Чтение онлайн

Одна мелодия плавно перетекла во вторую, и я растворилась. Градины пота скатывались по спине, пока барабанный ритм и настойчивая гитара заполняли мою голову. Я изредка приоткрывала глаза, замечала рядом с собой Аклис, ее друга и других посетителей, и каждый раз удивлялась их присутствию. Мои бедра двигались ревностно, словно стремились присвоить себе музыку. Я ревновала мелодию к другим танцующим и не позволяла телу переставать двигаться.

Когда темп барабанов замедлился, я заметила, что танцпол поредел. Теперь я гораздо лучше видела окружающее пространство и подумала, что клуб выглядит меньше, чем мне показалось изначально.

Затем я встретилась с ним глазами. Он стоял с бокалом в руках у барной стойки и раздевал меня глазами. Словно желая подыграть ему, я прислонилась к Аклис и начала соблазнительно тереться о нее бедрами. Она удивленно захихикала, но не отстранилась. Я представляла, что на ее месте был он. Снова повернувшись в его сторону, я не увидела его на прежнем месте. Он двигался через толпу ко мне. Пульс подскочил и возбужденно забарабанил в горле, но я осталась на месте. Алкоголь сделал свое дело.

Я не отвернулась, когда он коснулся моей щеки. Я не отошла, когда он провел указательным пальцем по моему бедру. Вдруг захотелось, чтобы джинсовая ткань на мне испарилась и открыла кожу ног его прикосновениям. Я не вздрогнула, когда он приобнял меня сзади и начал управлять моими движениями. Я не просто позволила ему касаться себя, а еще и прильнула ягодицами к нему, позабыла всякий стыд.

Незнакомец придвинулся еще немного, и его горячее дыхание обдало мой затылок. Между нашими телами уже не осталось места, а мне все равно хотелось быть ближе. Все внутри содрогалось от его присутствия, и ноги становились ватными, но я упорно продолжила танцевать.

Поднеси ко мне зажженную спичку, и я бы вспыхнула.

Он развернул меня к себе, чтобы я наконец могла видеть его лицо. Или, чтобы он видел мое. Темная одежда незнакомца не была ничем примечательна, но общий образ производил впечатление уверенного в себе молодого мужчины. Прямой нос, густые ресницы и словно высеченная из камня челюсть. Его властные касания будто были срежиссированы и идеально попадали под музыку.

Разомкнув губы, он завис надо мной, и я приоткрыла рот в ответ. Я затаила дыхание. Жажда окутала меня, рот пересох. Я встала на цыпочки и обхватила ладонью его шею, но он замер. Его янтарные глаза загорелись, в радужках плавало жидкое золото, поблескивающее даже в полутьме. Я резко отстранилась, вдох застрял у меня в горле.

Затем я моргнула, и он исчез.

Жар никуда не делся и все еще владел моим телом. Мысли спутались, и я завертелась в поисках его макушки в толпе. Незнакомец просто растворился.

Краем глаза я поймала шевеление где-то сверху. Он смотрел на меня с балкона, придерживая шторку комнаты для избранных. Несмотря на то, что находился он слишком высоко, я могла поклясться, что видела, как он злобно улыбался.

Стыд разлился по венам. Мне стало невыносимо душно. Пробубнив что-то в сторону Аклис, я выбежала из толпы. Обошла две комнаты, заполненные разгоряченными парочками, прежде чем нашла выход на улицу. Холодный ночной воздух обжег легкие, но голова прояснилась.

Я только что развратно танцевала с совершенно незнакомым парнем и почти его поцеловала.

Какой стыд.

Может, и к лучшему, что он сбежал прежде, чем что-либо произошло, подумала я. Может, хорошо, что я так и не узнала его имени. Завтра я уеду подальше от Винбрука, и мы бы все равно больше не встретились.

Мысли о грандиозности этой ночи отскакивали от стенок моего черепа, как мячики, пока я бродила вокруг клуба. Мне ужасно хотелось домой, но я не могла бросить Аклис одну в этом месте. Не после того, как совсем забыла про нее, танцуя с незнакомым парнем.

Чувство вины давило на мою грудь, словно булыжник, и я вернулась внутрь. Отыскать Аклис не составило труда — она снова сидела на коленях у своего друга возле барной стойки. Я облегченно выдохнула, но затем увидела, что они делали, и это заставило мою челюсть буквально отвиснуть.

— Что за… — ахнула я, наблюдая за тем, как друг Аклис слизывал с ее запястья вытекающие бусинки крови.

Моя подруга тоже склонилась над его запястьем. Ее глаза сияли блаженством, словно перед ней сидел сам Бог, а вовсе не третьекурсник медицинского университета, каким его она мне представила. Дрожь пробила меня.

Они обменивались кровью.

Я схватила Аклис за плечо, пытаясь вытащить подругу из жадных лап ее парня. Она не поддавалась. Тогда я схватила Аклис за волосы, и ее эйфория быстро сменилась гневом.

— Ай! Ты чего, сдурела? — завизжала она.

— Чем ты ее накачал? А? — разозлилась я на ее спутника, который сам все еще находился в другом измерении, судя по расширенным зрачкам.

Руки так и чесались схватить мерзавца за ворот, но он все же был на голову выше меня. Парень впервые посмотрел мне в глаза. В этом освещении его зрачки тоже будто сияли. Он озадаченно за мной наблюдал.

Я резко развернулась и потащила Аклис за собой. Она царапалась и шипела, словно кошка, чью морду оторвали от вкусной пирушки.

— А ну прекрати! Тебе ли, медику, не знать, как опасно пить чужую кровь! Чем ты только думала?

Затем Аклис расплакалась. Мое раздраженное сердце и стальная хватка немного расслабились, пока она хлюпала носом и бормотала что-то неразборчивое. И все же я не успокоилась, пока не умыла подругу ледяной водой и не усадила в оранжевую развалюху на колесах.

Мое тело гудело всю дорогу домой. Хотя у меня давно не было практики, и я прилично выпила, машину я вела на удивление аккуратно. Аклис успела заснуть, а у меня всю дорогу тряслись колени. Кое-как я ее разбудила и довела до входной двери общежития университета.

Я громко выругалась и снова села в машину. Эта ночь выжала из меня все соки.

Припарковав развалюху у своего дома, я поднялась к себе в комнату и упала на кровать в одежде. Мама вот-вот должна была вернуться со своей рабочей смены, но мне впервые в жизни было наплевать. Огни фонаря в окне становились все расплывчатее.

Аклис была права. Свой восемнадцатый день рождения я никогда не забуду.

Красная вывеска преследовала меня во сне. Куда бы я ни посмотрела в темноте моего сознания, она тут же появлялась. Я зажмурилась, чтобы не видеть, как красный неон отражался на поверхности озера, но вдруг глубокий мужской голос начал произносить четверостишия вслух. Слова звенели в ушах. Озеро сменилось на ночной лес. Каждый раз, когда я моргала, картинка вокруг меня менялась, но все те же стихи повторялись.

А еще там был он. В каждом новом месте он наблюдал за мной издалека, засунув руки в карманы. На нем были ботинки, утопающие то в грязи, то в песке. Незнакомец пронзительно смотрел, наморщив лоб.