Чтение онлайн

Пока все собирались, мы два раза приставляли дополнительные столы. Все женщины были нарядно одеты. Они казались такими энергичными, искренними, дружелюбными. Несмотря на то что я впервые лично познакомилась с большинством из них, я чувствовала себя в их компании очень уютно.

Наконец мы устроились, и я перешла к делу, задав Эрлинде стандартный вопрос, с которым я обращаюсь ко всем семейным парам, прожившим в браке двадцать пять лет или больше: «Допустим, я завтра выхожу замуж и вам необходимо дать мне и моему будущему мужу всего один-единственный совет, который поможет сделать наши узы по-настоящему прочными. Что вы скажете?»

– Скажу, что главное – уважение. И доверие, – ответила она, не раздумывая.

Да, это был исчерпывающий ответ. Вспоминая тот наш разговор, я понимаю, что тогда случилось нечто необыкновенное. Уважение и доверие. Доверие и уважение. До этого я побывала в семи разных странах с совершенно разными культурами, семейными традициями, ценностями и религиями. От Хорватии до Калифорнии, от Южной Африки до Филиппин – где бы я ни задавала женщинам этот вопрос, не имеющий стандартного ответа,

Беседуя с филиппинскими единомышленницами, я сравнивала их секреты с тем, что мне довелось слышать во время личных встреч или в ходе общения на сайте нашего клуба. Напрашивался вывод, что, видимо, к счастливому браку есть единый универсальный ключ.

Я взглянула на Эрлинду и рассмеялась.

– Я объехала шесть стран – ваша седьмая, – и везде мне дают один и тот же ответ. На разных континентах разные люди говорят о счастливой семейной жизни одно и то же.

Мэй, сидевшая скрестив руки, потерла ладонями предплечья:

– Поразительно! У меня просто мурашки по коже!

Все сидели и внимательно слушали, удивленно переглядываясь. Казалось, будто бы кто-то стащил у Санта-Клауса список подарков и подсмотрел, что каждый получит к Рождеству. Разница между теми, кто счастливо прожил в браке двадцать пять, тридцать пять или даже пятьдесят пять лет, и теми, кто ссорится со своей половиной из-за малозначимых мелочей, заключается в двух этих словах – взаимное уважение и доверие.

Дискуссия шла своим чередом. Более молодые женщины задавали вопросы старшим, советовались с ними. Компания подобралась необычная: часто ли вы видите женщин, поддерживающих друг друга, но при этом не ругающих своих мужей и не желающих им скорейшей гибели под колесами джипни?

Я с удовольствием наблюдала за ними, следя за всеми поворотами разговора, то вступая в него, то просто слушая и продолжая размышлять над тайнами по-настоящему удачного брака. За беседой и едой несколько часов пролетели незаметно. Пора было завершать посиделки. Однако в этом теплом собрании новых друзей неловко было намекать на то, что пора расходиться. Никому не хотелось объявлять: «Пожалуй, мы уже все обсудили». Наконец, одна из участниц встречи нашла изящный выход из этой ситуации.

– Давайте сфотографируемся! – предложила Джи.

Отличная идея! Все достали свои фотоаппараты, и официанты принялись фотографировать нас на фоне Треугольных садов Айялы.

Потом каждая из женщин попросила меня сняться с ней лично, вдвоем. Я собиралась было сбросить босоножки на шпильках, чтобы не выглядеть сильно выше своих новых подруг, так как все они были ростом мне по плечо. Но они уверили меня в том, что все отлично: я буду, словно амазонка, возвышаться над ними. Что ж, было даже приятно оказаться выше всех в этой компании.

Женщины обменялись телефонами и адресами и договорились регулярно собираться вместе. А потом мы разошлись в разные стороны, соединенные невидимыми узами, только что прочно связавшими всех нас.

Сегодня у меня запланировано интервью. А я проспала. Часы над кроватью показывали двенадцать. Сердце громко заколотилось. «Не может быть!» – подумала я, прежде чем впасть в панику. Семейная пара, ради встречи с которой я приехала на Филиппины, ждет меня к одиннадцати, а мне еще целый час добираться по пробкам до их дома в городе Кесоне. Я преодолела тысячи километров, а теперь не смогу с ними побеседовать!.. Перерыв все бумажки на столе, я наконец нашла номер их телефона и впопыхах набрала его. «Только бы они не отменили встречу», – пронеслось у меня в голове.

– Алло, – прозвенел в трубке приятный голос.

– Да, здравствуйте. Это Фон Уивер, – я задыхалась от волнения.

– А, привет, Фон. Это Глория.

– Глория, простите меня, ради бога. Не знаю, что со мной случилось. Я проснулась так поздно, как никогда в жизни не просыпалась. Я уже опоздала к вам на час, а мне еще час до вас добираться.

Может, она прониклась ко мне сочувствием. А может, сказался счастливый филиппинский характер. Так или иначе Глория не выказала никакого недовольства. Я постаралась воспользоваться этим.

– Можно я все-таки приеду? – спросила я виноватым голосом.

– Да, конечно. Если вы не против, мы начнем без вас, но, будьте уверены, ваша тарелка вас ждет.

Они собирались сесть за стол в одиннадцать утра, а значит, скорее всего, позавтракали не слишком плотно, если вообще позавтракали. Эта милая женщина совершенно покорила меня: ни упрека, ни раздражения, ни сожаления.

– Выезжаю через несколько минут и постараюсь быть у вас как можно скорее.

Я сбежала вниз, вскочила в машину и попросила водителя ехать побыстрее. Когда опаздываешь, дорога по городу превращается в муку. Дело даже не в том, что пробки кажутся еще более плотными, а в том, что я мысленно постоянно подгоняла других водителей. Минут пятнадцать я бормотала, обращаясь к окружающим меня машинам: «Давайте, пошевеливайтесь!» – а потом поняла, что мой шофер, видимо, принимает меня за сумасшедшую. Надо успокоиться и смириться с тем, что в ближайшие сорок пять минут я не смогу контролировать ситуацию. Лучше провести это время в размышлениях о моих героях – Бене и Глории.

Эта пожилая пара – тетя и дядя моей подруги Джоселин. Мы договорились об интервью за несколько месяцев до моего приезда, и Глория предложила мне остановиться у них. Но за пару недель до приезда на Филиппины я узнала, что Глория попала в больницу с воспалением легких. Она выписалась всего за несколько дней до моего прилета, но это вовсе не убавило ее радушия и гостеприимства.

Когда я добралась до их дома, дверь мне открыла женщина, одетая, как медсестра. Она предложила мне присесть и отправилась за Глорией.

Через несколько минут появилась хозяйка дома: ее вела за руку молодая женщина. Глория, на лице которой была медицинская маска, закрывавшая нос и рот, крепко обняла меня.

– Простите меня за опоздание. Я не знаю, что со мной случилось, – снова извинилась я.

Но их это не особенно волновало. Меня усадили за прекрасно накрытый обеденный стол.

– Вы еще не ели? Извините! Я думала, вы начнете без меня.

– Ах, дорогая моя, мы перекусили. Но мы ждали вас, чтобы поесть как следует.