Чтение онлайн

— Так скажешь, где этот чертов диск, или увеличим нагрузку? — прозвучал его издевательский голос, который сливался с шумом в ушах и звучал как скрежет гвоздя по металлу.

Он потянулся ко мне, взял с моих колен сумочку, вывернул её содержимое на стол, не обнаружив там искомого, поморщился, прощупал, наверняка ища диск под подкладкой, и отбросил её в сторону.

— Да не хочу я тебя пытать, — буркнул он, склонившись к моему лицу так близко, что я почувствовала запах алкоголя из его рта. — Ты не видела, как я на самом деле выгляжу, так что можешь просто отдать мне диск, и я уйду.

Мне снова захотелось сказать ему все, и я прикладывала все имеющиеся силы, не давая себе это сделать. Казалось, слова эти уже на моем языке, вот-вот готовы спорхнуть с него, но я держалась, а гул в ушах раздавался все громче.

Только бы выдержать…

Моя кожа словно обратилась в каменную и все время сжималась, создавалось впечатление, что она вот-вот начнет давить мои внутренности. Дышать с каждой секундой становилось все труднее, сердце билось все медленнее. От боли во всем теле по щеке скатилась слеза, но я старалась держаться.

— Да пойми ты, я не желаю ничего плохого, никому. Скорее даже наоборот — я хороший, — говорил он, поднявшись на ноги, обойдя меня и принявшись обыскивать мои карманы. — Я делаю это во благо каждого человека.

Хороший, во благо человечества — пронеслись мысли в моей голове, и по какой-то неведомой мне причине эти слова казались правдой. Я была готова без каких бы то ни было доказательств верить каждому слову этого человека, обыскивающего меня с головы до пят.

Он обшарил мою куртку, а потом его руки переместились в район груди, скользнули на живот. Но я не ощущала смущения и неудобств. Все это ради человечества, ради всех и каждого.

Все так и должно быть.

Его руки прикоснулись к моим ногам, по ткани джинсов начали спускаться вниз. Какая-то часть меня все еще пыталась противостоять той вере, которую он внушал мне, но его доводы с каждой секундой становились все более значимыми, и стена, возведенная мной в голове, казалось, вот-вот обратится в пыль.

Я попыталась переключить свои мысли на что-то другое, но все казалось ничтожно малозначимым в сравнении с этим человеком и его глобальными помыслами, желанием помочь всем и каждому. И я не должна мешать этим деяниям. Наоборот, нужно помочь во что бы то ни стало.

Меня словно охватил паралич. Своего дыхания я не чувствовала, сердцебиения тоже, будто превратилась в куклу, ведомую лишь одним желанием помочь ему.

— Так, похоже, у тебя его действительно нет, — усмехнулся он, обошел меня и снова сел в кресло. — Так что, скажешь, куда ты его дела? Запомни, это во благо каждого из нас. Ты можешь помочь всем.

Больше я не могла сопротивляться. Все рациональные мысли ушли, спрятались, исчезли. Нужно рассказать ему про диск.

Обязательно.

— Он в почтовом ящике Виталика, — сорвались слова с моих уст.

— Спасибо, — усмехнулся он. — Ты только что помогла всем и каждому на этой планете. Теперь встань и пройди сюда, — он указал рукой на запертую дверь, за которой днем умерла бабушка Виталика.

Я, словно движимая какой-то неведомой силой, поднялась на ноги. Все вокруг показалось таким красивым, эстетичным — старые пожелтевшие обои на стенах, заполненная окурками пепельница на столе, мебель еще советского образца, ночная темнота за окном. В ушах что-то гудело, пищало, щелкало, но это казалось самой прекрасной музыкой на свете.

Все так красиво.

Наверное, так и должен выглядеть рай.

Я сделала шаг, еще один, и каждый мне давался с такой легкостью, будто мое тело ничего не весило. Впервые в жизни мне было так легко идти.

Я открыла дверь и в маленькой освещенной комнатушке увидела Виталика. Он лежал на узкой кровати, его рот был раскрыт, а глаза сомкнуты. Он словно уснул и видел сны о чем-то хорошем, возвышенном, прекрасном, идеальном.

И даже он выглядел красивым.

Я наслаждалась. Хотелось прыгать, танцевать, радоваться. На миг я ощутила себя на прекрасной лесной поляне, украшенной соцветиями голубых и нежно-фиолетовых цветков.

— Держи, — послышался голос за спиной, и в мою руку лег холодный металл. Но даже это прикосновение доставляло неимоверное удовольствие.

Наручники. В моей руке были наручники.

Самые чудесные наручники в мире.

— Прикуй себя к батарее, — сказал самый приятный на свете голос, и мне незачем было сопротивляться.

Я подошла к окну, взглянула в прекрасную черноту московской ночи, надела наручник на запястье, второй же прицепила к газовой трубе. Мои пальцы сами делали все это, а мозг получал нескончаемое наслаждение.

— Теперь я заберу диск и уйду, — звучал мелодичный, словно песня ангела, голос. — Вы больше мне не нужны. Но запомни — все это было нужно ради тебя, ради Виталика, ради каждого взрослого и ребенка.

Да, только так.

Мне было хорошо. Приятно стоять, приятно дышать, наручник, сдавливая руку, доставлял небывалое удовольствие. И как я могла жить раньше, не видя, не зная этого всего?

Звук прекратился, послышались шаги.

В голове закружилось, перед глазами появились разноцветные мушки. Я почувствовала, что вспотела. С головы до пят. А неземная красота вокруг меня рассеивалась, таяла с каждой секундой.

Все вокруг потемнело, и я, прижавшись спиной к стене, опустилась на пол. Казалось, я падаю в бездонную пропасть, при этом кружась, словно детский волчок. Виски что-то сдавило, я почувствовала, как участилось мое дыхание.

Я открыла глаза. Перед взглядом была мутная пелена, рассеивающаяся с каждой секундой.

Виталик. Передо мной на кровати лежал Виталик.

Мертв?

Я ужаснулась, а по телу пробежал холодок.

Нет, грудь шевелится, дышит. Жив.

Что это со мной было? Зачем я рассказала ему про диск? Что я наделала? Какой наркотик дал мне тот человек и как он вообще умудрился мне его подсыпать? Кто он такой и почему он был так похож на Виталика?

Мой разум ставил все новые и новые вопросы, ответы на которые я не знала. Липкие, холодные щупальца страха с каждой секундой все больше сжимали меня. Послышался стук, треск, чьи-то голоса, слов которых я не могла разобрать.

— Кто здесь? — крикнула я и начала вслушиваться.

А спустя секунду дверь открылась, и на пороге появились двое. Кажется, мужчины, в лыжных масках. Один из них держал в руке пистолет, правда, такого пистолета я никогда в своей жизни не видела.

И они тащили того человека, так похожего на Виталика.