Чтение онлайн

– От ворот. – Охотно объяснила Глаша. – Со стола администратора пропал пульт от ворот, теперь никто не может выбраться из этого дома.

– Что вы говорите? – Удивилась дама, но особого испуга в ее голосе не было. – Как это, должно быть, неприятно. Надеюсь, что скоро это удастся уладить.

– Несомненно.

– А вы давно здесь отдыхаете? – Спросила Жанна у Даниила.

– Не очень. – Ответил тот, тоже сел за стол. – А вы?

– Уже несколько дней. – Блондинка наморщила лоб, красиво качнула головой, отчего дорогие серьги с крупными белыми камнями ослепительно вспыхнули. – Два дня? Три? Я не помню, нужно будет спросить у Ларисы…. Она все знает. Она все про всех знает, наша милая Лариса!

Глаша и Даниил быстро переглянулись. Маша спросила у Жанны, которая снова погрузилась в меланхолическое молчание:

– У вас что-то случилось? Вы такая печальная!

Дама ответила не сразу, ее остановившийся взгляд некоторое время был прикован к танцующему пламени свечи, стоящей перед ней, потом она коротко вздохнула и проговорила:

– У вас есть дети? Или вы еще молоды для такого шага?

– Есть. – Просто ответила Марья. – Четверо. И все, представьте себе, мальчишки. Старший, младший, а между ними чудесные близнецы.

– Ох! – Жанна всплеснула руками, ее глаза на миг блеснули искренним умилением. – Это, наверное, замечательно!

– Да. – Улыбнулась Маша.

– У вас тоже много детей? – Повернулась к Глафире заметно оживившаяся дама.

– Не так много, как у моей подруги. – Ответила Глаша. – Двое, но забот хватает.

– Заботы…. – Как эхо откликнулась Жанна, поправила на груди пышную чернобурку. – Заботы. Они съедают силы, здоровье, молодость, отнимают всю душу и любовь. А потом….

– А что потом? – Спросила Марья, увидев, что блондинка снова погрузилась в свои печальные мысли.

– А в один прекрасный день вдруг приходится осознать, что ты больше не нужна своему ребенку. Ни ребенку, ни мужу – никому. Дети вырастают и стараются сбросить со своих плеч бремя родительской любви и заботы. Им хочется вырваться на волю, вдохнуть полной грудью соленый воздух путешествия в опасную страну, под названием Взрослая Жизнь. И что тогда остается нам? Смиренно ждать старости? Смотреть, как дети уходят, ждать от них подачек в виде редких звонков и писем?

– Почему же вы так мрачно смотрите на эту проблему? – Без каких-либо эмоций спросил Гирс. – Жизнь не сводится к одной только родительской любви и тотальному контролю над своими чадами! Меня, например, дочка уже не допускает в некоторые свои игры. А ей нет и трех лет! Что же будет дальше?

– Не сравнивайте, пожалуйста. – Надменно произнесла Жанна. – Мужчины вообще легче переживают эти моменты. У вас нет такой привязанности к детям, как у женщин, у вас бизнес, охота, работа, друзья, разговоры….

– Разумеется. – Согласился Даниил. – Уж я бы точно не стал сидеть несколько дней взаперти в гостиничном номере и лить слезы, только из-за того, что в семье наметились проблемы.

– Что вы понимаете! – Воскликнула Жанна. – Вы же ничего не знаете!

– Расскажите.

– Кому интересны чужие печали? – В руке блондинки появился небольшой носовой платочек, которым она стерла со щеки совершенно настоящую, не вымученную слезу.

– Когда приедет курьер – неизвестно. Нужно же о чем-то беседовать. – Даниил потянулся, удобно откинулся на спинку большого стула. – Почему бы и не о детях? Чем плоха тема?

Жанна поднялась со стула, нервно прошла по комнате, на несколько секунд задержалась у картины «За любовь», потом, уткнувшись в меховой воротник, с болью в голосе призналась:

– Мой сын больше не любит меня!

– О, Господи…. – Испуганно вскрикнула Марья, громко хлопнула себя ладошкой по коленке. – Что же вы такое говорите!?

– Да-да! – Со слезами в голосе продолжила блондинка. – Если отца он еще как-то воспринимает, то моя любовь его раздражает! Все мои попытки проявить материнскую заботу заканчиваются скандалом!

– И после очередного скандала вы собрались и уехали в «Черный дом»?

– Откуда вы знаете? – Повернулась к инспектору Жанна.

– Ниоткуда. Элементарная догадка.

– Вы правы. – Дама снова провела платком по щеке. – Я надеялась, что своим уходом накажу сына, заставлю его почувствовать себя виноватым….

– Ничего не получилось? – Спросила Маша.

– Нет. Не знаю. – Жанна медленно покачала головой. – Я ни разу не позвонила домой. Но самое страшное, самое кошмарное во всей этой истории то, что ни сын, ни муж, ни разу не позвонили мне.

– Охо-хо…. – Горестно вдохнула Марья. – Даже не верится, что такое может произойти на свете….

– Почему же не верится? – Сквозь меховой воротник пробормотала дама. – Вам бы позвонил муж в такой ситуации?

Маша задумалась, наморщила лоб, в мыслях добросовестно пытаясь смоделировать такую ситуацию, но потерпела полное фиаско:

– Ох, не знаю…. Мне кажется, если бы я и собралась куда-нибудь уехать, дальше собственного крыльца мне бы уйти не удалось. Меня бы не пустили. – Честно ответила она. Усмехнулась, потрясла в воздухе острым кулачком. – А уж потом я бы узнала, что такое настоящий, качественный «скандал»….

– Ваш муж такой тиран в доме? – Повернулась к Маше Жанна.

– Хозяин. – Поправила Марья.

– И вас это устраивает?

Вместо ответа Маша чему-то улыбнулась.

– Сколько лет вашему сыну? – Спросил Даниил.

– Весной будет двадцать. – Голос дамы опять дрогнул. – Дети так быстро растут….

– Как его имя?

– Артурчик. – Жанна вернулась к столу, села. – Я долго думала, перебирала в уме все последние годы жизни. Когда между нами наметилось отчуждение? Почему я не почувствовала этого? Когда я перестала быть ему нужна…?

– Дайте угадаю. – Проговорил Гирс. – У него появилась девушка?

Жанна на короткую долю секунды не справилась с лицом, его перекосила гримаса отвращения и ужаса, будто бы она увидела перед собой свернувшуюся змею. Однако дама быстро взяла себя в руки, процедила сквозь зубы:

– Да. Она у него появилась, или он у нее появился…. Эта профурсетка крутит им как хочет! А он просто потерял голову…. Он ничего не хочет слышать!

– Рождественские апельсины для прекрасной дамы и для всех, кто знает толк в ночных трапезах! – В дверях появилась хозяйка дома с тяжелым подносом в руках. Следом за ней шлепало тапками небольшого роста привидение с большим блюдом ароматных горячих апельсинов, залитых сахарным сиропом. – Прошу вас!

Лариса расставила угощение на столе, предложила всем кофе. Жанна сидела молча, уткнувшись щекой в богатый меховой воротник, ее печальный взгляд ничего не выражал. Логинова несколько раз мельком посмотрела на подавленную гостью, но не решилась с ней заговорить.