Чтение онлайн

По дороге к Москве я постепенно приходила в себя. Обретая ясность мысли, прокрутила в голове все события прошедшего дня и сама себе поразилась:

— Ну, мать, а ты сдаёшь! Какой-то фокусник, пусть даже очень ловкий фокусник, смог довести тебя до такого состояния. Ну, ничего, уж я тебя, голубчик со всем твоим хозяйством так «выпишу»! Ославлю на весь мир со всеми твоими сказочками! О чудесах и думать забудешь! — успокоенная этой мыслью, я уснула. ТМ

Инженеры разумной жизни

Юрий МОЛЧАН

техника — молодёжи || № 02 (995) 2016

Вот уже вторую неделю робот-техник Гордон тщетно пытался починить двигатель и энергетический блок корабля. Было ранее утро, и восходившая над горизонтом звезда заливала отражавшийся в реке лес и дискообразный корпус звездолёта нежно-розовым светом. На траве лежала роса, в воздухе таял, выжигаемый солнечными лучами, рассветный холодок. Близкие горы на горизонте ярко горели, освещённые восходом солнца.

Спустя час из корабля вышел мальчик в комбинезоне поверх футболки. Его серые глаза красиво контрастировали с рыжими кудрями и веснушками на лице. Мальчик широко зевнул. Заспанный и слегка неряшливый вид придавал ему шарма.

— Привет, Гордон.

— Доброе утро, Максим, сэр, — ответил робот, не отрываясь от дела.

— Ты опять работал всю ночь?

— Конечно. Вы, наверное, забыли, Максим, сэр, что вскоре из гор вернутся остальные члены экспедиции, и нам нужно будет улетать. Вы возвратитесь на Землю.

Мальчик подошёл к роботу и задумчиво коснулся пальцем его головы, в детских глазах мелькнула грусть.

— Земли больше нет, Гордон. Ты снова про это забыл.

— Этого не может быть, Максим, сэр. Я никогда ничего не забываю. Забывают — люди, а я робот.

— Ну да. Ты робот.

Максим не стал напоминать Гордону, что при падении корабля электронный мозг робота повредился, и Максиму пришлось сделать перезагрузку, а затем запустить робота-техника заново. Гордон вновь начнёт спорить — ведь он не помнит, что корабль оказался на этой планете в результате падения. Он уверен, что экипаж совершил запланированную посадку для ремонта системы двигателей и энергоблока. И теперь остальные члены экипажа ушли в горы, туда, где радар показал наличие строений и работающих электронных приборов. Они оставили мальчика и звездолёт на попечение Гордона. А также поручили ему закончить ремонт к их возвращению.

— Я пойду, прогуляюсь. Вернусь только к вечеру, не паникуй.

— Паникуют обычно люди, Максим, сэр. А я…

— Да знаю, знаю, — отмахнулся мальчик, — ты — робот.

— Возьмите с собой завтрак, сэр.

— Хорошо.

— Куда вы всё время ходите, сэр, Максим?

— Лучше не спрашивай, Гордон.

— Это чтобы я знал, где вас искать, если что-нибудь случится.

— Всё будет в порядке, — заверил его мальчик.

Он взял с собой сэндвичи и чай в маленьком термосе. Также положил в рюкзак складной нож, зажигалку, бинокль и пистолет. Его лучи при выстрелах расщепляли материю на атомы — стандартное оружие космолетчиков. Максим нашёл его и всё остальное своё снаряжение в каюте старшего пилота. Тому оружие всё равно уже не понадобится. Старший пилот, вместе с остальными членами экипажа, лежали в камерах анабиоза. Камеры повредились при падении корабля, и выжил один лишь Максим да робот Гордон, который ничего не забывает и никогда не паникует.

Сегодня Максим вновь собирался пойти к тем самым строениям у подножия гор, где радары показали включённые электронные приборы. Оружие у Максима есть, еда тоже. Туда к строениям два с половиной часа, обратно — чуть дольше, с поправкой на усталость. Убрав провизию обратно в рюкзак и повесив пистолет на пояс, Максим двинулся в путь.

Он проделал путь через равнину и холмы без каких-либо проблем. Тем не менее в этот раз его поход к строениям затянулся. Не дойдя до них совсем немного, Максим подвернул ногу, когда перебирался через развалины нескольких стоявших рядом домов. Обходить их было бы слишком долго, поэтому Максим всегда шёл прямо через них.

Последние триста метров дались ему с большим трудом, комбинезон его испачкался в земле, пыли и ржавчине… Он принял болеутоляющее.

Вскоре прямо перед собой мальчик видел серебристые одноэтажные коробки трапециевидной формы. Окон не было, только двери. Но Максим знал — несколько ярусов помещений расположены под землёй. И почти все они соединены переходами. Стены были помечены полупрозрачными символами в человеческий рост, которые видны только под определённым углом.

Мальчик добрался в пункт назначения, но теперь он не представлял, как к вечеру сможет вернуться на корабль. «Блин горелый», — с досадой подумал Максим.

Он медленно вошёл в третье слева здание и спустился на движущейся металлической ленте на два яруса вниз. Максим уже был в этой постройке раньше. Вокруг едва слышно гудели приборы. Светились большие мониторы на стенах, показывая идущую обработку данных, графики. Горели многочисленные лампочки, светились тумблеры. В углу лежали проржавевшие насквозь останки робота. Такие металлические головы, торсы и конечности попадались здесь во многих бункерах, и Максим к ним уже привык. Он подошёл к клавиатуре возле монитора, передававшем спутниковое изображение поверхности планеты. Максим стал называть её про себя «Исида» в честь древнеегипетской богини. После нескольких визитов Максим увидел на некоторых мониторах изображения заполненных жидкостью больших цилиндров, в которых находились тела людей. Некоторые были очень похожи на обезьян, некоторые — на стереотипных инопланетян, которых Максим видел на картинках в учебниках истории.

В одном из бункеров он нашёл приборы, подключённые к мощным генераторам, — он определил это по значкам-иероглифам. Он каждый день приходил сюда, чтобы разобраться в их работе. Мальчик хотел найти способ зарядить от них энергией свой звездолёт. Но пока что далеко не продвинулся. Поэтому он попутно искал способ подать с помощью этих приборов радиосигнал, чтобы за ними прислали корабль. Увы — без успеха.

Услышав шорох, Максим развернулся и вытащил пистолет. Он не зря носил с собой оружие — когда мальчик приходил сюда каждый день, то обнаруживал следы пребывания в этих строениях кого-то ещё. Судя по всему, этот кто-то появлялся здесь по ночам, тогда как мальчик приходил сюда днём. И Максим был уверен — «ночной посетитель» это разумное, даже — умственно развитое существо, а не какой-нибудь случайно забредший сюда медведь или волк. Мальчик поправил на спине рюкзак и вышел из освещённого зала в тёмный коридор. В углу на полу лежал робот, неподвижный и забытый, как и всё в бункерах, в которых гулял Максим.

Тревога оказалась ложной. Максим сел у стены и съел оставшиеся сэндвичи, запив их остывшим чаем. Оружие он положил перед собой. Боль в подвёрнутой ноге утихла, и мальчик задремал прямо у стены, возле пятна солнечного света, падавшего на пол по ступеням через открытый дверной проём.

Когда Максим проснулся, пятна света больше не было — снаружи царила темнота. Глянув в сводчатый проём входа, он увидел усыпанное звёздами небо. Звёзды были похожи на драгоценные камни.

Он положил в рот последнюю капсулу болеутоляющего.

На нижнем этаже было темнее — горели только лампочки на приборах, свет исходил также от мониторов. Но в полумраке Максим всё равно заметил фигуру гуманоида, стоявшего к нему спиной.

Максим взялся за пистолет обеими руками и направил на него.

— Эй, — медленно подавляя снова возникший страх, произнёс он, обращаясь к чужаку. — Повернись.

Существо, наблюдавшее за звездой, молча повернулось. Максим от изумления оторопел.