Клыки и вечность
Шрифт:
— Пожалуйста, — снова кричит она и прижимается ко мне, ее влагалище у меня во рту.
Она отчаянно жаждет моего укуса, ее тело желает, чтобы я попробовал ее на вкус. Наша связь уже крепчает, и я чувствую, как она тянет меня, требуя, чтобы я укусил ее.
Я прижимаюсь к кровати, мой член пульсирует, и больше всего на свете я хочу погрузиться глубоко в нее, вонзив свои клыки в ее горло.
— Винни! Сделай это! — От ее голоса мои клыки выпячиваются наружу. И прежде, чем успеваю даже подумать о том, чтобы бороться с этим, я делаю то, что она говорит.
Когда прикусываю ее клитор своими клыками, она ахает, затем протяжно и низко стонет, когда ее киска сжимается вокруг моих пальцев. Я лакаю ее кровь, посасывая ее клитор. Мои глаза закатываются, и член вздрагивает, кончая в штаны, когда я полностью пробую ее на вкус. Вся киска у меня во рту. Кровь и возбуждение смешиваются, как медовое вино.
Я не могу перестать пробовать ее на вкус, облизывать и посасывать, пока она не кончает снова, а потом еще раз; ее тело вздымается и опадает, как море в шторм. Наша связь становится еще крепче, ее удовольствие становится моим собственным, пока я пирую.
— Я больше не могу этого выносить. — Она пытается сомкнуть ноги после своего четвертого оргазма. Я ей не позволяю.
— Еще один. — Я погружаю свой язык внутрь нее и провожу пальцами по ее тугой попке.
— Винсент! — визжит она.
Когда засовываю палец ей в попку, она сжимается, ее ноги дрожат. Еще один оргазм проносится сквозь нее, как огонь по сухому лесу. Она побеждена, ее усталое тело купается в удовольствии, когда посасываю ее клитор, все еще ощущая слабый вкус ее восхитительной крови.
— Пожалуйста. — Она кажется измученной, ее голос дрожит, когда Эверли слабо тянет меня за волосы. — Умоляю.
Я еще раз облизываю ее снизу доверху, затем поднимаюсь вверх по ее телу и делюсь с ней ее вкусом.
Она обвивает руками мою шею, но абсолютно безвольна.
— Устала, крошка? — шепчу ей в губы.
Она медленно моргает.
— Нужно поспать.
Я ложусь и притягиваю ее к себе.
— Отдохни. — Я приберусь позже. Прямо сейчас мне необходимо быть утешением для Эверли, ее убежищем, ее единственной любовью. Я могу быть таким для нее — сейчас и навсегда.
Глава 14
Эверли
— Ты принесла мне завтрак в постель. — Я поворачиваюсь в объятиях Винсента и давлю ему на грудь. Он падает на спину, чтобы я могла забраться на него сверху.
— Я приготовила тебе завтрак.
— Ты и есть завтрак.
Я наклоняюсь, чтобы прикусить его нижнюю губу. Его пальцы зарываются в мои волосы, когда он углубляет поцелуй. Я стону ему в рот, зная, что никогда больше не смогу заснуть без него рядом.
— Я тебе нужен? — Он прокладывает дорожку поцелуев вниз по моей челюсти, заставляя мое тело пылать.
— Ты всегда будешь мне нужен. — Я покачиваю бедрами, прежде чем начинаю скользить вниз по его телу. На ходу осыпаю его поцелуями. Мое сексуальное влечение зашкаливает, и не могу удержаться от того, чтобы исследовать его, от желания взять его всего в свой рот.
— Крошка. — Он рычит, когда я облизываю его сосок, а затем вонзаю в него зубы. Я не уверена, что со мной не так, но ничего не могу с собой поделать. Я хочу укусить его всего и оставить след на каждом миллиметре его кожи.
— Что? Я не могу исследовать свою пару? — Я хватаюсь за верхнюю часть его боксеров. Должно быть, в какой-то момент он выскользнул из постели и переоделся. Я была мертва для всего мира после того, что он сделал с моим телом. Я не просила его по-настоящему вонзать в меня свои клыки, но он почувствовал вкус.
Я не позволяю этому ранить мое самолюбие. Я все поняла. Его потребность защищать меня всегда будет на первом месте. Ничто и никогда не встанет на пути. Даже я. Но это не значит, что я должна прекратить пытаться заставить его ослабить этот контроль.
— Я в твоем распоряжении. Можешь испробовать меня до последней капли.
Хотела бы иметь такой же контроль, как у него. Прошлой ночью я так увлеклась его вкусом, что не могла отпустить его запястье. К счастью, у моего Винни достаточно самообладания для нас обоих.
— Я могу попытаться.
Я дергаю за боксеры, заставляя его член высвободиться. Он протягивает руку и хватается за спинку кровати. Она громко скрипит под его хваткой. Мышцы на его руках напрягаются, глаза чернеют, и он обнажает клыки. Черт, это так сексуально. Мне нравится, когда он ради меня превращается в настоящего вампира.
Я обхватываю рукой его член. Головка красная и морщинистая, нуждается в моем внимании. Капля спермы уже стекает с кончика. Я провожу по нему языком, впервые пробуя его на вкус. Солоноватая сладость заставляет меня жадно обхватывать его ртом, желая большего.
Желание большего с Винни, кажется, стало для меня новой нормой. Я никогда не могу насытиться какой-либо его частью. Его бедра дергаются вверх, заставляя его член глубже проскальзывать в мой рот.
— Крошка, — стонет он. Я чувствую его удовольствие. Так же, как и все остальные его эмоции.
Я надуваю щеки, посасывая сильнее, покачивая головой вверх-вниз. Зная, что он тоже может чувствовать мое удовольствие, я просовываю другую руку себе между ног, чтобы прикоснуться к себе.
— Ты вот-вот убьешь меня.
Я стону вокруг его члена, когда ввожу до самой глубины своего горла.
— К черту все. Кончай. — Если бы сама не собирался кончать, я бы посмеялась над ним за то, что он думает, будто я не проглочу его до последней капли.
— Крошка! — Он выкрикивает мое имя, когда начинает кончать. Его оргазм вызывает мой собственный. Я стону вокруг его члена, когда мы оба приходим к освобождению. Я высасываю каждую его частичку и не останавливаюсь, пока он не тянется ко мне и не притягивает к себе.
Он завладевает моими губами в сладком поцелуе.
— Доброе утро. — Я улыбаюсь ему в губы. Удовольствие все еще пульсирует во мне.
— Я люблю тебя, крошка. Помни об этом, когда я буду копать могилу для твоего друга. — Он крепко целует меня, прежде чем выскользнуть из постели. Я сажусь, сбитая с толку.
— Что?
— Йен здесь, — говорит он, натягивая свои боксеры обратно. — Оденься, прежде чем спустишься вниз. Я выцарапаю ему глаза, и тогда ты разозлишься на меня. — Я фыркаю от смеха.