Чтение онлайн

Что проще: создать периодическую систему элементов или вы­яснить раз и навсегда отношения с любимым и близким чело­веком? Если задуматься, то даже количество факторов, которые мозгу надлежит исследовать в обоих случаях, окажется схожим — оно стремительно начнет приближаться к бесконечности. При логическом анализе того и другого невероятно трудно выделить главное. И совершенно неожиданно и в том и в другом случае по­могает... сновидение. Не логический анализ, а вынужденная пауза в напряженной, опять-таки в обоих случаях, энергии интереса.

Квантовый скачок, происходящий в естественном «трансе», помогает уловить главное в актуальной бесконечности. За точ­кой перехода с одной орбиты на другую стоит разумная бесконеч­ность. В XIX веке гениальный немецкий математик Георг Кантор пытался логическим путем обнаружить точку перехода в непре­рывной последовательности цифр на числовой прямой. Он хотел определить момент, во время которого самое большое матема­тическое число переходит в бесконечность. Это потребовало от него проследить, каким образом одно число становится другим.

Он смог доказать, что этот прорыв — превращение одного чис­ла в другое — происходит в бесконечности. Это означало, что бесконечность незримо присутствует в каждом числе. Он при­шел к выводу, что есть точка «алеф», находящаяся в каждой точке пространства и в каждом мгновении времени. В ней существуют одновременно прошлое, будущее, настоящее и все возможные события. Именно из «безумных» исследований Кантора «алеф» и переместился на лестницу в новелле Борхеса.

Если вы задумаетесь, то легко поймете, что для того, чтобы создать периодическую систему элементов или правильно почув­ствовать все причины конфликта с любимым человеком, нужно оказаться в точке «алеф».

Только не раздумывайте над этим слишком долго. Через не­которое время после того, как Кантор сформулировал свои вы­воды, он сошел с ума. В психиатрической больнице оказался и лауреат Нобелевской премии, гениальный математик XX века Джон Нэш, разработавший математический анализ теории игр, в основе которой лежит представление о бесконечном количестве теоретически возможных стратегий игры... Ну, а метафора жизни как варианта азартной игры давно уже стала общим местом.

Беседы мы с вами начали с легенды об Архимеде. Этой притче больше тысячи лет. За это время человечество придумало и за­было миллионы разнообразных историй и анекдотов о великих людях. Притча об архимедовой «эврике» не просто сохранилась, но и стала одной из самых известных. Если вдуматься, то главным в этой истории окажется... отдых. Не напряженный поиск реше­ния, а транс — ванна, в которую Архимед лег, чтобы отдохнуть.

Я никогда не занимался онкологией, но и мне довелось встре­титься с чудом исцеления. Вот почти дословно исповедь моего пациента.

«Это было через 3 месяца после того, как я узнал диагноз, а УЗИ показало отсутствие каких-либо изменений после курса хи­мии. И это был самый страшный вечер в моей жизни. Скомкав в руке абсолютно бессмысленное заключение после обследования, я понял со всей страшной отчетливостью, что умираю. Эта мысль как будто стеной отгораживает тебя от всего остального человече­ства: люди, шум города, проблемы семьи — все кажется мелким и ненужным, «белым шумом». Я вдруг перестал понимать, куда я иду и какая сила меня ведет. Уже потом я обозначил для себя тот вечер как вечер абсолютной покорности судьбе. Я отчетливо чув­ствовал, что внутри меня происходит какое-то движение, которое не было мною. Внутри меня... дул ветер. Я чувствовал шум ветра судьбы в себе, как в пустой коробке, выброшенной на свалку за ненадобностью. Я вошел в квартиру, счастливый только от того, что никого из близких нет дома. Упал на колени перед единствен­ной оставшейся от бабушки иконой (я никогда не был особенно религиозен) — в тот момент она была для меня единственным символом этого самого «ветра судьбы». Я не умею молиться и во­обще не знаю, о чем молятся люди. Поэтому я стоял перед иконой и думал: пусть все будет так, как ты решил. На словах это сказать легко, но до конца искренним я был только тогда. Потом я под­нялся и, продолжая чувствовать эту абсолютную покорность и ветер, рухнул в одежде на постель. Когда я лег, что-то последнее, что связывало меня с необходимостью жить, — потребность дви­гать руками и ногами, сокращать мышцы — куда-то улетучилось. Я лежал, и знакомая откуда-то фраза «на все воля твоя» стучала у меня в висках. Мне больше ничего не хотелось. Наверное, ког­да человека покидают все желания, его покидают и все мысли. Только тогда я узнал, что такое «ни о чем не думать». Ни о чем не думать — это значит ничего не хотеть. Когда пришло это чувство, ветер стих. И его сменило ощущение абсолютного покоя и гармо­нии. Все вокруг исчезло, осталось ощущение светлой и спокой­ной пустоты. Я понял, что это и есть смерть... Дальше? Дальше я ничего не помню, потому что уснул. А утром почувствовал себя настолько бодрым, что даже заехал на работу узнать, как дела. И целый месяц от страха не ходил в диспансер, а через месяц за­ставил себя и пошел. Они долго удивлялись: выяснилось, что нет никаких следов опухоли».

Вот такая история. Хотите верьте, хотите — нет.

Угроза смерти пробудила гениальность исцеления...

Ключевым в этой исповеди, на мой взгляд, является слово «по­корность» — «на все воля твоя». Покорность, а вовсе не активное сопротивление болезни спасла жизнь — вот что когда-то порази­ло меня.

Все родители, воспитывая своих детей, следуют за иррацио­нальным убеждением или, если хотите, главным мифом воспи­тания. Главное, что мы силимся передать своим детям, — это за­поведь о том, что для того, чтобы добиться успеха в этой жизни, нужно много работать и получить хорошее образование. В общем, «без труда не вытащишь и рыбку из пруда».

Однако чисто практический опыт, отнюдь не только сегодняш­них российских реалий, показывает: между количеством затра­ченных усилий и жизненным успехом или процветанием нет ни­какой связи. По крайней мере, нет связи прямой, то есть «Трудом праведным не наживешь палат каменных» или «Работа дураков любит».

Эти пословицы принято считать издевками. Существует обще­принятое мнение, что понимать их смысл необходимо «от про­тивного». Однако в них, быть может, скрывается гораздо более древний смысл. В сущности, тот же смысл, что и у притчи про ванну, которую принимал Архимед, — заключающийся в том, что кроме последовательных усилий, направленных на образование и деятельность, нужно что-то еще.

Что-то, что требует от человека «безделья» или «дурачества», то есть некой паузы в линейных и последовательных усилиях че­ловека. Сама пословица и является такой паузой, трансом, мигом погружения в себя, который требуется для того, чтобы понять ее смысл.

Такой же внутренней паузой является и шутка, которая так часто помогает принять решение после длительного периода серьезных и смертельно скучных «логических рассуждений». Гениальный Фрейд в книге «Остроумие и его отношение к бессознательному» с удивлением сделал вывод, что анекдот взаимодействует с чело­веческой душой по тем же самым механизмам, что и сновидение!

Анекдот, рассказанный «кстати» и встреченный искренним смехом, — это сновидение наяву. Ничего удивительного в этом нет. Наш анекдот — ближайший родственник (а в некоторых случаях просто вариант пересказа) религиозной притчи или коа-на — учебной истории суфиев. Постигая смысл подобной прит­чи, ученик мог почувствовать присутствие бесконечности в себе. Что далеко ходить — хорошо знакомые анекдоты про Ходжу На-среддина являются учебными историями целого ряда суфийских школ.

Но жизнь с точки зрения народной мудрости нельзя проводить только в паузе. В пословицах обязательно присутствует и работа. «Счастливый на карете — а умный пешком» или «Сегодня ты на коне, а завтра конь на тебе».

Народная мудрость называет счастьем или удачей что-то очень похожее на то, что мы с вами назвали прорывом или квантовым скачком.

Историк Саллюстий, первый исследователь жизни гениально­го Юлия Цезаря, оставил нам в качестве крылатой фразы одно из любимых высказываний легендарного правителя: «Человек сам кузнец своего счастья». Но, по словам Саллюстия, тот же... везу­чий Цезарь любил повторять: «Прихоть случая управляет миром».

Удачу, по мнению Цезаря, определяет и то и другое: умение мыслить линейно и последовательно и умение, которое гени­альный Аристотель — учитель и духовный наставник еще одного великого воина Александра Македонского — передал, говорят, своему ученику под названием «покорность судьбе» («фатуму»).

Эти фразы кажутся привычными, но, похоже, все эти века мы не задумываемся над их смыслом. Покорность судьбе у Аристоте­ля — это вовсе не образ жизни, а упражнение, состояние созна­ния, которому можно научить, а следовательно, и научиться. Это и есть состояние прорыва — квантового скачка на другую орбиту. То самое состояние, один из вариантов которого описан выше в исповеди моего пациента... а еще раньше, как я надеюсь, вы смог­ли его ощутить в наших упражнениях.

Что такое неудача? Это то самое, чему мы пытаемся научить своих детей, когда говорим, что главное в жизни — это работа и учеба: «Ты должен выбрать свой путь в соответствии с получен­ными знаниями, упорно трудиться и следовать своим принципам всю жизнь»...