Клуб одиноких сердец
Шрифт:
Но Татьяну Викторовну, как женщину разумную, заботило общее развитие дочери. Она знала, что в Олином возрасте пора интересоваться мальчиками и нарядами... И вот сегодня она ушла с работы пораньше, купила по дороге домой продуктов, заехав в супермаркет, испекла печенье, которое Оля так любила, когда была малышкой... Надо же, – сто лет не стояла у плиты, не пекла вкусненького. Все дела, дела!
Дочери долго не было, и Татьяна Викторовна уже начала беспокойно выглядывать в окно. И заметила издалека хрупкую фигурку Ольги в беличьем полушубке, а рядом с дочкой шел высокий молодой человек в белой куртке и без шапки. Татьяна Викторовна, было, подумала, что это кто-то из одноклассников, но вот парочка попала в свет фонаря, и обеспокоенная мать увидела, что молодому человеку, по меньшей мере, лет восемнадцать.
Немного утешило ее то, что Оля и мальчик даже за руки не держались: просто шли рядом, очевидно, увлеченно о чем-то разговаривая. Около подъезда они остановились, молодой человек вытащил записную книжку и стал в ней что-то царапать. Ага, значит, они только что познакомились, и теперь Лелька дает ему свой телефон!
Татьяне Викторовне вдруг стало неудобно подглядывать, словно она делала что-то очень дурное. Кто знает, может, этот мальчик поцелует дочь на прощание... Но не успела мать отойти от окна, как все кончилось. Оля развернулась и побежала к подъезду, и Татьяна Викторовна невольно залюбовалась ее точеной фигуркой и тем, как она красиво и свободно бежит, помахивая своей сумкой на длинном ремне...
Задумавшись, Татьяна Викторовна отошла от окна и прошла в прихожую, чтобы дочери не пришлось рыться по карманам, разыскивая ключи. Она открыла дверь и тут подъехал лифт.
– Привет. Ты дома? – удивилась дочь. Видно было, что она замерзла: губы совсем побелели, но зато как ярко блестят ее зеленые глаза!
– Вот, пораньше пришла, – тихо сказала Татьяна Викторовна, подумав, что если бы дочь все время так выглядела, то ее можно было бы считать красавицей. У Ольги были правильные черты лица, но это лицо часто портили признаки меланхолии: опущенные вниз углы рта, потухший, замутненный взгляд. Точно так же ее фигуру портила сутулость. Но сейчас совсем другое дело, у нее даже плечи распрямились!
Татьяна Викторовна ожидала, что дочь захочет посидеть с ней на кухне, попить чаю с печеньем, поболтать и посмеяться, как это бывало раньше, еще до того, как мама стала день и ночь пропадать на работе... Но у Оли были свои планы. Она только на минутку появилась в кухне, посмотрела в окно и ушла к себе.
– Оля! Ужинать! – крикнула Татьяна Викторовна. По давно установленному неписаному правилу она не входила в комнату к дочери без ее приглашения.
– Я не хочу, – звонко отозвалась Оля. – Мне уроки надо делать.
Пожав плечами, Татьяна Викторовна отошла от двери. Что ж, наверное, дочь пережила достаточно много новых впечатлений, и ей нужно побыть немного в одиночестве, чтобы их все переварить. Жаль, конечно... Могла бы и поговорить, поделиться.
Между тем, Оле действительно было о чем подумать. Она открыла учебник, достала тетрадь, но до алгебры ли ей было теперь! Машинально покусывая кончик ручки, она вспоминала все, что сегодня случилось, вызывая в своей памяти все слова, сказанные Артуром. Она искала новых, глубоких значений в его фразах, и убеждалась, что Артур, – самый лучший, самый умный и утонченный человек на свете, что его словно создала и послала навстречу Оле какая-то могущественная сила. А какой он красивый! Какая у него гладкая и смуглая кожа, какие нежные карие глаза, какие густые волосы! И вел он себя очень прилично, даже сдержанно. Обычно парни такие нахальные, а Артур даже на «ты» не перешел до конца вечера...
Тут Оле пришло в голову, что это она должна была, согласно правилам этикета, предложить ему перейти на «ты», и пообещала себе мысленно исправить это упущение в следующий раз.
– Только вот не знаю, будет ли следующий раз, – со вздохом сказала Оля своему отражению в старинном зеркале. – Кажется, я выглядела полной идиоткой. Но если бы он не хотел поддерживать со мной знакомства, то, наверное, не стал бы просить у меня телефон, правильно?
Оля вздохнула и принялась за алгебру. Еще чего не хватало, наполучать двоек!
Вечер прошел в бесконечных мечтах, но теперь их главным героем был уже не Андрей Болконский и не ДиКаприо, а вполне реальный юноша, кареглазый и смуглый, самый красивый и понимающий на свете.
Следующий школьный день был ужасно скомканный. Оля как на иголках сидела и просто-таки смущала учителей и одноклассников своей небывалой активностью.
– Что это сегодня с нашей снежной принцессой? – шепотом поинтересовался Славка Рыжов у Иры Боковой, Олиной соседки по парте.
– Понятия не имею, – пожала плечами Ира. – Она даже снизошла до беседы со мной – сказала, что у меня красивая заколка и спросила, где я такую взяла, представляешь?
– Представляю, – ухмыльнулся Славка. – Весна скоро, даже такие холоднокровные зашевелились.
– Что ты хочешь этим сказать? – поинтересовалась Ира, хотя отлично все поняла.
– Чего-чего, – подмигнул Славка. – Влюбилась она, вот чего!
– Да брось ты, – с сомнением протянула Бокова.
А зря она сомневалась! Оля и правда была влюблена, влюблена с первого взгляда и по гроб жизни. Правда, сама она себе в этом не признавалась, считая, что просто увидела, нашла наконец-то такого человека, который поймет ее, и чьи мысли так схожи с ее собственными! Олю жгло нетерпение: быстрей бы оказаться дома и, заняв себя какой-нибудь книгой или фильмом, ждать телефонного звонка.
Но все получилось гораздо быстрей, и гораздо прекрасней, чем она ожидала. Оля торопливо оделась в гардеробе и выскочила на бульвар, сказав самой себе, что будет лететь, как птица, только чтобы, как можно скорее оказаться дома, рядом с черным блестящим телефоном! Она пробегала по бульвару, и тут кто-то негромко окликнул ее. Не веря своим ушам, она повернула голову и увидела Артура, который сидел на той же самой скамейке, на которой они познакомились вчера.
– Здравствуй, – сказал он, поднимаясь ей навстречу.
– Здравствуй... А что ты здесь делаешь? – сморозила Оля и смутилась.
– Ничего особенного, – виновато усмехнулся Артур. – Я думал – если я вчера тебя здесь увидел, то почему не могу увидеть сегодня? И вот, пришел.
Оля молчала, не зная, что сказать. Она была ужасно рада тому, что Артур так романтично пришел и ждал тут, словно на свидании. Жалко только, что никого из одноклассников не видно. Вот бы обалдели все эти глупые вертушки, если бы увидели, какой молодой человек ждал ее, Ольгу!
Поймав себя на такой недостойной мысли, Оля смутилась, а Артур принял это на свой счет.
– Я зря пришел? – спросил он виновато.
– Что ты, вовсе нет! – запротестовала девочка. Она была рада еще и тому, что ей удалось назвать Артура на «ты», и что он сам воспринял и перенял это обращение.
– Пойдем погуляем? – предложил он.
На этот раз Оля решила больше разговаривать, чтобы Артур не думал, что она двух слов связать не может. Она рассказывала про свои книги, диски, кассеты, про своих друзей детства: зайца Прошу и ежика Сяпу, про свой дом, где она проводила больше всего времени. Когда они наконец-то пришли к подъезду Олиного дома, у нее уже сформировался вполне определенный план. Она решила пригласить Артура к себе в гости, но не знала, в каких выражениях это сделать. По счастью, он сам подсказал ей выход, когда сказал: