Клуб «Калифорния»
Шрифт:
— Да клиент уже наполовину созрел!
— Я знаю, он любит меня как друга, но…
— Доверься мне. Мы сможем это сделать, — уверенно заявил Джоэл.
— Хорошо, — подмигнула я.
Сейчас я верила каждому его слову — я чувствовала, что вся в его власти. Если горячий душ завершится тем, что вместо мочалки у меня будет сам Джоэл, то я жаловаться не стану.
— После вас. — Джоэл затолкнул меня в переполненный лифт и, только двери закрылись, сказал: — Можно ли мне забрать сейчас мою толстовку?
Он произнес это громко и отчетливо, чтобы слышали все окружающие.
Я взглянула на него. Определенно он хочет, чтобы я сняла ее именно сейчас.
Он протянул руку и сделал жест, который можно перевести как «Давай!».
Если он думает, что может меня унизить, заставив показать мое чарующее декольте прямо в лифте, заполненном шестидесятилетними дамами и господами в весьма консервативных костюмах, то он прав. Но я все равно это сделаю. Я чувствую, он заслужил испытать возбуждение за мой счет.
— Это было бесподобно! — воскликнул Джоэл, утирая слезинку, пока мы неслись по коридору к его номеру.
Я тоже смеялась, но больше от нервов, чем от этой немой сцены, вызванной моим поведением в лифте, когда все вытянули шеи в мою сторону. Я так давно уже не была в обществе столь сексуального мужчины. Не спасало и то, что, пока он отпирал дверь, он напевал себе под нос песенку «Стриптизерка». Интересно, что он подразумевал, говоря «переоденемся». У него ведь только одежда для активного отдыха и костюм для свадебной церемонии. Только не говорите, что он заставит меня выйти к ужину в изготовленной на заказ наволочке.
Комната была безвкусная и огромная, с двумя широченными кроватями, парой плетеных кресел, столиком из вишни, на котором нас ждала бутылка «Мерло», сыр высшего качества и тарелка с фруктами.
— Угощайся! — сказал Джоэл, зная — я так голодна, что могла бы проглотить одну из декоративных подушек.
— Ух, ты, у тебя тут балкон! — воскликнула я, роняя крошки бисквита на ковер.
Я вышла наружу и тут же заскочила обратно, я-то и забыла, что у нас тут Ледниковый период.
— Ты, должно быть, замерзла до мозга костей, — Джоэл схватил меня и стал энергично растирать мои руки. — Ничего, я знаю, как тебя согреть!
Я бросила рассеянный взгляд на ближайшую кровать. Что есть такого в этом мужчине, что я его так сильно хочу? Один легкий намек, а я уже думаю, чем мы могли бы заняться, если бы внизу нас не ждал Элиот. Элиот. Я почувствовала себя изменницей, но тут же напомнила себе, что я — свободная женщина. Он никогда не проявлял ко мне подобного сексуального интереса, как Джоэл.
— Готова принять душ?
Я кивнула.
Он проводил меня до ванной и распахнул дверь. Я вошла и повернулась к нему лицом, держась за ручку, но мне не хотелось закрывать дверь прямо перед его носом. Он так сексуален! Я пыталась стряхнуть с себя это ощущение и сконцентрироваться на том, насколько крошечные шестиугольные плитки создавали эффект пчелиных сот, покрытых белой краской. О, все еще лучше. Стеклянная полочка забита всякими косметическими средствами в мини-упаковках, которые призваны привести меня в порядок.
Я схватила бутылочку шампуня с экстрактом можжевельника и лосьон для тела из той же серии и высунула голову за дверь:
— Ничего, если я воспользуюсь этим?
Джоэл распаковывал черный парадный костюм, он взглянул на меня и широко улыбнулся:
— Наслаждайся!
Я спряталась в ванной и включила душ. Вот это награда. Если бы я поехала с Элиотом, то наверняка пришлось бы прятаться за холщовыми простынями и поливать себя из леечки. Я повернулась, чтобы снять платье, но, даже стоя спиной к зеркалу, я не могла скоординировать движения рук и взгляда. Ужасное разочарование! Я вывернулась и изогнулась и даже попыталась снять юбку через голову, но потом поняла, что может произойти страшное, ведь юбка может застрять у меня над грудью, как гигантская пародия на воротники, которые люди надевают собакам, чтобы они не могли кусать сами себя, и быстро рванула ее вниз. Здесь можно предпринять только одно — позвать экспертов!
— Гм, Джоэл!
Он удивился, увидев меня все еще одетой.
— Извини за беспокойство, но ты не мог бы просто помочь мне снять это? — взволнованно спросила я.
— С удовольствием, — ответил он, заходя внутрь и ловко управляясь с различными крючками и кнопочками.
Да, он не из тех мужчин, которые не могут справиться с застежкой на лифчике, я уверена.
Он заметил, что я смотрю на него в зеркало, и я покраснела, почувствовав, как горячий воздух касается моей обнаженной спины.
— Отлично. Спасибо. Я быстренько.
— Не торопись, — улыбнулся он, ожидая, когда же я вновь посмотрю ему в глаза.
Мне удалось это всего на долю секунды, а потом я занялась такой жизненно важной работой, как перенос полотенец с вешалки на сиденье унитаза и складывание их симметричной стопочкой.
— Развлекайся! — Он вышел и закрыл за собой дверь.
Давненько меня не раздевали мужские руки. Так что я воспользовалась моментом и прислонилась к прохладной стеклянной двери, когда еще раз поворачивала замок. Я чувствовала, что у меня кружится голова и что стала «легкособлазняемой», если есть, конечно, такое слово… Внезапно я отпрянула, поскольку прямо над моим ухом в дверь громко постучали.
— Лара!
Я сглотнула. Снова он. Я больше не вынесу этого. Думаю, лучше всего будет, если мы прекратим утке дрожать от предвкушения и займемся сексом, пока я не взорвалась от переполняющих меня желаний. Я отворила дверь и подарила ему самый соблазнительный взгляд.
— Я обнаружил это в шкафу, — и он протянул мне белоснежный купальный халат до пола.
— О! Это просто фантастика! Спасибо! — воскликнула я с излишним энтузиазмом. Итак, он не хочет видеть меня обнаженной. Я закрыла лицо халатом, чтобы скрыть разочарование.
— Отлично, — он улыбнулся, глядя в мои умоляющие глаза. — Увидимся!
Наконец я встала под душ, надеясь, что теплая вода поможет мне смыть со своего тела несдержанную нецелованную дурочку и освободить Лару — Роковую Женщину.
Через пятнадцать минут я выплыла из ванной уже намного более спокойная, закутанная в километровый халат, источая аромат можжевельника каждой клеточкой своего тела.
— Просто позор, что это не отель на курорте с минеральными водами, — задумчиво сказала я, присаживаясь на краешек кровати и придерживая тюрбан из полотенца на голове.