстановке, внутри все горело, я был готов рвать и метать, наброситься на каждого. В очередной раз за вечер я утомленно закатил глаза и высушил бокал со спиртным.

– Это не просьба, Маркус, а приказ, – грубо бросил я. – И наша дружба не является причиной, почему тебе позволено продолжать анализировать меня и думать, стоит ли тебе приступать к этому делу.

– Ты уверен?

– Завтра жду всю необходимую информацию и желательно с фотографиями.

Соглашаясь с собственными идеями, я уверенно качнул головой в ответ и, больше не желая находиться в напряженной обстановке, поднялся с барного стула. Легким жестом поправил пиджак темного костюма и воротник белоснежной рубашки. Похлопав Маркуса по плечу, отправился вглубь ликующей толпы.

Еще одно место в клубе, которое тоже охранялось, – мой кабинет, где я находился ежедневно, в особенности не в рабочие часы заведения. Осматривая остальных людей, охранник пустил меня внутрь. Дверь тихо закрылась, пока я продолжал стоять около нее, собирая мысли воедино.

Эмоции рвались наружу, из-за чего я прорычал и сжал ладони в кулаки. Сделав еще несколько глубоких вдохов, прошел к рабочему столу, но остановился около кожаного кресла, опустив взгляд вниз: некогда забытые бумаги на моем столе на втором этаже уже лежали аккуратной стопкой, ожидая, когда закончат работу с ними, а также и то, что уже успел принести Маркус.

Резким и рваным движением взъерошил волосы, провел ладонями по лицу несколько раз, желая стереть последний час. Склонился над рабочим местом, опираясь на сжатые кулаки, и прикрыл тяжелые веки. Отличная шумоизоляция помогла погрузиться в тишину, остаться наедине с ранее увиденным и осознать произошедшее.

Рывком отодвинув кожаное кресло, я упал в него. Вымученный вздох. За ним еще один. Сфокусировавшись на одном предмете, моя улыбка смягчилась. На столе стояла рамка с фотографией – портрет Агаты, мило улыбающейся в объектив камеры. Помню тот день поминутно, и как мы делали этот снимок: я тогда стоял около фотографа, и кто-то набрался смелости меня побеспокоить, я громко ругался, а Агата заливисто смеялась с моей реакции, отчего и получилась такая фотография. Постепенно сходил с ума, когда казалось, что слышал ее смех, смотря на гипнотизирующее фото.

Я провел указательным пальцем по холодному стеклу внутри белой рамки, желая переместиться в тот день и вновь прикоснуться к ее бархатной коже, к ее сладким губам, вдохнуть легкий аромат духов и окутать себя в ее тепло.

– Ожидание было не таким уж долгим, дорогая, я же обещал тебе за все отомстить.

Алессио

Легкий ветер прошелся по обнаженной коже спины, заставляя натянуть сонно одеяло выше. Не открывая глаз, провел рукой по второй половине кровати, но та оказалась холодной. Приглушенный вялый стон сорвался с губ, и я распахнул веки, оглядывая внимательно обстановку перед собой.

– Агата? – проговорил хриплым голосом, поднимаясь с постели. Еще вчера мечтал провести половину дня в кровати, не думая о проблемах и делах, разрешил себе чуть больше отдыха в выходной день, но, видимо, планам не суждено сбыться. – Агата, ты где, милая?

В ответ последовала тишина. Брови сошлись к переносице. Обычно Агата включала что-то на фоне во время готовки или других дел, но сейчас в доме не было ни звука. Адреналин быстрее вырабатывался в крови. Я начал перебирать в голове даты, укорив себя, что мог забыть о важном дне, но не моя жена. Возможно, она просто готовит сюрприз. Прикрыв глаза, прошептал про себя:

– Пожалуйста, я не хочу трагичного исхода событий, – вымученный вздох. – Может, я все же забыл о чем-то? Годовщина свадьбы? День нашего знакомства? Первый поцелуй?

Задумчиво покачав головой, я подорвался с кровати. Ветер чуть усилился, развеивая легкий тюль. Не тратя времени в пустую, широкими шагами покинул спальню. Сердце бешено билось внутри, в горле пересохло, но я всеми возможными способами старался выкинуть мрачные мысли. Они лишь вместе с паникой усугубляли положение и не давали трезвому разуму путь для разрешения проблемы.

– Агата, какого черта происходит?

Кровь закипала от неясности. Я ненавидел находиться в неведении. И как бы не старался совладеть с бушующими эмоциями – никого результата. Они взяли контроль надо мной, насмехаясь.

Дверь в соседнюю от спальни комнату громко соприкоснулась со стеной, когда я перешагнул порог, судорожно оглядывая каждый сантиметр помещения. Мастерская Агаты не выражала ни единого признака чьего-либо присутствия. Две швейные машины нетронутые стояли у бежевой стены, куча раскрытых тканей на столе ожидала, когда к ним вновь прикоснутся и создадут очередной шедевр. Окно оказалось распахнутым на ночь, и сильный ветер раздувал обрывки тканей и нагонял неприятные мурашки по телу, вынуждая обхватить себя руками.

Грязно выругавшись и не найдя своей жены, выбежал из мастерской, не закрывая двери. Следующая цель – личный кабинет. Я не хранил секреты от Агаты, у нее был полный доступ ко всем документам и файлам. В этой части дома расположилась также небольшая библиотека, и моя жена иногда любила там оставаться, усаживаясь в уютное кресло рядом с книжными полками, в особенности, когда я работал рядом. Но, проникнув в рабочую зону, я вновь никого не обнаружил. Раскрытая книга лежала на одной из полок, папки с бумагами аккуратно сложены на крае стола.

– Агата! Это уже не смешно! У меня не было в планах ранним утром играть в прятки. Где ты? – тон голоса становился отчаянней, руки уже немного дрожали, а челюсти сжимались: от злости, что не хватало сил, и паники, заполнившей все тело.

Заскрипели деревянные половицы под ногами, в то время как я решил спуститься на первый этаж и продолжить свои поиски в остальной части дома. Надежда ни на миг не покидала меня, боролась со страхом и мрачными мыслями. На мгновение остановился на последней ступени и зажмурил глаза до появления ярких пятен, прижимая пальцы к вискам. С силой потер кожу и сам не сумел разгадать, что пробормотал, но мне показалось, что это как-то могло помочь.

– Я уже схожу с ума, – себе под нос прошептал и медленно распахнул веки, несколько раз моргая, чтобы сфокусировать зрение.

Осмотревшись со своего места, я по-прежнему никого не замечал. Дыхание начало сбиваться. Кухня встретила пустотой и прохладой, цветы на мраморной столешнице напоминали о недавнем приятном вечере, однако не было чьей-либо одежды или столовых приборов, что могло бы сказать о столь раннем завтраке второго человека в доме. Панорамные окна, открывавшие вид на небольшой сад, не смогли дать подсказки и помочь в поисках. Яростно ударив ладонью по стеклянной поверхности, из груди вырвалось рычание.