Чтение онлайн

— Кроме того, часть аванса пойдет на подготовку к операции, на закупку оборудования и снаряжения. С кем-то придется поделиться.

— Я согласен. Что требуется от меня?

— Снарядить в дальнюю дорогу ваш джип. — Марковцев указал на «Лэндкрузер». — Найдете способ избавиться от проверок на дорогах?

— Куда нужно доставить груз?

— В Москву.

— Думаю, да, — после непродолжительного молчания ответил Шамиль.

Сергей подошел ближе к машине и тронул сверкающий хромом кожух запаски.

— Вместо колеса положите фугас. Он такой же по форме и как раз уместится. По одному автомату и пистолету с базы спрячьте в самой машине. Так же привезете и другое оборудование, о котором я скажу позже.

— Хорошо, я все сделаю. Сейчас хочу получить ответ на главный вопрос. Вы знаете решение или беретесь за работу наобум?

— Да, знаю, — ответил Сергей.

— Не расскажете?

— На полях книги решение задачи не уместится. — Марк улыбнулся: высказывание Пьера ферма пришло в голову, а затем сорвалось с языка подсознательно. Вскоре кому-то придется решать задачу с тремя неизвестными. Вариантов предложат множество, но ответ будет знать только автор силовой теоремы, бывший подполковник спецназа. — Вы будете вникать в суть работы поэтапно, — пообещал Марк.

— Когда доставить груз в Москву?

— Договоримся так: вы даете мне номер телефона, а я сообщу вам время и место встречи. И еще. Вы очень дорожите Рушаном Казимировым?

И снова пауза, на сей раз долгая. Затем отрицательное покачивание головой.

Морское побережье в этом месте было загажено разлившимся из танкера мазутом, труп владельца морского клуба казался следователю Рашидову паршивой затычкой, которая и послужила разливу нефтепродукта.

Опустившись на корточки, над покойником колдовал судебный медик. Расстегнув рубашку, он щепкой счищал мазут с груди трупа и, похоже, обнаружил на нем нечто достойное внимания.

— Прежде чем утопить, в него стреляли, — сообщил медик.

Следователь кивнул. С одним вопросом он разобрался чуть раньше: почему труп с остатками веревки на ногах вдруг всплыл не ко времени? Причина оказалась скорее курьезной. Сам следователь однажды столкнулся с подобным фактом, ставя рыболовную сеть, верхний урез которой был из веревки, размокающей в воде. В тот раз он вылавливал свою браконьерскую снасть «кошкой». Выброшенного прибоем бедолагу связали именно такой, с виду прочной веревкой.

Это был четвертый или пятый «поплавок» за последние два года, двоих из них следственной бригаде Рашидова так и не удалось опознать.

— Сука! — неожиданно выругался следователь. — Не дай бог в него стреляли из подводного пистолета.

— Он же подводник, — попытался сострить «демонстрант» Амдалов, и в этот раз одетый с иголочки.

Рашидов, одетый небрежно, торопился. Ему предстояло отработать неплохие деньги, которые ему вручили от имени Шамиля Наурова. Взвесив все «за» и «против», следователь пришел к выводу, что напрягал свою голову напрасно. Он бы откликнулся на просьбу Наурова совершенно бесплатно. Ему здесь жить — долго или нет, вопрос не праздный. Он намного моложе Шамиля, но уважаемый дагестанец, не напрягаясь, запросто переживет Рашидова и начальника местной милиции, вместе взятых.

Жена Санникова еще не уехала, оформляла наследственное дело в нотариальной конторе и проживала в гостинице, обшарпанном двухэтажном клоповнике. Ей причитались сущие копейки, тем более вступит в права лишь через полгода.

Для допроса Рашидов выбрал самый маленький кабинет на первом этаже отдела внутренних дел, запахнул шторы на окнах и включил яркую настольную лампу, направив свет в угол комнаты.

— Сколько ты заплатила соседу за убийство своего мужа? — жестко спросил следователь, едва Ирина заняла место в хорошо освещенном месте.

— Ну, говори!

Санникова опешила. Она молчала, не зная, что ответить. А вопросы сыпались один за другим.

— Ты приехала вдень убийства, за минуту до смерти мужа. Не ожидала, что он будет еще живой? Не ожидала смерти соседа? Ты ударила его по голове? Или толкнула, а он ударился головой о батарею? Тебе нужна была квартира мужа? Надеялась на снос дома и новую квартиру? Только не говори, что не заводишь наследственное дело.

— Да я… — запротестовала было Санникова, но Усман перебил ее:

— Что ты? У тебя руки были в крови.

— Да ведь это я вызвала милицию!

— А куда тебе было деваться? Ты просчиталась, подруга. Слушай, — Рашидов хлопнул себя по лбу, — а может, ты вступилась за мужа? Пришла в тот момент, когда он был связан, а сосед бил его ножом? И ты толкнула соседа. Или вначале ударила? Это меняет дело — убийство, совершенное по неосторожности. Наказывается лишением свободы до трех лет.

— Никого я не толкала!

— Или сосед стал угрожать тебе, и только после этого ты ударила его? Всего пару лет — убийство при превышении пределов необходимой обороны. На какой статье остановимся? Заруби себе на носу, подруга, — предупредил Рашидов, погрозив пальцем, — у меня достаточно доказательств повесить на тебя одну из двух статей. Советую выбрать последнюю, или я откровенно приштопаю тебе убийство по неосторожности. Судить тебя будут здесь, в Дагестане, усекаешь? Если у тебя нет денег на адвоката, суд предоставит тебе хо-орошего защитника — бывшего государственного обвинителя.

Рашидов стремительно прошелся по кабинету и возобновил беседу, неотрывно глядя на перепуганную женщину.

— Считай за мной. Руки у тебя были в крови, ее и сейчас можно найти на твоем платье. Кроме тебя, соседа и твоего мужа, в квартире никого не было. Твой муж не мог защищаться, поскольку сидел на стуле связанный. Тем более не мог нанести удар соседу. Так кто же ударил его или просто толкнул?

— Я, что ли?!

— А кто, я?.. Ты растерялась, вызвала милицию. Когда прибыла следственная группа, ты выглядела так, словно смерть мужа тебя нисколько не тронула. И я нашел этому объяснение: тебя в тот момент, кагытся, волновала собственная судьба. А ведь могла рассказать обо всем сразу.

— Я никого не убивала! — Ирина заплакала. Она понимала, что ей могут «приштопать» любую статью и вместо защитника подсунут обвинителя. Дагестанского. Здесь все свои. Отмотают на полную катушку. В одном случае это три года, в другом — два.

Сейчас она почувствовала себя пленницей.

— Скажу честно, — продолжил Рашидов, — мне выгоднее передать дело в суд, нежели закрыть его по причине смерти подозреваемого. Не тебя, — улыбнулся он, видя округлившиеся глаза Ирины, — я говорю про соседа.

— У меня есть однокомнатная квартира в Волгограде. — Она жалобно посмотрела на следователя. — Я могу продать ее.

— Предлагаешь мне взятку?

Санникова кивнула:

— Да.

— Сделаем по-другому. Ты понимаешь, что из этого здания у тебя одна дорога — в суд?

— Да. — Она впервые столкнулась с правовой машиной и поняла, что с тормозами у нее не все в порядке. Клинит руль, наезжая на кого попало. А ее угораздило попасть на горный серпантин.

— Я хочу помочь тебе, — милиционер с трудом выдавил из себя незнакомое слово. — Я заново составлю протокол с некоторыми изменениями. С твоих слов, в телефонном разговоре твой муж помянул какого-то компаньона. Слушай внимательно. Когда ты подошла к дому, то увидела человека, выходящего из подъезда. Он тебя не видел, а вот ты его хорошо запомнила. С твоей помощью мы составим его портрет, фоторобот. Ты распишешься в протоколе и можешь быть свободна. Только учти, — предупредил Рашидов, — первый протокол я буду держать в ящике стола. Его легко заменить.