Чтение онлайн

На её слова существо, которое отныне имело своё собственное, хотя и не очень лестное, имя, ответило протяжным писком, похожим на свист.

– Не бранись, Тайгет! Не нравится тебе слово «обжора», тогда заменим его на: «тот, кто много ест». Но, знаешь, может, так даже лучше: будешь много есть, скорее вырастешь и скорее станешь на крыло. Тебя ведь ждёт небо, а с ним – и свобода!..

Теперь Ирис, заточённая в подвале, сильнее прежнего мечтала о том, как вырвется наконец на волю и первым делом помчится выручать из беды Тайгета, своего подопечного и единственного друга.

С громким лязгом отворился тяжёлый засов, и в келью, низко наклоняя голову, вошёл Хэйл. В этот раз заботливый истопник принёс девушке сушёного карасика.

Едва Ирис ответила на его приветствие и поблагодарила за лакомство, как снова зазвонили колокола. Густым басом загудел большой новый колокол, меньшие подхватили этот голос, захлёбываясь в перезвоне.

– По королю звонит колокол, - с глубокой печалью сказал Хэйл.

Ирис не поняла – какой король, где?

Хэйл склонился к её уху, разъяснил:

– Этим утром прибыл гонец: в Ареморе умер король Фредебод. Тревожная весть для Фризии! Мы с Фредебодом жили в мире, торговлю прибыльную вели в Ареморском королевстве... Хороший был правитель.

– Кто же будет править теперь? – с непонятной для самой себя тревогой спросила девушка.

– Рихемир, племянник Фредебода, - с видом обречённого ответил Хэйл. И вздохнув, прибавил: - Фризам добра от него не ждать: злой он человек и ума недалёкого – разрушит всё, что с усердием и любовью к миру создал Фредебод. Будет война – помяни моё слово, детка...

Глава 4

С наступлением нового дня на Дворцовой площади перед королевским дворцом, занимавшей большую часть цитадели, собрался народ. Разноликая толпа шумела, клокотала, словно буря, но вмиг притихла, когда на крепостной стене появилась облачённая в траурные одежды фигура канцлера Вескарда. Следом за канцлером появились ещё две мрачные тени – вдова короля и его племянник. Взоры собравшихся перед дворцом людей устремились вверх – туда, где рядом с изваяниями крылатых драконов стояли сильные мира сего. В воздухе повисла такая тишина, что было слышно завывание ветра. Ветер рвал одежды и полотнища знамён на башнях, играл длинными локонами королевы и бородой канцлера.

Вескард поднял руку и неожиданно громовым голосом произнёс:

– Плачь безутешно, народ Аремора, ибо горе твоё неизмеримо! Король Фредебод, государь и отец наш, покинул нас, перенеся свою бессмертную душу в небесный сонм духов-предков. Скорби, страна Аремор, печалься, народ!

Канцлер умолк так же внезапно, как и заговорил, свесил голову на грудь и прижал к груди скрещённые руки. В тот же миг рыдания и стенания, вырвавшиеся из тысячи глоток, сотрясли воздух. Известие о кончине короля Фредебода перекатилось с одного конца площади в другой, выплеснулось за высокие зубчатые стены цитадели, покатилось по всей стране. Люди, собравшиеся перед дворцом, искренне оплакивали правителя-миротворца и будто в предчувствии грядущих бед молили небеса о заступничестве и милосердии.

Королева Розмунда, не выдержав, поспешно отвела взгляд от скорбящей толпы – это зрелище вызвало у неё заметное раздражение. В отличие от неё, Рихемир, стоявший на площадке, окружённой стеной с бойницами, откуда при осаде цитадели стреляли из лука, смотрел на собравшийся внизу народ с ликованием.

Наконец свершилось то, о чём он мечтал с детских лет – отныне трон Аремора принадлежит ему. Сейчас канцлер объявит народу последнюю волю почившего короля, и он, Рихемир, внук славного Сиагрия, начнёт своё безраздельное правление. Народ Аремора примет его власть и забудет Фредебода. И забудет легко, потому что за своё почти двадцатилетнее правление Фредебод не сумел прославить своё имя новыми завоеваниями. Он не был достойным преемником ни своего прадеда Клодина, который, объединив враждующие племена, основал Ареморское королевство, ни своего отца, знаменитого Сиагрия, расширившего границы королевства до берегов Холодного моря. Продолжить великие дела славных предков мог теперь только он, Рихемир, герцог Вальдонский.

Рихемир мысленно рисовал картины своего будущего: пиры, потехи, успешные военные походы, с которыми к нему придут и слава, и величие, и богатство. Предвкушение всех этих знаменательных изменений в его жизни настолько опьянило его, что он забыл, где и для чего находится. Самодовольная улыбка озарила его лицо, но голос вновь заговорившего канцлера Вескарда заставил герцога тут же надеть маску скорби и печали.

– Согласно последней воле почившего государя Фредебода, корона, скипетр и трон Ареморского королевства переходят к Рихемиру, доменанту Вальдонского герцогства и единокровному внуку великого Сиагрия, - прозвучали слова из уст Вескарда, и новоявленный правитель почувствовал, как бешено забилось сердце в груди, а тело окутала тёплая сладостная нега.

– Отныне имя правителя Аремора и подвластных ему земель – король Рихемир!

После этих торжественных слов ожидалось, что эхо приветствия новому королю трижды прокатится по дворцовой площади, а собравшийся там люд начнёт в ликовании подбрасывать в воздух головные уборы. Однако, вопреки ожиданиям Рихемира и к его глубокому неудовольствию, ответом на заявление канцлера была гробовая тишина. Снова стало слышно, как свистит в бойницах цитадели и воет в трубах дворца сердитый ветер, как полощатся знамёна на древках и полы чёрных мантий – Вескарда и самого Рихемира. Герцог Вальдоны невольно уступил своё ликующее настроение Розмунде: теперь уже королева взирала на народ с одобрением, а линии её яркого рта изогнулись в торжествующей злорадной усмешке.

Рихемира, герцога Вальдонского, народ Аремора, мягко говоря, недолюбливал. Ходили слухи, что он повинен в смерти своей мачехи – милейшего создания с добрым сердцем. Трагедия молодой женщины была в том, что отец Рихемира уделял ей слишком много времени, ожидая рождения их ребёнка, а своему старшему отпрыску оставлял лишь крохи внимания. За украденную у него любовь отца Рихемир отомстил жестоко: наёмный убийца подкараулил женщину в замковом саду и нанёс ей в живот более десяти ножевых ударов. Герцог Вилембод, младший брат короля, так и не смог оправиться после потери своей возлюбленной и столь желанного своего ребёнка. Он неожиданно умер: одни говорили – от скорби, другие утверждали, что от горячки и удушья. Потом оказалось, что юная жена Рихемира вступила в преступную связь с одним из слуг, состоявших при герцогской конюшне, и её удушили в раскалённой бане. Пришла очередь и сестры Рихемира, которая неосторожно намекнула на его причастность к смерти отца в присутствии самого короля. Труп на трупе, жертва за жертвой. Вот и короля Фредебода внезапно свалила неведомая болезнь как раз тогда, когда он собирался выяснить истинную причину смерти своего младшего брата.

Люди, собравшиеся на Дворцовой площади, чтобы выслушать последнюю волю короля, задавались тревожным вопросом: что если герцог Рихемир собственноручно уложил Фредебода на смертный одр, чтобы завладеть престолом?

Рихемир был оскорблён неуважением, которое выказал ему народ, но понимал, что гнев сейчас не лучший советчик. «Насильно мил не будешь, что ж... Но есть королевское волеизъявление: кто ему не подчинится, того назвать мятежником и на плаху! – убеждал себя Рихемир. – Не сразу - у меня ещё будет удобный момент показать черни,ктостал во главе государства, и рассчитаться за неповиновение. А пока наберусь терпения, подожду, не порадую своих недругов и тех, кто на трон Аремора хочет посадить эту змею Розмунду». Он хотел обратиться к людям на площади с заранее приготовленной речью, но увидел на их лицах такую досаду, такие настороженность и отчуждённость, что слова замерли на его губах; в сердце снова поднималась неукротимая бешеная злоба.

Рихемир подал знак, чтобы лучники окружили его, и, круто повернувшись, направился во дворец. Людская толпа постепенно расходилась, таяла, расползалась в ранних сумерках серыми тенями.

Зная о враждебных намерениях сторонников королевы, Рихемир не стал тянуть с церемонией коронации. Наспех совершив погребальный обряд и навечно упрятав бренные останки короля Фредебода в родовой усыпальнице, он велел вассалам, которые прибыли из своих феодов попрощаться с умирающим королём, собраться в Парадном зале.