Чтение онлайн

Элиот нахмурился.

Любовь по-взрослому? Правда ведь, звучит привлекательно?

— А как она ощущается? — спросила я.

— Очень надежная. Другая. Более неоднозначная и сложная. Это не то чувство, которое, я предполагал, следует испытывать к будущей жене, но ведь сомнения есть всегда, правда?

— Допустим.

— Ты так не думаешь?

— Может, это полезнее для здоровья. Если нет сомнений, то нет и причин для промедления, и твое сердце просто выскакивает из груди, словно на пружинке, и бьется в бешеном темпе, как ему самому хочется.

— Звучит фантастически. Я что-то упускаю?

Я улыбнулась, надеюсь, загадочно.

— Ну и что ты думаешь по поводу Джоэла?

— Я не знаю. Может, мне и стоит попробовать, — я отважилась сделать еще один шаг. — Я имею в виду, знаешь ли ты кого-то, кто может предложить мне что-то лучше?

Элиот посмотрел на меня так, словно внутри себя он борется, по крайней мере, с аллигатором.

Желая, чтобы он переваривал сказанное мной подольше, я легонько пришпорила свою Эмбер, чтобы онаперешла на рысь: «Скачи, моя лошадка, в лагерь имени Джулиана Клари!»

21

Снаружи падал снег, как бесконечный поток конфетти, а внутри я и Элиот возлежали рядом с камином, заваленные подушками так, что нас едва можно рассмотреть. Его нога покоилась на моей, а рука иногда падала со спинки кровати, и он перебирал пальцами мои волосы. Я вновь и вновь слышала, как мой внутренний голос твердил: «Ятак счастлива! Я так счастлива!» А мое сердце сбросило свою защитную оболочку, чтобы погреться в свете языков пламени.

Зная, что это наша последняя ночь вместе, я хотела поговорить, но чувство умиротворенности оказалось сильнее меня. Я не хотела слышать собственный голос, слушать, как я притворяюсь, что мне все равно, или разыгрывать из себя соблазнительницу. Я просто хотела наслаждаться этим прекрасным сочетанием комфорта и эмоционального подъема.

Хотя было уже за полночь, но свадебная вечеринка была в самом разгаре, вокруг нас царила суматоха. Джоэл так и продолжал танцевать с девушками и женщинами старше семнадцати, которые, кажется, рассматривали его как последнюю возможность подцепить кого-то молодого и красивого, с упругим телом. С другой стороны, Элиот привлек внимание всех маленьких дам младше семи (слава богу, их уже отправили спать). Им понравился смешной акцент Элиота и еще более смешная прическа. Чтобы удовлетворить потребность детишек в постоянных разговорах. Элиот прочитал им лекцию на тему «Памятники материальной культуры индейцев племени эванчи», так как луки и стрелы, горшки для промывания золота, заплечные сумки для ношения малышей висели на стенах, при этом он выуживал из них самих все имеющиеся знания по истории.

А я испытала огромный кайф, когда одна маленькая девочка по имени Мэдди сказала мне, что я похожа на «хорошенькую черноволосую леди» из фильма «Мумия». Так что я, изобразив акцент, сообщила ей, что я только сегодня вернулась из Края Пирамид и пью столько вина, поскольку на самом деле это секретный эликсир, который поддерживает во мне жизнь.

— А ты замужем за Элиотом? — спросила она, пока мы стояли в очереди в буфет.

Я была не совсем трезва и ответила, что мне этого хотелось бы, но Элиот собирается взять в жены другую леди.

— Зачем? — поинтересовалась малышка.

Я сказала, что вопрос очень интересный, особенно учитывая мои подозрения, что Элиза в прошлой жизни была жуком-скарабеем. Потом я вспомнила, что у детей есть привычка повторять все, что им скажут, так что я повернулась к Мэдди, чтобы взять свои слова обратно. Но она уже была около Элиота. Я подскочила как раз вовремя, чтобы услышать, как она спрашивает:

— Почему ты женишься на другой женщине?

О господи.

Элиот был бы меньше поражен, если бы этот вопрос задала креветка, лежащая на его тарелке:

— Что, прости?

— Ты ее любишь? — требовательно вопрошала Мэдди еще более возмущенным голоском.

— Разумеется!

— И твоя любовь глубока, как река, и высока, как гора? — Мэдди, прищурившись, процитировала слова из песенки Тины Тернер, которую новобрачные избрали для своего первого танца.

— Думаю, да.

— А я думаю, недостаточно! Я думаю, что она не глубже, чем лужа, или не выше муравейника!

У меня было предчувствие, что она станет адвокатом, когда вырастет.

— Что это такое было? — спросил Элиот, у которого явно испортилось настроение, когда Мэдди отвели к родителям.

— Знаешь, девочки ее возраста так легко влюбляются в кого-нибудь, — я заметала следы. — Уверена, через пару лет у нее это пройдет.

Потом мы топтались без дела на краю танцплощадки, где все еще целовались жених с невестой.

— Посмотри, как близко они друг к другу… — заметил Элиот.

— Танцуют щека к щеке, и так до конца дней своих, — я вздохнула.

Элиот бросил на меня недоуменный взгляд.

— Это Джун Уитфилд сказала в каком-то комедийном фильме.

— Таких, как ты, больше нет, Лара, — Элиот покачал головой.

Мы уселись вновь в наш райский уголок рядом с камином, Элиот потянулся, выгнулся и неуклюже принял новую позу. Я осмелилась придвинуться к нему чуть-чуть ближе и как бы невзначай положила руку ему на предплечье. На его чрезвычайно мускулистое, накачанное предплечье. Господи, с каких пор участок от локтя до запястья стал таким эротичным? Может, это из-за того, что он так классно владеет барабанными палочками. Я знала лишь одно — все мое тело, от пальчиков ног до кончиков пальцев рук, пронзительно кричало: «Это он! Он моя пара! Давай же сделаем это!»

— О господи, послушай! — Элиот сильно сжал мою руку. — Они же играют нашу песню.

Он сказал «нашу песню», но в данном случае это словосочетание не содержало даже отдаленного намека на романтику. Просто это была одна из тех мелодий, что сидят у вас в печенках, — композиция «Неужели я солгал бы тебе?» группы «Чарльз и Эдди». В те времена мои черные волосы были аж до пояса, так что я — это Эдди, и я бросаю Чарльза ради Элиота. Мы всегда спорили, кому достанется подвывать в припеве, а сами слова «Неужели я солгал бы тебе?» мы в тот год вставляли к месту и не к месту.

Элиот засмеялся, по-видимому, он в первый раз за вечер расслабился. А я все еще пребывала в радостном состоянии духа, хотя и знала, как будет больно падать обратно на грешную землю. Как бы мне ни хотелось, чтобы это была моя жизнь, но это было не так. Это был шаг в какой-то параллельный мир, чтобы показать мне, как все могло бы быть, если бы Элиот любил меня.

Внезапно я почувствовала боль от того, как сильно мне хотелось именно такой жизни, она усилилась и затопила меня с головой. Это было все, чего я желала, — ощущения, что Элиот рядом. Мне хотелось, чтобы это длилось вечно и было моим, а не случайным миражом. Я больше не смогу вынести этого эфемерного состояния, которое намного лучше моей теперешней жизни. Я даже испугалась, что полуобуглившееся полено вот-вот сползет и просто распадется в золу, повлияв тем самым на мое настроение.