Клуб инженерных решений
Шрифт:
Амано почувствовала, как кровь приливает к щекам, и мысленно прокляла свою неспособность скрывать эмоции.
— Я просто… мы же… у нас были совместные кулинарные проекты, и…
— И ты готовила ему бенто, и вы постоянно обедаете вместе, и твоя мама постоянно о нём спрашивает, — продолжила Томоэ, не переставая улыбаться. — Да, мы все знаем.
— Это не то, что ты думаешь, — попыталась возразить Амано. — Он просто… он…
— Эффективный? — предложила Томоэ и рассмеялась, увидев выражение лица Амано. — Расслабься, я же шучу. Кстати, почему бы тебе не сделать перерыв? Я справлюсь тут и без тебя какое-то время.
Амано хотела возразить, что не может оставить свой пост, но её внимание привлекла выразительная фигура в дверях информационного центра. Мори Тено с серьезным выражением лица разговаривал с председателем клуба эзотерических наук, и, судя по всему, разговор складывался не в пользу последнего.
— Думаю, ты права, — неожиданно для себя согласилась Амано. — Небольшой перерыв не повредит.
Томоэ с удивлением посмотрела на подругу, но быстро скрыла своё изумление под улыбкой.
— Удачи! — подмигнула она. — И если увидишь Кодо-куна, передай, что его робот-тёзка в павильоне робототехники уже трижды разлил чай на посетителей.
***
По пути вИцуки заметил указатели клуба спортивного ориентирования с пометкой, где были отмечены стенды клуба фотографии и клуба городской журналистики с пометкой "обратить внимание". Ицуки считал фотографию делом эффективным, поскольку она реализовывала важнейший принцип ТРИЗ — принцип предварительного действия: запечатлеть момент заранее, чтобы потом можно было беспристрастно анализировать информацию, не полагаясь на несовершенную человеческую память. К журналистике же он относился с сомнением, так как объективное изложение фактов считал эффективным, но постоянно видел, как субъективные интерпретации искажают реальное положение дел, делая получение информации крайне неэффективным процессом.
И все же он не пожалел, что посетил оба стенда. Журналисты представили интерактивное освещение школьных событий с возможностью для посетителей самим составить заметку о фестивале, а фотоклуб создал впечатляющую экспозицию с хронологией школьной жизни за последние пять лет.
Часть стенда была посвящена разного вида спортивным состязаниям. Были там командные фотографии волейбольного клуба с региональных чемпионатов, эффектные снимки выступлений гимнастов и динамичные кадры баскетбольных матчей. Но Ицуки заинтересовал коллаж фотографий, посвященный кендо. Среди снимков его взгляд зацепился за фотографию парня с кубком. Подпись гласила: "Сато Рёта, победитель регионального турнира". И это имя ему попадалось совсем недавно. Причем не в одиночку.
Он было попытался вспомнить, максимально эффективно активизируя свою память методом ассоциативных цепочек — от статьи в журнале к предположениям о конфликте между Ватанабе и Такахаши, от упоминаний кендо к школьным слухам. Но долго размышлять ему не пришлось. Секундой позже Ицуки заметил еще одну фотографию — групповой снимок с какого-то турнира. Сато стоял в центре, улыбаясь, а по бокам от него были две девушки в форме для кендо. Приглядевшись, Ицуки с узнал в них более молодые версии Ватанабе и Такахаши. Подобную фотографию он видел, но немного в другом контексте и на ней парень и девушки были помоложе. И даже если обе фотографии были постановочными, это значило как минимум то, что этот самый Рето, Такахаши и Ватанбе проводили довольно много времени вместе.
Возможно, у него появился потенциальный свидетель того конфликта. Вопрос был, как его найти и разговорить. И надо ли это вообще? Впрочем, вскоре он собирался именно этим и заняться.
Ицуки сделал мысленную заметку узнать больше о Сато Рёте и его связи с главами конфликтующих клубов, когда появится возможность.
***
Следующей остановкой в путешествии Ицуки по фестивалю стала зона конкурса кафе, где сосредоточились все гастрономические проекты. Здесь царила особая атмосфера — смесь ароматов различных блюд, музыки и смеха создавала впечатление маленького праздничного города.
Клуб кулинарии, как и ожидалось, организовал одно из самых впечатляющих кафе. Их павильон был оформлен в стиле традиционной японской чайной с низкими столиками и татами. Официантки в элегантных кимоно предлагали посетителям изысканные десерты, оформленные с безупречным вкусом. Причем циновки покрывали не только пол у заведения, но и сильно заходили за его границы, особенно много их было сзади кафе, что было немного нелогично, и цепляло Ицуки. Сам он заметил это случайно. Он проходил мимо, когда как раз открыли проход, выходивший на заднююй, невидимую и закрытую часть кафе. Покрывать аккуратными циновками приличную плошадь, да еще и невидимую для посетителей было нелогично.
Но вскоре Ицуки заметил Такахаши, одетую в формальное кимоно с изящным узором из хризантем, и отвлекса от мыслей об отсутствии логики. Такахаши с королевской осанкой руководила работой кафе, не позволяя себе ни одного лишнего или суетливого движения. Её распоряжения звучали тихо, но каждый сотрудник кафе слышал их безошибочно.
— Добро пожаловать, — поклонилась Такахаши, заметив Ицуки. — Желаете отведать наши фирменные десерты?
— Благодарю за приглашение, — ответил Ицуки. — Но я просто осматриваю все проекты.
— Понимаю, — улыбнулась Такахаши, но её улыбка не достигла глаз. — Надеюсь, вы останетесь довольны нашей экспозицией.
В её тоне чувствовалась напряженность, хотя внешне она выглядела спокойной. Ицуки заметил, как её взгляд то и дело устремлялся в сторону соседнего павильона, где расположился клуб кройки и шитья.
Их проект представлял собой кафе в стиле европейского модного дома. Вместо традиционных столов и стульев там стояли элегантные диваны и низкие журнальные столики. Стены украшали эскизы нарядов и фотографии модных показов. Официанты в стилизованных костюмах предлагали посетителям небольшие закуски и напитки, оформленные в соответствии с последними трендами фуд-дизайна.
В центре всего этого великолепия находилась Ватанабе, одетая в стильный костюм-тройку с элегантными очками. Она двигалась между столиками с грацией манекенщицы, останавливаясь то тут, то там, чтобы обменяться любезностями с посетителями.
Когда Ицуки вошел в кафе, Ватанабе только что провожала группу учеников из средней школы, приглашенных на фестиваль. Заметив его, она слегка склонила голову в приветствии:
— Кодо-кун, не ожидала увидеть тебя здесь.
— Просто осматриваю все проекты, — повторил Ицуки свой ответ. — Интересное оформление.
— Спасибо, — улыбнулась Ватанабе, поправляя очки жестом, который Ицуки уже заметил как привычный для неё. — Мы стремились создать пространство, где мода и кулинария встречаются на равных.
Как и в случае с Такахаши, Ицуки чувствовал напряжение в её голосе. Несмотря на безупречные манеры и улыбку, Ватанабе казалась настороженной. Её взгляд периодически метался в сторону кафе кулинарного клуба, хотя она явно старалась этого не делать.
— Как продвигается фестиваль? — спросил Ицуки, наблюдая за её реакцией. — Никаких… проблем?