Чтение онлайн

– Могу сделать больно.

Стикс поморщился, но сделал это так показательно, что Лаула не совсем поняла, морщится ли он от боли, или от ее уверенного заявления. Ведь всем известно, что дьяволу боль - что ангелу смех.

Тем не менее, от этой демонстрации у Лаулы стало спокойнее на душе. Она здесь, вместе с Темным. Но у нее предостаточно ресурсов для его контроля.

– Я бы не хотела часто к этому прибегать, - призналась девушка.
– Особенно на людях. Как минимум, это усложнило бы нам путь. Так что я прошу вас, пожалуйста. Пожалуйста, Стикс, не усложняйте нам обоим жизнь.

Ей было гораздо легче рассуждать и действовать спокойно под взглядом этого умудренного старца, чем под насмешливым взором того вздорного парня. И она была благодарна Стиксу, что он перевоплотился ради этого.

– Что же это за жизнь, если она легкая?
– немного усмехнулся Стикс.

И Лаула поняла, что для Темного все происходящее было настоящим весельем.

– Почему вы украли тот кошелек?
– спросила девушка, когда они подходили к своему вагону.

– Чтобы купить сладостей для детей, - ответил Клинок.
– Я люблю детей.

– В каком, эм... смысле? Я серьезно, если ты попробуешь навредить им...

Стикс остановился и смерил ее внимательным взглядом.

– И не подумаю, - ответил, наконец, он с чувством глубокого достоинства.
– Я просто люблю детей. Если вам, леди, так трудно поверить в мои слова, представьте себе мою любовь, как таковую к котятам, скажем. Котята милые. Дети милые. Вот и все. Хотя я больше люблю собак, если меня спросить. В них больше мяса.

Хоть что-то успокаивало. Поменяв облик, Стикс оставался безумным существом с безумными словами.

– Ну, ладно, - Лаула вздохнула, понимая, что Темный не собирается вредить детям.
– Но ведь вы, ты, ну... мог попросить денег у меня. В чем была сложность?

– А все в том же, - произнес Стикс, заходя в вагон первым.
– Между попрошайничеством и воровством, я предпочту второе. Просто из личных убеждений.

– «Блаженны просящие,» - вздохнула Лаула, будто бы доказывая этой фразой неправоту Клинка.

В поезде Лаула намеревалась и глаз со Стикса не сводить. Тот же, в своем немолодом обличье, выглядел так, будто больше всего на свете его заботила окружающая обстановка. Мнительность, разгоревшаяся в новоиспеченном Персте Указующем, говорила Лауле о том, что ее вновь пытаются обвести вокруг пальца.

А потом она подумала о том, что за последние пять сотен лет Стикс, наверное, ничего кроме стен Анубиса и не видел. Так что такая его реакция на все подряд была даже достойной сочувствия.

– Вы поменялись, - заметила Лаула.

Стикс, как раз рассматривающий рычажок включения света, повернул к ней лицо с выражение вежливого любопытства.

– Не только внешне, но... Ваше, твое, поведение тоже изменилось.

– Можно на «ты», - ответил Стикс.
– В конце концов, тебе быть моим начальником. Да и я не буду чувствовать себя такой старой развалиной, какой являюсь на самом деле.

Лаула кивнула, будто послушная ученица, и тут же укорила себя. Почему ей так неловко с этой ипостасью Клинка? Тот, кстати, вполне успешно включил и выключил свет в их купе с помощью рычажка.

– Что касается твоего замечания, леди, - произнес довольный своим исследованием Стикс.
– Я меняю облик не только для вида и не только внешне.

– А если подробнее?

– Можно и подробнее. Но просто так рассказывать все свои темные и злые секреты мне будет скучно, пожалуй. Хочешь сыграть со мной? Вопрос-ответ. Игра простая и древняя, как я.

– В народе говорят, что дьявол тебя всегда обманет, - заметила Лаула, не собираясь, впрочем, отказываться.

В конце концов - все какое-то развлечение.

– Хотя бы в таком случае - я не дьявол, - спокойно парировал Стикс.
– Итак, задашь вопрос первой, или мне начать?

– Зачем ты меняешь облик, и как?
– тут же спросила Лаула.

– Это несерьезно, леди. Выберу вопрос из двух сам. Итак, я записываю образ, созданный в моем мозгу на свою Стигму изменения. В качестве бонуса, могу разобрать детальнее.

– Нет уж, спасибо, - разочаровано ответила девушка.

Хотела схитрить, но была переиграна всухую. Конечно, она знала, что такое Стигма. Так назывались особые способности Темных. Стигмы у них - как знак их греховности, и Мольбы у Светлых - как сила их веры.

Ну и то, что он меняет облик через Стигму, было довольно очевидно. Хотя Лаула и хотела своей маленькой хитростью получить личное устное подтверждение об этом. Что ж, глупо было надеяться так запросто обхитрить величайшего из Темных.

– Мой ход?
– произнес, меж тем, он.
– Итак, возвращаясь к нашему разговору в Анубисе... Ты бывала там посетителем. И навещала кого-то. Мой вопрос - кого?

Лаула вздохнула. Не очень приятный вопрос, но она, пожалуй, привыкла. Да и, в конце концов, было бы глупо ожидать, что Темный не заинтересуется подобным.

– Мой отец, - твердым голосом ответила девушка.

Стикс уважительно склонил голову.

– Светлая такой силы как ты должна иметь интересную историю, - сказал он.
– Я рад, что ты стала моим хозяином.

– Ты не моя собственность, - покачала головой Лаула.
– Рабство запрещено. Мы в просвященных землях.

– Ну, это спорный вопрос, - Темный улыбнулся.
– Ведь практика Перстов Указующих и их Клинков довольно... распространена.

– У нас не так много Темных, чтобы Персты и Клинки были распространены.

– Но они есть. И их не так уж мало, раз для них учредили отдельный орден в вашей Церкви, верно? И вот каждый Клинок, по сути, является рабом своего Перста. Его вещью. Его собственностью. Не скажешь же мне ты, что я являюсь гражданином вашей светлой страны?