Чтение онлайн

Я выругался себе под нос и, обернувшись, обнаружил, что медсестра, за которой мы шли, исчезла.

— Ради всего святого, — прорычал я. — Nunca la encontraremos asi (Прим. Пер. Испанский: Так мы ее никогда не найдем).

— Не психуй, — проворчал Найл, направляясь дальше по коридору и поворачивая направо.

Я огляделся, пнул воду в луже, образовавшейся на полу, и последовал за ним.

— Вот оно! — громко объявил Найл, и я бросился бежать, повернув за угол, и увидел его перед усиленными дверями с надписью «Отделение бла-бла-бла, строгий режим».

Справа от них была панель для входа, и Найл провел по ней украденной ключ-картой, а затем выругался, когда она вспыхнула красным.

Я попробовал приложить отрубленный большой палец из кармана, но безрезультатно, и, выбросив его, зарычал.

— Отойди, — скомандовал я, поднимая топор и направляясь к дверям. Если мы не могли открыть их обычным способом, я был готов снести эти двери.

С ревом усилия я взмахнул топором, врезая его в толстое дерево с грохотом, который эхом разнесся по опустевшему коридору.

Дверь задрожала, от нее откололся небольшой кусок, но этого было недостаточно.

Я взмахивал топором снова и снова, мои мышцы напрягались и сокращались, каждый удар отдавался в руках и груди. Но я не сдавался, каким бы медленным ни был прогресс. За этой дверью была Mi sol. Она ждала меня. Я не отступлю.

— Стой, где стоишь! — крикнул кто-то сзади, и только благодаря моим быстрым рефлексам я успел увернуться от пули, которая летела мне в голову.

Я резко обернулся, а Найл в тот же момент взвыл от возбуждения, выхватывая свой собственный пистолет и отстреливаясь от охранников, которые появились, чтобы задержать нас.

Они снова нырнули в укрытие, и мое сердце бешено заколотилось, когда я посмотрел на Найла, который продолжал стрелять, сдерживая их, но не в силах попасть, пока они оставались за стенами.

— Дай мне пистолет, — приказал я, и он дико расхохотался.

— Я бы скорее отдал котенка голодному питбулю, сладенький. Ты просто продолжай работать над дверью и оставь убийство профессионалу, — ответил он, даже не потрудившись взглянуть на меня, продолжая стрелять в группу охранников каждый раз, когда кто-нибудь из них высовывал голову.

— Просто дай мне…

— В яблочко! — воскликнул Найл, когда охранника отбросило назад, и его кровь забрызгала стену, что заставило еще больше пуль полететь в нашу сторону.

Здесь мы были на виду, как рыбы в гребаной бочке, и нам нужно было пройти через эту дверь.

— Te odio (Прим. Пер. Испанский: Я ненавижу тебя), — яростно прорычал я, поворачиваясь спиной к перестрелке, несмотря на все инстинкты моего тела, и снова замахнулся топором на дверь.

Я сломаю ее, найду mi sol и вытащу ее отсюда, чего бы это мне ни стоило.

Найл бегал туда-сюда, отвлекая внимание охранников и прикрывая меня, продолжая стрелять в них снова и снова.

— Граната! — взревел он, и я вздрогнул, услышав, как что-то ударилось о стену позади меня, но вместо взрыва, который должен был сотрясти стены, нас окутало облако розового блестящего дыма.

Найл дико расхохотался, ныряя в него, и я на мгновение оглянулся на него, наблюдая, как его силуэт исчезает в дыму, прежде чем снова замахнуться топором.

Позади меня раздались крики и выстрелы, в голосах охранников слышалась паника, когда они перекрикивались друг с другом.

— Где он?

— Я ничего не вижу!

— О, мать твою!

— Помогите!

— Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмоооо… — Последнее слово оборвалось булькающим криком как раз в тот момент, когда двери подались и разлетелись на куски передо мной.

Найл появился снова, весь забрызганный кровью и ухмыляющийся от уха до уха, а затем хлопнул меня по плечу, как будто мы были друзьями. Гребаный bastardo loco.

— С этими у меня уже восемь, напомни, сколько у тебя, El Burro? Шесть? — Он дико расхохотался и выбежал за дверь, а я, зарычав, погнался за ним.

— Я закончу свой подсчет, отрубив тебе голову, hijo de puta, и кто тогда будет победителем?

Неземной вопль донесся из открытой камеры слева от меня за полсекунды до того, как на меня налетело и сбило с ног тяжелое тело.

Ногти вонзились мне в лицо, а женщина кричала и ругалась, произнося стихи из Библии, внезапно переместив меня в прошлое так, что меня захлестнула паника. Я снова был тем мальчиком, попавшим во власть тех женщин, которые утверждали, что служат богу, который никогда не испытывал ко мне никакой любви. Я был ребенком, так нуждавшимся в любви, но вместо нее получал лишь ненависть. Я был в отчаянии и кричал, чтобы мой папа вернулся домой, надеясь, что он поймет, что делает моя мама, когда его нет, но он так и не понял, и я остался там, чтобы страдать и страдать, пока…

Женщину оторвало от меня и отбросило в сторону, и я обнаружил, что смотрю на окровавленного ирландца, склонившего голову набок и протягивающего мне руку.

— Да ладно тебе, парень. Я могу быть порядочным человеком всего десять минут в день, а ты уже отнимаешь мое драгоценное время.

По какой-то неизвестной причине я позволил ему взять меня за руку и поднять на ноги, а затем обнаружил, что смотрю в его ярко-зеленые глаза.

Я не мог его поблагодарить. Я ненавидел его слишком сильно, чтобы даже думать об этом. Но я также не мог заставить себя воспользоваться его близостью и пырнуть его ножом.

— Таких людей, как мы, всегда что-то преследует, — проворчал он. — Но я думаю, лучше не давать призракам лишних боеприпасов, если мы можем предотвратить атаку, верно?

Он хлопнул меня по бицепсу, а затем повернулся и побежал прочь, выкрикивая имя Бруклин и оглядываясь по сторонам в поисках ее, оставив меня в замешательстве смотреть ему вслед.

Я последовал за ним: мое сердце бешено колотилось, а брови нахмурились. Где, черт возьми, она была?

И где вообще, все те, черт возьми, кто должен был находиться в этом крыле? Женщина, которая напала на меня, выбежала через дверь, которую я выломал после того, как Найл отшвырнул ее от меня, но остальные не могли уйти тем путем.

Свинцовая тяжесть опустилась в мой желудок, когда чувство страха разлилось по моим конечностям. Мы здесь что-то упускали. Что-то жизненно важное. И если мы в ближайшее время не разберемся, что происходит, у меня появилось ужасное предчувствие, что мы опоздаем спасти мою chica loca.

— Бруклин! — проревел я вместе с Найлом, ускоряя шаг, пока бежал за ним, и мы вместе искали ее. — Бруклин!

Злой Джек приложил ключ-карту, которую он украл у Люсиль, к панели у двери, которая должна была вывести нас наружу, и я вытянула шею, пытаясь лучше разглядеть окружающую обстановку, когда он вышел на ночной воздух.