Чтение онлайн

— Не раньше, чем ты мне мозг вынесешь до потери пульса, — руку протянув, к себе привлек, на глазах у бабушки и брата обняв.

Затихла. Не ждала, что вот так, сразу, покажет свое отношение к ней. Как-то… Не обсудили ничего. А обсуждают? Так, как там бабушка всегда говорит, взрослеть пора? Кажется, да, пора бы. Уже. Двадцать три, двадцать четвертый уверенно шел. А серьезности — ноль. Или, наоборот, слишком серьезная, вот и даёт периодически себе, то есть, своей энергии, выход?..

— А я медленно выносить буду, — пообещала Алинка, потянув Егорского за собой в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

На друге лишь на мгновение взгляд задержав, не раздумывая следом отправился.

Знал, что Хабов зубами заскрипит сейчас. Ведь только говорили. Уверял, что платонически всё до сих пор. А, собственно, и не врал. Что на Ягодкину вдруг нашло, понять не мог. Пока у калитки расставались несколько часов назад, все переживала, как бы бабушка не заметила. Позволил себе чуть больше привычного. Для нее. Для себя…

В комнату затащив, к груди прижалась, как только дверь закрылась следом. Что происходило с девчонкой, понять не мог.

— Алин, — попытку сделал в глаза ей заглянуть. — Что случилось? — ничего не понимая, заставил всё же на него посмотреть. — Черт, — не сдержавшись, тихо выругался, заметив в её красивых глазках слезинки. — Обидел чем?

Вроде вел себя более, чем сдержанно. Даже пока гуляли по деревне. И когда целовал-обнимал. Особенно — обнимал. Под жестким контролем себя держал, как на экзамене каком. И сейчас оказался в растерянности.

— Я не думала, что… — заговорила тихо, от взгляда его спрятаться не пытаясь, что уже радовало. — Однажды это случится. Ты рядом будешь. И Тёма. И бабушка с дедом. Я всегда одна. С тех пор, как… — губу до боли закусив, к полке, что у окна, отошла, смолкнув.

Что там было? Фотография. Судя по всему, её родителей. Что сказать ему сейчас таким образом попыталась? Понял. Или, вернее сказать, надеялся, что понял. Действительно, девчонка в душе, хоть и давно за двадцать перешагнула.

— Алин, — за плечики обняв, к себе привлек, успокаивающе губами касаясь виска. — Мы с тобой будем жить долго и счастливо. Я тебе обещаю, — и не сомневался, так оно и будет. Не сможет, не хочет, как отец, от берега к берегу, как та шлюпка, болтаться. — Поверь, не пришел бы сегодня, в данный момент, если бы сомневался в собственном решении. Вчера, когда узнал, что ты со своим Толиком…

А, что в тот момент почувствовал? Ревность. Впервые. Поверить не мог. Всегда казалось, ровно в этом плане всё. Только неуверенные в себе люди ревнуют. От сильных не уходят. А, оказывается, проблема не в том, на сколько ты силен. В том числе и в финансовом плане. Проблема в том, любишь или нет. Боишься потерять человечка или нет. Впервые в жизни — боялся. И признавался себе в том открыто. И ей готов признаться, если потребуется.

— Не мой он, — отрицательно качнула головой Алинка. — Обидно стало, когда тебя увидела со Светиком. Ты меня даже ни разу нормально не целовал, не обнимал, а перед ней в одном полотенце. А может и без, может выглянула поздно.

Черт, а ведь его тоже ревновали. С трудом сдержал усмешку. Не поймет. Сам не понимал себя. С чего вдруг губы в улыбке готовы расплыться? Ведь вопрос, по крайней мере для девчонки, достаточно серьезный.

— Даже представить боюсь, что ты там себе нафантазировать успела, — тихо признался, на губах её, лицом к себе развернув, взгляд задерживая.

Поцелуй. У калитки целовал. Светало. Вполне и заметить кто мог. А вот сейчас… Только если в комнату заглянет кто. Кто? Баб Тома вряд ли. Дед Игнат где-то в саду был, когда в дом с Хабовым входили. Сам Хабов — тоже маловероятно. Хоть и грозился «голову снять за сестру», побоится, наверняка, слишком откровенную картинку в комнате сестренки застать. А им до откровенности еще… До свадьбы успеть бы…

Эпилог

Со свадьбой Егорский тянуть не стал. В июле, на День Семьи, любви и верности с Ягодкиной и расписались. Шикарный день стоял. Солнечный. Ни облачка на небе. По-настоящему летний.

Со свадебным платьем Алинке Хабов помог, даже слушать не пожелавший о том, чтобы жених принимал участие в приобретение оного. Выложился. То оплатил, которое Алинка приметила, да не решалась выбор остановить. Заставил.

— С ума сошел, Тём? — когда, уступив брату, примерив, по импровизированному подиуму прошлась и услышала короткое: «Берем». — Неудобно мне. Твой отец…

Дядя по матери. Не существовало для того данной родни. Сын же считал иначе. Помогал, как мог. Большой помощи баба Тома и дед Игнат категорически не брали. Но когда вопрос будущего внучки встал, именно к нему и обратились. А оно вон как получилось. Не только с образованием помог и на работу пристроил, но и, получается, мужа нашел. Сам того не желая.

— У моего отца своя жизнь, а у меня — своя, — перебил Хабов сестру, успокаивающе на мгновение приобнимая. — И я сам принимаю решения. Если нравится, а, вижу, нравится, значит берем. Думаю, твоему Егорскому тоже зайдет. Хорошенькая ты в нем. Настоящая принцесса.

Факт того, что двоюродная сестричка с лучшим другом в ЗАГС собралась, воспринимал с трудом. Считал себя виноватым в том, что… А в чем, Алинка в толк взять не могла. Силом её Егорский никуда не тащил. К отношениям тоже не подталкивал. Само, как-то, все закрутилось. Правда, с совсем близкими отношениями, буквально на днях… определились.

Подготовку к торжеству Вениамин держал в секрете. Как и она — свое свадебное платье. По крайней мере для неё, точно. Предполагала, что бабушка с дедом, да и Таловы, наверняка, в курсе планов Егорского были. Как время покажет — да.

Когда после ЗАГСа за город выехали, заверил, что покатаются перед застольем. И, в самом деле, в поле, цветущем остановились. Шампанское. Шоколад. Настроение у всех приподнятое.

Когда в деревню въехал свадебный кортеж, Алинка в недоумении воззрилась на рядом сидящего… мужа. Спокойный. Загадочно улыбающийся. Ей. Легким поцелуем губ коснувшись, шепнул:

— Не нервничай, отлично всё.

Отлично. Конечно. Когда знаешь, тогда отлично. Мысль нехорошая мелькнула. Неужели баб Тому с дедом Игнатом на торжество не пригласил? Сама же говорила им. Но, кто знает. Статус другой. Совсем другой. Вполне мог Егорский…

У ворот дома Таловых остановились. Первым из машины вышел. Ей выйти помог. Ворота как раз и распахнулись. А в воротах супруги Таловы и Мефодьевы, с караваем новобрачных встречают и с чаркой, как заведено на Руси было испокон веков.

Вот, оно, что. Вот она, причина тайны, за семью печатями. Не ресторан Егорский заказал дорогой. Не бизнесменов одних своих пригласил на торжество. Во дворе дома Таловых столы были накрыты. Среди гостей — и жители деревни. Малышня в догонялки играла, под ногами взрослых путаясь. Настоящая, деревенская свадьба.