Чтение онлайн

Бассейн был огромный, не меньше ста футов шириной. Длину назвать сложнее, края терялись, и будто уходили за стены — зал тоже гигантский. Помещение хранило следы роскоши. Казалось, при постройке его богато оформили, роскошно обставили, и сразу забыли. Не ставший роскошным зал увядал. Стены отсырели и от фресок остались блеклые узоры. Пустые постаменты, где, по идее, должны были стоять статуи. Небрежно собранные в одном месте столы и стулья с искусной резьбой. Рядом с грудой перевернутой мебели темнели двойные двери с причудливыми гнутыми ручками.

Курти, подошел, подергал. Заперто. Приложил ухо к створке. Голова задралась, и он увидел свет под стертой росписью потолка.

Зал был разделен стеной, упиравшейся в площадку под крышей, где горел огонь.

Стену покрывали заброшенные леса, по ним Курти и полез.

Он уже залазил на площадку, когда уловил движение и остановился.

— Жрите сволочи! Жрите! — прохрипел кто-то наверху, затем послышались всплески. Сначала слабые они нарастали, добавился звук бурлящей воды. Шум заполнил зал.

Ведомый больше любопытством, чем необходимостью поиска пути побега, Курти сделал по лесам несколько шагов в ту сторону.

На одной линии с ним, футах в тридцати стоял грузный старик с обрюзгшим лицом и повязкой на глазу. В руках держал ведро, наполненное сырым мясом. Одышливо дыша, хватал куски и бросал вниз.

С той стороны в стену упирался бассейн, зеркальный тому, откуда вылез Курти. Увидев его содержимое паренька передернуло.

В бассейне кишело. Водоем заполненный кайкапами бурлил и чавкал. Старик отставил пустое ведро в сторону и поднял с пола еще одно.

Теперь понятно, где этих тварей держат, но это знание Курти ни к чему. А вот открытая дверь в конце площадки его заинтересовала.

— Долго тебя ждать, стервец старый?!!! — сварливый женский голос вопрошал со стороны двери.

— Сколько потребуется, поганка замшелая, — хрипло пролаял в ответ старик, продолжая кидать куски в бассейн.

Он что, не может вывалить содержимое ведра сразу?

Старик продолжал неспешную кормежку. Ведра стояли в ряд и опустошив одно, старик брался за следующее.

Курти уловил движение наверху. Подняв глаза, увидел Хальдора на балке под потолком. Карлик завороженно смотрел на кайкапов внизу и тихонько что-то шептал. Кажется, беспрерывно повторял «рвать».

— Да сколько можно хрыч дряхлый?!! — снова донеслось из двери. — Хватит мясо на них переводить!!! Чем я на рынке торговать буду?!

— Непорочностью своей. Она тоже ничего не стоит и задаром отдана была. Хоть и сто лет назад, — хрипло и привычно ответил старик и в который раз добавил — Жрите твари!!!

— Ты мне всю жизнь этого угольщика вспоминаешь, гриб старый!!! Пошли домой уже!!! И мясо оставь!

— И вспоминать буду! А домой пойду, когда работу, за которую мне платят закончу! Какого черта ты за мной таскаешься?! Дома и сиди.

— Чтоб ты к той пряхе с Зерновой улицы завернул?!! Размечтался, пень! Мяса побольше оставь, говорю!

— Вот заметут тебя на рынке, когда узнают, откуда мясо, так мы оба на корм этим тварям пойдем!

— Не пойдем. Не найдут они большего придурка, чем ты, чтобы на такую работу согласился. Домой пошли, старый хрен! Я уже дверь открыла!

— Так закрой, пока не зашел никто!

— Кто?!! Кто, кроме нас с тобой здесь по ночам шляется?! Даже крейклинги сюда заходить избегают. Только мы каждую ночь, как два идиота, ходим!

— Идиот здесь один, — тяжело дыша, сказал старик, ставя на пол ведро и беря следующее, — тот, кто женился пятьдесят лет назад на идиотке.

— Что?!

— Жди, сказал!!! — злобно буркнул старик, потом поднял кулак и погрозил Хальдору на балке:

— Чтоб ты свалился, мелочь шутовская!

— Что?! — снова визгливо спросили из открытой двери.

— Чтоб ты сдохла, говорю!!!

Закончив кормежку, старик собрал ведра, воткнув их друг в друга и спустившись вниз к бассейну, из которого вылез Курти, долго и тщательно их мыл.

Курти дождался пока за стариком закроется дверь, перелез и внимательно изучил ее. Ничего особенного, деревянная, но крепкая. Сломать не получится. Но зачем ломать? Если старик здесь каждую ночь, а снаружи никого нет, то надо дождаться следующей ночи. Только бы на «конкурс» завтра не попасть.

Сзади него захлюпало. Курти обернулся.

Горгулья, распластавшись по площадке почти плашмя, жадно слизывала кровь с деревянного настила. Ведра старик вымыл, а вот место, где раскидывал мясо, не удосужился. На Курти горгулья не обращала никакого внимания, хоть и находилась от него всего в десяти футах.

Курти не знал, что ему делать. Беспомощно посмотрел на Хальдора, но того уже не было на балке. Горгулья, прижав уши, со всхлипом всасывала кровь.

Курти сделал шаг, чтобы обойти ее. Горгулья замерла и подняла голову. Измазанные кровью широкие ноздри раздувались, на губах пузырилась кровавая пена.

Курти застыл.

Горгулья наклонила голову и тщательно вылизывала щели между досками, куда затекла кровь. Когда Курти, боком протискивался мимо, утробно и угрожающе зарычала.

Дрожа от ужаса, что она в любой момент прыгнет за ним, Курти прежним путем вернулся в камеру.

Когда вынырнул, его схватил Шепелявый и потрепал по мокрой голове.

— Живой! А мы уж не знали, что думать! Почему так долго?!

— Что живой молодец, конечно, но скажи, путь-то там есть? Сможем бежать? — Карел был намного более сдержан в эмоциях.

— Да парниша, скажи-ка нам, — неожиданно вмешался вкрадчивый третий голос, — получится побег или нет?

Курти повернулся. У бортика стоял Джус. Улыбался гнусно и радостная одновременно.

Пацана не было уже долго. Мысли лезли в голову самые дурацкие. Через десять минут появилась уверенность, что этот Курти утонул. Воздуха на большее ни у кого не хватит. Или парень кинул его. Точнее их. Карел настороженно озирал нары. На нарах храпели, сопели, но никакой гарантии, что на них никто не смотрит, нет. Карел здесь с прошлого сезона и знает, чего надо бояться. Кинутся за ними остальные в бассейн, поднимется шум и конец побегу. Даже если они нырнут первые, далеко не уйдут. Стражники будут знать, где их встретить.