Чтение онлайн

Хэппи резко оборвал новостную сводку, включив громкую музыку. По моей спине пробежали мурашки, но я не дрогнула.

– Я знал его, – вдруг подал голос Хэппи.

– Кого? – отозвался Рангер, и именно в этот момент я заметила глобальную перемену в его ауре – его выражение лица стало походить на грозовую тучу.

– Зигмунда Батлера. Он преподавал у нас на первом курсе. Не тот человек, о котором можно хорошо отозваться…

Рангер встал из-за стола. Он пытался двигаться спокойно, но каждое его телодвижение выдавало его с головой: с ним явно было что-то не так. Поставив грязную тарелку у раковины за моей спиной, тем самым предоставив её Хэппи, он вышел из кухни как будто спокойным шагом, но я видела, как он ускоряется по направлению к лестнице. Не убирая грязной посуды со стола, я резко поднялась и последовала за ним. С утра, надевая новое нижнее бельё, я вытащила рюкзак с оружием из-под кровати, и оставила его стоять у двери. Мне нужно просто успеть взять пистолет – и всё будет решено. И неважно, откуда он узнал. Важно только то, что ему не следовало лезть не в своё дело.

Глава 43

Я зашла в спальню на одиннадцать секунд позже Рангера. Он как раз вытаскивал что-то из своего шкафа и стоял ко мне спиной, когда я схватилась за свой рюкзак и громко хлопнула дверью. В результате мы одновременно наставили друг на друга пистолеты. Не то чтобы я была удивлена… Рангер не был пай-мальчиком, и я это всегда знала… Нет, всё же я удивилась. Он владеет смертоносным оружием… Надо же. И зачем оно ему? Конкретно в этот момент затем, чтобы убить меня. За то, что я убила ему подобных оригиналов.

Он дёрнул рукой. Я моментально восприняла это телодвижение как знак того, что он нажал на курок, поэтому… Не задумываясь, нажала на курок своего пистолета.

Его шокировал мой выстрел. Меня же шокировало то, что я не попала – нарочно отвела руку в сторону, из-за чего пуля угодила в кровать. Зачем я отвела руку?! С чего вдруг?.. А он… Он что же, вообще не выстрелил?..

Мы замерли: он – с пистолетом, безопасно поднятым у себя над головой; я – с пистолетом, всё ещё смотрящим на кровать подле него. В этот момент я никак не могла понять причины своего промаха, а Рангер наконец ясно увидел проблему моего душевного состояния, только ещё не понял, что оно у меня напрочь отсутствует…

– Это ты прикончила Джоев и Батлера? – его тон выдавал его знание.

– Это ты взял деньги из моего рюкзака?

– Да. Теперь ты отвечай… – он решил настаивать, но я молчала. – Я видел твой список Чудовищ Должных Умереть. Что это значит?..

Опустив пистолет к бедру, я ответила совершенно спокойным тоном:

– Я клон.

Он молчал с полминуты, прежде чем выпалил придавленное шоком, восклицательное “Нет!”.

– Я не вру, – категорично отрезала я.

– Как такое возможно?!

– Чудовища Должные Умереть – оригиналы, которые мучили меня и мне подобных в Миррор…

– Молчи! – он резко отбросил свой пистолет на кровать, в один прыжок оказался впритык ко мне и, до боли схватив меня за плечи, хорошенько встряхнул всё моё тело. – Молчи-молчи-молчи об этом! Заткнись! Никому не говори! Слышишь?! Никто этого не должен знать!..

Я, наконец, поняла. Вернее, заподозрила, потому что понимать чувства оригинала было бы слишком виртуозно для клона. Он чувствует ко мне нечто такое, что может чувствовать только одушевлённое существо…

Я произнесла абсолютно хладнокровным тоном, глядя снизу вверх прямо в широко распахнутые, одушевлённые глаза собеседника:

– Я никогда не смогу полюбить тебя по-настоящему. Никогда. Все мои чувства неоригинальные…

– Что это значит? Оригиналы? Оригинальность?.. – кажется, он стал впиваться своими пальцами в мои плечи ещё больнее.

– Я клон. Оригинал – человек, из клетки которого меня создали в Миррор. У меня нет души. Нет ярко выраженных чувств, – отстранившись от него, тем самым высвободив свои плечи из его железной хватки, я невольно начала потирать свою шею в области укола вакцины – неужели никакой частички, хотя бы маленькой крупицы души мне всё же не вкололи? Неужели то, что я только что сказала – правда: я никогда не смогу почувствовать к Рангеру и к кому бы то ни было ничего стоящего?.. Никогда… Ничего стоящего…

– И что, все клоны одинаковые? Вы все не способны на чувства? – руки парня вдруг опустились, но его пылающие глаза говорили о страшном – о его пожизненной готовности не сдаваться даже в заведомо проигрышной ситуации.

Я хотела было ответить, что все клоны действительно одинаково бесчувственные, но вдруг перед моими глазами возник образ клона 11111 – этот экземпляр был совсем не похож на всех известных мне клонов, но, скорее всего, причина кроется в банальной дефективности… Пока я думала об этом, Рангер вдруг совершенно неожиданно разразился каким-то безумным смехом, по окончании которого выпалил странные слова, явно решив шокировать меня:

– Надо же! Должно быть, это и есть карма: я без ума от клона, который не способен испытывать ко мне ответных чувств. Наверняка это мне за все “славные” деяния моего папаши.

– При чем здесь твой отец? – искренне не поняла я, отчего сдвинула брови.

– Притом, что мой отец является главным создателем проекта Миррор. Мой биологический отец – один из твоих непосредственных создателей: Хонас Зарр. Глава 44

Я весь день провела как в тумане. Не понимая что и зачем говорю, сначала я отвечала на вопросы Рангера о том, как смогла сбежать из Миррор и попасть на корабль до Британии, и провернуть прочее, а он объяснил мне, каким образом так вышло, что он является сыном Хонаса Зарра, и зачем приезжал в Швецию, в результате чего и произошло наше знакомство на корабле… Но всё это было не важно. Потому что он является ребёнком главного маньяка Миррор.

Весь день я провела в туманной пелене прострации… Даже не помню, как поднялась на крышу и как с наступлением темноты спустилась в спальню… Рангер не отходил от меня ни на шаг, но спать с ним в одну кровать я не легла – заняла матрас под окном, на котором прежде спал он. Он решил, будто нам стоит дать друг другу время, чтобы переварить всё узнанное за последние несколько часов, поэтому он ничего не сказал, увидев меня устраивающейся на ночь под окном, но он оказался неправ: мне вовсе не нужно было время на “переваривание” – мне нужно было время на принятие решения. И я его приняла. В два часа ночи. А когда приняла, ещё пятнадцать минут никак не могла объяснить себе, почему так долго шла к осознанию очевидного: Рангер Хард – сын создателя Миррор, а значит, я убью его. Так же, как убила Сигге Хеллстрёма, Мари Роудриг, Марису Мортон, Зигмунда Батлера, Кассандру Джой и Азарта Джоя, и так же, как убью Пан Сок Чхон – просто выпущу пулю из пистолета.

Я совершенно бесшумно поднялась с матраса, совершенно бесшумно подошла к своему рюкзаку, совершенно бесшумно вытащила из него пистолет… Совершенно бесшумно остановилась в шаге от кровати, в которой спокойно спал Рангер Хард. Я без малейшего звука, словно взмахнувшая крылом ночная птица, подняла руку с пистолетом и наставила его дуло таким образом, чтобы пуля вошла прямо в лоб спящего… “Забирать жизнь у того, кто не понимает этого – всё равно что дарить подарок, который не оценят”, – так я думала, лишая жизни Марису Мортон. Подарок, который не оценят…

В комнате было относительно светло из-за света, просачивающегося через щель приоткрытой двери ванной комнаты: я даже не подумала о том, что Рангер мог специально “забыть” отключить там свет и тем самым умышленно развеять сумрак спальни. Но я вдруг подумала о том, что имя “Рангер Хард” станет восьмым в списке ЧДУ. От этой мысли меня словно молнией озарило: как можно вписать имя в список Чудовищ Должных Умереть, если оно не принадлежит Чудовищу? Моя рука дрогнула, и я заметила это… На этом всё было кончено. И это почти подкосило меня…