Клирик-наемница
Шрифт:
– Обещаю, в следующий раз. А сейчас туман не спокоен... Не нравится мне он.
Я легко коснулась его губ в ответ.
– Все нормально.
Мы стояли, прижавшись, друг к другу.
– А ты у меня в кармане четки забыла, - так же тихо продолжил Витя.
– Знала бы ты, сколько я с ними натерпелся!..
– Я не специально...
– Надеюсь...
– А они где?
– По-прежнему у меня в кармане. Лежат, как приклеенные, и не теряются.
– Можно я их заберу?..
– Да уж хотелось бы, - выдохнул он с нежностью.
– В левом поищи.
Я хотела уже полезть в карман, как вспомнила.
– Вить?..
– М-м-м...
– Амулет обратно возьмешь?
– робко предложила я. Кулон на цепочке ощутимо давил на грудь, словно напоминал о себе. И раз уж мне возвращались четки, не отдать его я просто не могла. Ведь он изначально предназначался не мне.
– Какой?
– удивился парень.
Отстранившись, я вытянула за цепочку прозрачный камешек.
– Зачем? Ведь он твой.
Я в который раз залилась краской смущения.
– Вообще-то нет. С самого начала он предназначался тебе... В общем долгая история...
– запинаясь, попыталась объяснить.
– Я у костра кошелек нашла. Он там, в шве был зашит. Только потом на задании с дверью поняла, чей он. Прости, что не сразу вернула... Пожалуйста?! Если бы не он, я бы погибла... Прости, ладно? А деньги... Мне жить не на что было... Но я верну... Вить?..
Оторвавшись от созерцания кончиков сапог, я взглянула рейнджеру в глаза. Тот смотрел на меня внимательно, но где-то в глубине его взгляда плясали смешинки. Я спешно сняла кулон и, вложив ему в ладонь, сжала пальцы своей рукой в кулак.
– Возьми.
Он лишь качнул головой и с нежностью поцеловал в кончик носа.
– Лучше четки свои забери. А то, не дай бог, еще раз забудешь. Я ж поседею тогда...
Скользнув рукой в карман, я шаловливо погладила парня по ноге, и только после забрала четки.
Едва те оказались в руке, как божественная сила хлынула в меня живительным потоком. Завороженная ощущениями, я не сразу поняла что происходит. Виктор вздрогнув, напрягся, словно готовясь к удару и... Пропал.
– А?!...
– все что удалось выдавить из себя.
Растерянная, я подошла к валунам и уселась на один из них. Почему вечно так происходит?! Народ приходит и уходит из тумана, но одна я здесь вечно застреваю! Витю же наоборот, как морковку из грядки выдергивает. Поговорить толком и то не удается. То после боя выпадаем, то я в душевном раздрае! Все кумилькой, все набегу... Карма у нас особая что ли?! Скоренько вручили друг другу артефакты и повыкидывало из тумана. Тогда ножи друг другу передали, сейчас четки и кулон... Ножи!
Я вспомнила, что в прошлый раз припрятала под камнем пару. Сосредоточилась, чтобы почувствовать свое заклятье, и пошла на него. Разчаровать тайник - пустяковое дело. Сунула в углубление руку и... Не поняла! Где ножи?! Куда делись?!
Пошарив, нащупала только пару камушков. Ну что за?!.
На ладони лежали две невероятно крупных жемчужины. А это еще откуда взялось?.. 'Если еще что найдется на обмен, оставляй', - тут же припомнилось мне.
Неужели? Вот гад! Я его просила? Нафиг мне его побрякушки?! Пусть он их себе в зад засунет! Хоть по гланды! Мне ножи важны не как оружие... Они для меня напоминание! Его вещи! Его!..
В груди защемило от тоски. Так хотелось прижаться! Так хотелось, чтобы обнял!..
Зло смахнула набежавшие слезы. Не время сейчас, не время! Мне еще нужно вернуться обратно. В бой.
Оторвала от куртки лоскут и, завязав в него жемчужины, засунула за пазуху. Вернусь обратно в мир, продам при первой же возможности.
Отцепив от пояса пернач, сжала его в руке, в другой стиснула четки, а потом есть силы рявкнула:
– Лемираен!
Но почувствовать Богиню даже не успела. Едва обозначилось ее слабое присутствие, как неведомая сила потащила меня прочь. Серая пелена пошла переливами, потом перед глазами заплясали цветные пятна. В голове загудело, заскрипело. Я дернулась и подскочила на жестком топчане.
Мерно покачивался фургон, чуть слышно поскрипывали колеса, рядом кто-то разговаривал. В руках я по-прежнему сжимала четки, рубашку с боку оттягивали злополучные жемчужины, а вот пернач чистенький лежал в стороне на полу вместе с другим оружием.
Подхватив его, я отворила дверь фургона и выглянула наружу. На козлах сидел мистрэ Кальриен и управлял лошадьми.
– Что девочка, до сих пор не научилась контролировать расход силы?! Все так же в беспамятство падаешь?!
– раздался знакомый сварливый голос.
Я огляделась. Рядом с фургоном верхом на своем скакуне ехал Морвид. Он сидел в седле, нахохлившись как черный гриф на ветке.
Сделав вид, что не услышала его слов, я перебралась на козлы и уселась рядом с мистрэ. Меня интересовал лишь один вопрос.
– Драка с храмовниками давно закончилась?
– Вчера, - не оборачиваясь ко мне, ответил ши.
Я стиснула четки в кулаке, едва бусины из-под пальцев не брызнули. Черт возьми! А я валялась в отключке! Вернее не так. Я позволила себе отвлечься, когда здесь!.. М-м-м! Черт, черт, черт! И все приспешники преисподних!..
– Сколько погибло?
– голос был сух, горло сжималось от злости на саму себя.
– Анри, Падраг и Трик. Жонглер под огненную волну попал - ничего не осталось, а ликонтропа и шута порубили так, что собрать невозможно.
– А?..
– Остальных воскресил клирик от команды.
– Клирик?!
– от ужаса у меня аж волосы на голове зашевелились. Помнится мне, тот клирик почти превратился в тварюшку из замка. В кого он мог все превратить?!
– Клирик. Клирик...
– покивал головой Кальриен, и подстегнул лошадей.
– Пошли! Он очнулся к самому исходу. Ты тогда последних храмовников раскидывала и не видела...
И ши рассказал мне, как все происходило.
Стражи нападали на всех, не разбирая, кто перед ними: мужчина или женщина, ребенок или старик. Стремились уничтожить любого, кто подворачивался под руку. Артисты, несмотря на помощь двух своих магов, оказались не способны противостоять обученным воинам, валились как колосья под серпом. Так пал старший брат Мостина. Мальчишка, не выдержав, кинулся на помощь, а его поднял на копье кто-то из стражей. Это и обрушило последовавшую лавину событий.