Чтение онлайн

– Вам стоит поесть здесь, – проинструктировал он. – Здесь самая лучшая паста.

У нас было время погулять по городу, а в шесть вечера они с Эстреллитой должны были заехать за нами в гостиницу.

– Сходите в Panini, – еще раз напомнил Марио, высаживая нас в пешеходной зоне старого центра. Вокруг суетились уличные продавцы, предлагавшие туристам старинные диковины и сувениры. Здесь же расположились художники, продающие картины с городскими видами и делающие портретные шаржи.

Посреди отвоеванного у мостовой газона мы заметили фонтан. На газоне стояла табличка «No pise el cesped». Я решила, что это значит «Не писать на траву», в то время как надпись была куда скромнее: «Не ходить по траве». Да уж, мне точно нужно освежить немного свои познания в испанском языке.

Мы немного погуляли, затем прошли пару кварталов в направлении Ворот крепости и по дороге отыскали Panini. Мы не были голодны, но не хотели показаться невежливыми, проигнорировав рекомендацию Марио.

Стоило нам только войти в это заведение, как сразу стало понятно, что мы оказались в маленькой Италии. Причем в самой лучшей ее версии.

На крепких столах из красного дерева, застеленных бежевыми скатертями, стояли тонкие хрустальные бокалы. Вокруг столов теснились стулья с кожаной обивкой и оранжевыми подушками. Атмосфера ресторана была изысканной и в то же время непринужденной. Вокруг, как в Италии, сновали официанты, разносившие на столы гигантские блюда с пастой и лазаньей.

Кто-то сказал, что сначала мы поглощаем пищу глазами. В данном случае это было правдой: увидев все это изобилие, мы немедленно почувствовали голод. От вкусных запахов разгорался аппетит и даже немного кружилась голова.

Кит посмотрел на лазанью на столе у соседа и заказал себе такую же.

– La especialidad de la casa, por favor, – сказала я официантке, что означало: «Фирменное блюдо ресторана, пожалуйста».

Воспоминания об испанском языке дали себя знать, чего не скажешь о Ките, который, похоже, напрочь забыл все, что когда-то учил.

– Ese plato es muy grande, – ответила мне официантка: «Это блюдо очень большое». Посмотрев на мою щуплую фигурку, она, наверное, решила, что мне не осилить такую порцию.

Когда прибыла лазанья, я и правда поразилась ее размерам. Слово «grande» не передает того, что предстало предо мной. Это было блюдо на семью как минимум. Им надо было указать в меню «para 6 personas» – «на шесть человек».

Разве мы справимся с ним вдвоем, да еще при условии, что не очень голодны?

Однако как только приступили, стало ясно, что это лучшая лазанья, какую нам когда-либо доводилось пробовать.

Через час мы с трудом встали из-за стола, выползли из ресторана и еще немного побродили по улицам. По непонятной причине я в тот день решила отправиться на прогулку по Старому городу в неподходящей обуви. На высоких каблуках можно ходить целый день… но только по ровной поверхности. А на брусчатке я чувствовала себя чрезвычайно неустойчиво. К тому же съеденная лазанья тянула к земле. Мы решили пораньше вернуться в гостиницу и подготовиться к ужину с Эстреллитой и Марио. Оставалось надеяться, что прогулка до отеля поможет снова разбудить аппетит.

Марио позвонил к нам в номер, и мы спустились в холл, чтобы встретиться с ним и Эстреллитой. Однако оказалось, что она задержалась на работе и нам необходимо было за ней заехать. Мы прибыли в медицинский центр, и только прошли через металлоискатель, как нам навстречу поспешила красивая женщина в ярко-красном жакете с рукавами до локтей. У нее были темно-рыжие волосы до плеч и зачесанная набок челка. На ее лице расцвела очаровательная улыбка. При этом на сияющей коже обозначилось несколько мелких морщинок. Она тепло обняла меня и энергично пожала руку Киту.

Нас представили администратору медицинского центра, а потом пригласили посмотреть кабинет Эстреллиты. Она была офтальмологом с обширной практикой и здесь проводила предоперационные консультации. Марио, как выяснилось, работал в этом же центре: он был профессором, известным ортопедом, специалистом по детским травмам. Он махнул рукой в сторону лестницы, ведущей на второй этаж:

– А мой кабинет вон там.

Супруги почти всегда рядом: один принимает больных на первом, другой – на втором этаже. Проведя с ними совсем немного времени, понимаешь, что их тесный союз абсолютно закономерен. Они вместе делали медицинскую карьеру, оба начинали с нуля и одновременно добились успехов в профессии.

Нам пришлось несколько минут подождать у регистрационной стойки, пока Марио и Эстреллита перекидывались парой слов с администратором. В этот момент я повернулась к Киту и прошептала:

– М-да, это уже не первая пара, отыскавшая источник вечной молодости.

Интересно, сколько же лет Эстреллите? Она выглядит юной, хотя, если судить по семейному стажу, она намного старше, чем я. Или она вышла замуж в двенадцать лет? Нет, это маловероятно. Но энергии у нее на порядок больше, чем у меня. Уверена, что они с Пэт могли бы на пару пробежать марафон и прийти к финишу одними из первых.

Мы снова сели в машину к Марио, а Эстреллита поехала за нами следом в собственном автомобиле.

– Как по-твоему, на сколько лет она выглядит? – осторожно спросила я Кита.

– Может, ей под пятьдесят? – неуверенно отозвался Кит.

– Ей за пятьдесят, – со вздохом уточнил Марио.

Наверное, он привык, что все отмечают, насколько моложава его жена.

Когда мы прибыли к ним домой, я сразу поняла, что это квартира преуспевающих и счастливых супругов, чьи дети уже выросли и разъехались. В ванной, туалете и кухне был недавно сделан ремонт. В ближайшем будущем предстояло отделать комнаты, чтобы жилище полностью соответствовало запросам владельцев.

Я поинтересовалась у Эстреллиты, не тяжело ли ей оставаться в такой большой квартире после того, как дети покинули дом.

– О нет, – ответила она. – Нам здесь нравится.

Они очень хорошо и уютно обустроили свою жизнь вдвоем. Марио провел нас по комнатам – показал гостиную и столовую, в том числе росписи на стенах.

– Это рисовала Эстреллита, – сообщил он, сияя от гордости.

Мне сразу было понятно, что хозяйка этого дома – творческая натура. Когда будущие супруги только познакомились, Эстреллита была студенткой медицинского факультета, но пробовала свои силы в театре и получала от этого большое удовольствие.

Впрочем, лишь только их отношения стали более серьезными и зашел разговор о браке, Марио поставил вопрос довольно жестко. Он не одобрял увлечения своей девушки, потому что ему не нравилась богемная среда, в которой распространены наркотики. Его также смущало, что будущей жене придется работать по вечерам и возвращаться домой ночью. Он был бескомпромиссен и сказал, что не женится на ней, если она вернется в театр.

Эстреллита некоторое время думала, а потом решила, что любит Марио намного больше, чем актерское ремесло. К тому же она уже училась на врача и сильно менять жизненные планы ей не пришлось.