Чтение онлайн

Ульрих, не дожидаясь согласия Кветки, направился вглубь корчмы, расчищая путь сквозь толпу.

– Кветка, ты и впрямь намереваешься отведать здесь рамсид?
– спросила Ренхильд, с осуждением глядя вслед Ульриху.

– Намереваюсь и непременно это сделаю, - ответила Кветка и последовала за Ульрихом.

Ренхильд ничего не оставалось, как идти за подругой, настороженно оглядываясь по сторонам.

Завидев Ульриха в сопровождении двух благородных девиц, хозяин мэтзеля тут же проводил их к столу в самом тихом углу, рассыпаясь в любезностях. Едва они сняли плащи и удобнее устроились на деревянных лавках, расторопная служанка в чистом переднике принесла и поставила перед Кветкой огромный зажаренный бараний бок с горкой овощей. Ренхильд с Ульрихом нетерпеливо поглядывали на Кветку, словно ждали, что она вот-вот набросится на мясо.

– Это и есть рамсид?
– обреченно глядя на них, спросила та.

– Он самый!
– весело ответил шпильман.

– Хельгот всю дорогу от Негжи до Гримнира твердил, что съест шесть рамсидов за один присест, как только доберется до Сванберга.

– Да, - рассмеялся Ульрих.
– Этот рамсид на один прикус благородному Хельготу, а для нас троих в самый раз. Ренхильд, поможем госпоже?

Не дожидаясь ответа Ренхильд, шпильман достал нож и принялся быстро и ловко разрезать мясо на куски. Оно и впрямь оказалось нежным и вкусным. Ренхильд, видя, как стараниями Кветки и Ульриха бытро исчезает рамсид, все же решила присоединиться к трапезе. Кветка признала, что это, пожалуй, самая вкусная баранина, что ей доводилось пробовать.

Не успели они покончить с трапезой, как в противоположном углу зазывно заиграли свирели, и протяжно заплакала волынка.

– Вирвель!

– Давай вирвель, хозяин!

Сидящие за дальними столами привстали, любопытно взирая в середину мэтзеля. Молодые мужчины и девушки спешили покинуть свои места за столами и выйти на середину.

Один из мужчин в расшитом серебряными бляхами кафтане и светлыми волосами, собранными шнурком на затылке подошел к столу Кветки и протянул руку Ренхильд, приглашая её за собой. Но не ожидавшая этого Ренхильд лишь высокомерно вздернула нос и отвернулась. Ульрих хмыкнул и протянул руку Кветке, низко поклонившись, и та, видя горделивую неприязнь подруги, встала и последовала вслед за шпильманом. Девушки встали в круг, спинами друг к другу, мужчины обступили их плотным кольцом. Кветка растерянно и вопрошающе глядела на шпильмана, стоявшего напротив.

– Что мне делать?
– прошептала Кветка.

– Повторять за остальными - это не сложно, - успокоил её Ульрих.

В тот же миг грянули свирели и барабаны. Девушки, чуть приподняв подолы платьев, принялись притоптывать звонкими каблуками сапог о дощатый пол. Кветка, отбросив волосы за плечи, старалась не отставать от других и не сбиться. Чем быстрее стучали барабаны, тем быстрее стучали каблуками девушки. В Кветке проснулся прежний задор. Едва зазвучали гусли, как мужчины подскочили к девушкам. Ульрих, как и остальные, обвив рукой руку Кветки, закружил её на месте. Остальные пары кружились рядом, держась друг за друга. Когда гусли сменил наигрыш дудок, Ульрих, не давая Кветке упасть, повел её вслед за другими по кругу. Краем глаза Кветка заметила, что пар осталось вполовину меньше: кто-то сбился, споткнулся или упал - таких под улюлюканье выпроваживали прочь. Заиграли волынки, и вновь Кветка кружится, едва успевая придерживать свободной рукой краешек подола, чтобы не запутаться в нем. Когда осталось лишь две пары, большая часть толпы поддерживала Ульриха одобрительными возгласами.

– Держись, Ульрих!

– Ставлю на Ульриха и его златовласку!

– Хозяин, пусть твои молодцы играют еще быстрее!

– Ульрих, не споткнись!

– Да что ты мелешь, Темный тебя побери! Когда Ульрих проигрывал вирвель?!

Кветка, раззадоренная пляской, решила, во что бы то ни стало, не упасть и не проиграть состязания. Громко рассмеявшись, она принялась плясать еще быстрее, порхая вокруг Ульриха. Рев раззадоренной толпы подсказал Кветке, что рыжеволосый парень в зеленом кафтане и его спутница споткнулись и упали на радость тем, кто желал победу шпильману и девушке. Кветка остановилась: она задыхалась от долгой пляски, но была довольна тем, что они оставили соперников ни с чем.

К Ульриху и Кветке под громкие возгласы одобрения вышел хозяин мэтзеля, торжественно неся две чарки.

– Сегодня победу в вирвеле празднует наш молодец Ульрих и ...
– хозяин вопросительно посмотрел на кёнигин.

– Кветка, - сразу же ответила она, немного смущаясь.

– Слава Ульриху и Кветке!
– возглас хозяина потонул в шуме - в знак одобрения все присутствующие застучали кулаками по выскобленным столам.

Шпильман и кёнигин приняли кубки с яблочным вином, к которым хозяин по традиции присовокупил кожаные мешочки с серебряными монетами. Кветка нерешительно взяла кошель под ободряющие возгласы, а Ульрих, придирчиво взвесив в ладони свой мешочек, громко провозгласил:

– Всем лучшего пива от меня за мое здоровье и здоровье госпожи Кветки!

Серебро Ульриха тут же перекочевало обратно в руки хозяина мэтзеля, а стены содрогнулись от ликования посетителей. Кветка рассмеялась, веселясь от души. Её волосы намокли от духоты и быстрой пляски так, что пряди прилипли к нежным щекам и шее.

В трапезной поднялась суматоха и толчея: многие поспешили к хозяину, чтобы первыми наполнить кубки и осушить их во здравие шпильмана и его спутницы.

– Ох, Ульрих, да ты, я смотрю, ветрами подшит: когда успеваешь песни петь да пригожих девиц охмурять?
– подмигнул шпильману хозяин.

Кветка вспыхнула от стыда, поняв, что хозяин кивает в её сторону. Не успела она ответить на эту дерзость, как Ульрих вдруг взял её под локоть и увлек за собой в сторону. Распахнув первую же дверь, он втолкнул Кветку в затхлую темноту погреба.

– Ульрих?!

– Госпожа, там Дагвор! Нам лучше не попадаться ему на глаза.

В полутьме лицо Ульриха было серьезным и напряженным. Подумав, что шпильман разыгрывает её, Кветкаа чуть приоткрыла дверь, за которой они прятались: у входа в мэтзель стоял Дагвор в черном кафтане и кожаной безрукавке, с мечом и кинжалом на поясе. Он внимательно вглядывался в лица присутствующих. Его напряженная зловещая фигура в черных одеяниях никак не вязалась с пестрой толпой жителей Сванберга.

– Он не видел нас, - поспешил успокоить её Ульрих.
– Я первым увидел его, нас скрыла толпа.

– Почему я должна прятаться от него?
– уязвлено спросила Кветка.
– Разве не ты говорил, что кёнигин вольна быть там, где пожелает?

– Только не в том случае, если кёниг желает избавиться от своей пригожей молодой супруги всеми силами, - не моргнув глазом, ответил шпильман.

– В чем же мой проступок?

– По законам - ни в чем. Но кёнигин, от которой желает избавиться кёниг, пляшущая со шпильманом, которого правитель ненавидит всей душой, дает ему возможность с поддержкой Йохна обвинить супругу в нечестии, право оставить её, и даже, если присовокупить к этому подозрение кёнигин в её приверженности к прежней вере, казнить.

– Ты и раньше это знал?
– похолодев, спросила она.

– Я слишком долго знаю Гермара и его верного цепного пса, а также святошу Йохна, который ради процветания династии Игмара готов прикрывать своей рясой любые преступления отпрысков этого рода. Увидев рыскающего Дагвора, я лишь предположил, что задумали Гермар и Хьёрдис.

Кветка только сейчас осознала, какая опасность нависла над ней. Теперь каждый её поступок и слово будут истолковываться против неё. Попадись она Дагвору на глаза во время пляски, Гермар и Йохн были бы только рады возможности использовать это против неё.