Чтение онлайн

— Если какой-нибудь парень когда-нибудь расстроит тебя, ты немедленно скажешь мне. Обещаешь?

Я кивнула головой, не совсем понимая, почему он вдруг стал таким собственником во всей этой ситуации. Но что бы это ни было, мне это нравилось. Мне это очень нравилось. Его заботливость наполняла мое сердце уютом и теплом.

Он выгнул бровь, как будто не удовлетворен моим ответом.

— Клянусь сердцем, — я закатила глаза и не смогла сдержать смешок, срывающийся с моих губ. — Когда ты примешь присягу?

Он нахмурил брови, избегая смотреть на меня.

— Я не знаю… Папа мне еще не сказал. Хочешь посмотреть «Человек-паук. вдали от дома»? — спросил он, пока уклоняясь от темы.

— Безусловно. Я принесу попкорн. Не начинай без меня, — бросила я через плечо, покидая его комнату и спускаясь на кухню.

Я нашла Розали стоящей у кухонной стойки с бумагами в руке.

Она подняла глаза, когда я вошла в кухню, приветствуя меня ослепительной улыбкой.

— Привет, Тейя.

— Привет, Розали. У вас есть попкорн?

— Да, — ответила она, откладывая листы, взяла миску из шкафчика и достала пакет с попкорном из морозилки.

— Я сделаю это. Все в порядке.

— Не беспокойся, милая. Я отнесу вам наверх, когда все будет готово.

Она улыбнулась и открыла пакет, прежде чем высыпала замороженную кукурузу в миску, открыла микроволновую печь и установила таймер.

Я стояла и ждала ее, когда в поле моего зрения попали бумаги, которые она читала. Я вытянула шею, чтобы лучше видеть. Я увидела название «Здоровье и уход в больнице Джефферсона», написанное сверху, прежде чем Розали почти выхватила ее и сложила.

— Кто в больнице Джефферсона? — спрашиваю я.

Она нахмурилась.

— Просто навещаю свою подругу. Не беспокойся об этом, — сказала она.

Но в ее голосе слышалась неуверенность… Как будто она что-то скрывала.

— Ты уверена?

Она кивнула.

— Уверена. Почему бы тебе не подняться наверх, а я принесу попкорн, когда он будет готов, — предложила она и, скрестив руки на груди, вернулась к микроволновке, ожидая окончания работы таймера.

Я повернулась и направилась наверх, не особо задумываясь над тем, что увидела.

Но теперь, оглядываясь назад, я поняла, что мне следовало бы глубже вникнуть в этот вопрос.

Мне следовало бы подробнее расспросить об этих бумагах.

Потому что этот единственный листок бумаги был началом массового разрушения, надвигающегося на мою жизнь. как цунами, в котором нет шансов выжить.

Я должна была предвидеть, что это бы произошло.

НАСТОЯЩЕЕ

Как только Аид уехал на работу, я сделала глубокий прерывистый вдох, наконец-то чувствуя себя менее взволнованной и не боясь того, что он мог неожиданно сделать. К счастью, он проснулся в хорошем настроении, и мы даже мирно позавтракали, что бывало довольно редко.

Прибравшись в комнате, я направилась в кабинет, чтобы почитать книгу.

Сидя в мягком кресле с книгой на коленях, я погрузилась в свои мысли. Иногда я задавалась вопросом, на что было бы похоже, если бы Аид действительно любил меня. Я знала, что не любила его не из-за того, что он сделал со мной, но я не могла не думать об этом. Что, если бы он сдержал свое обещание, когда попросил меня выйти за него замуж? Интересно, было бы все по-другому, если бы он был тем человеком, за которого я его принимала. Может быть, он не был бы таким жестоким и неотесанным. Была бы моя жизнь счастливее? Но это не так, потому что на самом деле бесполезно думать о возможностях. На самом деле он не любил меня, хотя и говорил, «я люблю тебя». И я никогда не могла понять, почему он так ко мне относился. Что я такого ему сделала, что он так сильно меня возненавидел?

Его ненависть ко мне настолько глубока, что я даже не могла заглянуть сквозь нее, чтобы понять причины этого.

Внезапный стук вернул меня к реальности, и я увидела Ромеро, стоящего в дверях с легкой улыбкой. Он в своем обычном сером костюме и начищенных ботинках. Его оливковая кожа выглядела более загорелой, а кристально-голубые глаза блестели с оттенком нежности. Как всегда, выглядывала его татуировка феникса, сделанная чернилами на левом запястье.

— Когда ты вернулся? — спросила я со слабой, но приятной улыбкой.

Он вошел, но когда подошел ко мне ближе, его улыбка исчезла. Его глаза сузились, и я инстинктивно подняла руку, чтобы прикоснуться к синяку под глазом. Он уже не в первый раз видел, как я выглядела подобным образом.

Гнев и чувство вины исходили от его тела, когда он сел в кресло напротив. Гнев из-за того, что его не было рядом, чтобы защитить, и чувство вины из-за того, что я знала, что он ничего не в состоянии с этим поделать.

Ромеро — правая рука Аида, а также назначенный мне телохранитель. Раньше его отец служил у мистера Ди'Амико телохранителем, но после его смерти Ромеро продолжил традицию, служа у Аида.

Он тяжело вздохнул, откидываясь на спинку плюшевого дивана, и посмотрел на меня с жалостью. Я опустила глаза, когда нервозность взяла верх над эмоциями.

— И как же он оправдался на этот раз?

— Ему не понравилось, какой я приготовила для него на ужин.

Он усмехнулся, качая головой.

— Конечно, он ненавидит еду. Только он мог использовать такой дурацкий предлог, чтобы избить тебя, — он прочистил горло и наклонился вперед, упираясь локтями по обе стороны от колен. — Я все еще говорю тебе…