Чтение онлайн

Черт, он был мускулистым. И у него был большой шрам, у линии роста волос, так где ему сделали какую-то операцию на мозге. Ходят слухи, что ему удалили опухоль, но после этого он навсегда стал злобным. Он убивал людей десятками, как лиса в курятнике. Но мне он никогда не делал больно, и я думала, что это значит, что мы действительно лучшие друзья. Надо сделать нам браслеты дружбы с нашими камнями по знаку зодиака. Интересно, когда родился Джек? Держу пари, он Овен, у него энергетика Овна.

Я перестала тыкать в Джека электрошокером и изо всех сил пнула его под задницу. Он зарычал, разворачиваясь, его лицо исказилось в гримасе, но, когда он бросился на меня, я нырнула под его руку и ткнула электрошокером в толстую шею Люсиль, прежде чем она успела сбежать. Она с криком упала к моим ногам, и я оглянулась на Джека, который вымещал свою злость на комнате отдыха, разбрасывая стулья по всей комнате, а затем начал бить кулаками по стене. Ого, он так счастлив, когда что-то ломает.

Я опустилась на колени на живот Люсиль, балансируя на нем, и ухмыльнулась ей вокруг искрящегося электрошокера. Вода из разбрызгивателей хлестала на меня и стекала по волосам.

— Назад! — скомандовала она, когда пришла в себя от первого удара шокером. — Ты омерзительная уродка! Отвали от меня! Охрана! — Закричала она, и я наклонилась, резко опустив голову вперед, как будто у меня был клюв, и засунула электрошокер между ее приоткрытыми губами.

Она дернулась подо мной так сильно, что я чуть не свалилась с нее, но я оседлала эту суку, как механического быка. Я была создана для верховой езды. Это был чертов дар. Быки, лошади, члены. Я знала, что если бы мне дали шанс, я бы стала профессионалом во всех видах верховой езды.

Я подняла голову, не желая, чтобы она умерла слишком быстро, но пригнулась, когда стул пролетел у меня над головой и врезался в стену. Джек был вне себя от ярости, его лицо покраснело, а руки сжались в кулаки, окровавленные от ударов, которые он только что нанес стене. Он начал рвать ковер, а я снова посмотрела вниз, на Люсиль, которая тяжело дышала подо мной, и изо рта у нее текла струйка крови.

Она запирала меня одну в комнате на несколько дней, заставляла мыться голой на глазах у нее и ее команды, обливала меня горячим чаем, заставляла мочиться в бутылки и стаканчики на открытом воздухе во дворе, заставляла выпрашивать еду и воду. Она была властолюбивым пеликаном с большим клювом, полным дерьма. А скоро она станет мертвым пеликаном. Но сначала она должна была испытать мучения за меня и за всех, кого она заставляла страдать в этом месте.

Я начала беспорядочно тыкать в нее шокером, мотая головой из стороны в сторону, как курица, клюющая семечки, снова и снова поражая ее электрическими разрядами. Она кричала и сопротивлялась, но я не собиралась отступать. Это было мое убийство, и я была в кровавом тумане. И он не рассеется, пока она не будет лежать мертвой подо мной.

— Охрана, — прорычал Злой Джек. — Нужно двигаться.

Я начала тыкать ее быстрее, сосредоточившись на ее груди, когда ее сердцебиение участилось, а мой взгляд то и дело метался к фитнес-часам на ее запястье, где цифры поползли вверх, и вверх, и вверх. В итоге я оставила электрошокер прижатым к коже прямо над ее сердцем, наблюдая и гадая, взорвется ли сам орган и зальет ли комнату фонтан крови.

Она начала биться в конвульсиях, с ее губ сорвался булькающий стон, а сама она уставилась на меня в ужасе.

Умри, умри, умри, Пеликаньи сиськи!

Последняя судорога пробежала по ее телу, когда сердечный приступ покончил с ней навсегда, и я взмахом головы отбросила от себя электрошокер. Злой Джек внезапно подхватил меня на руки, зажав под мышкой, словно я была маленькой модной сумочкой от Gucci, так что мне пришлось выглядывать из-за его спины, чтобы видеть происходящее. Он засунул руку в карман Люсиль, вытащил пропуск, а затем побежал через комнату, пока я смотрела на ее труп с маниакальным смехом.

— Прощай, блудница!

Разъяренный Джек выбил дверь в другом конце комнаты, и я поморщилась, когда от удара у меня зазвенело в голове и одурманенный лекарствами мозг закружился. Вооруженные охранники гнались за нами с поднятыми пистолетами и широко раскрытыми глазами. И когда мы завернули за угол в следующий коридор, я услышала, как они испуганно вскрикнули при виде Люсиль.

Я улыбнулась от уха до уха, послесвечение смерти все еще держало меня в своих безумных тисках, и я крикнула Джеку: — Ии-ха!

Моя плоть кипела от адреналина, а демон во мне урчал от удовольствия, пока раздавались крики и вода лилась на нас из разбрызгивателей, в то время как Найл продолжал поджигать все, что мог.

Я использовал свой топор, который я не называл гребаной Эванджелиной, и срубил головки разбрызгивателей, делая их менее эффективными в тушении пожара, в то время как Найл кричал и смеялся каждый раз, когда что-то взрывалось в пламени.

На пути нам попадались охранники и медсестры, но они либо убегали, либо умирали под натиском нашего оружия, если пытались дать отпор. Хотя я знал, что это не продлится долго. Мужчины, находившиеся внутри здания, не были вооружены, но те, кто был снаружи, определенно были, и было только вопросом времени, когда они прорвутся внутрь.

Мы двигались быстро, не раз возвращаясь назад, поскольку терялись в лабиринте коридоров, пока из моей груди не вырвался рев разочарования.

Тревожный вопль резанул слух, и я резко обернулся: за мягким креслом в какой-то зоне отдыха сжалась в комок медсестра, пытаясь спрятаться от нас.

— Вставай, — скомандовал я, приближаясь к ней и размахивая окровавленным топором.

Она снова взвизгнула и попыталась убежать, но я схватил ее за темные волосы и развернул лицом к себе.

— Отведи нас к Бруклин Мэдоу, — потребовал я, прижимая окровавленный топор к ее горлу. — Отделение строгого режима.

— Я… я… у меня нет туда допуска…

— Просто доведи нас до двери, девочка, а дальше мы уж как-нибудь сами, — сказал Найл, улыбаясь ей сквозь кровь, которая все еще покрывала его кожу, несмотря на потоки воды, которые хлестали по нам.

Я толкнул ее к двери, и она рухнула на колени, но тут же вскочила и бросилась бежать, на ходу пискнув: «Сюда», а мы последовали за ней.

Мы поворачивали то налево, то направо, не обращая внимания на убегающих заключенных и паникующих сотрудников, пока следовали за медсестрой.

Внезапно Найл направил свой огнемет на медбрата, пытающегося проскочить мимо нас, и поджег его, словно факел. Его крики наполнили воздух, заставляя всех поблизости впасть в панику и бежать без оглядки.

— Это Карл Риган, я увидел его имя на бейдже, — гордо объявил он. — Он был в списке.