Чтение онлайн

Ладонь госпожи Се во второй раз соприкоснулась со столешницей. Тун показалось, что тушечница подпрыгнула, расплескивая чернила на лежащую рядом бумагу. Но удостовериться в этом ей не удалось — непризнанная хозяйка Красной резиденции вскочила на ноги и, оббежав стол, схватила дочь за подбородок, заставив посмотреть себе в глаза.

Приглушенный свет выхватил из полутьмы серебряный шоулянь, напоминавший Тун свернувшуюся кольцами змею — толстая цепь охватывала левое запястье госпожи Се, обезображенное старым шрамом, и стекала по кисти четырьмя тоненькими нитями, соединёнными с массивными кольцами.

[шоулянь — цепочка на запястье; цепной браслет, соединенный с кольцами на пальцах]

— Ты очень… очень разочаровала меня, Шучэн. Завтра же отправишься в клан Снежной горы вместе с дядей! Я не позволю тебе… больше вредить…

Грубо оттолкнув дочь, госпожа Се проследовала к выходу, нервно шурша юбками из нежно-голубого шёлка. Им вкрадчиво вторил шоулянь на запястье — цепочки тихо позвякивали в такт поспешных шагов.

Сбежала!

Тун дождалась, пока рассеялся приторный аромат духов госпожи Се и бросилась к сидящей на полу Шучэн. Заглянув той в лицо, она испугалась. Раскосые глаза младшей госпожи отражали полнейшее спокойствие, а на губах играла неуместная сейчас улыбка.

— Младшая госпожа, вставай! Нельзя сидеть. Пол здесь холодный… — Тун охватила Шучэн за талию и, что есть силы, дёрнула вверх.

Ничего не вышло!

— Не спеши, А-Тун… Ноги плохо слушаются.

Тун приподняла край платья и оттянула левую штанину — на ноге младшей госпожи красовался свежий след от бамбуковой палки.

— Зачем ты спорила, младшая госпожа? — она вынула из-за пояса бутылочку с мазью от ушибов, предусмотрительно прихваченную в дорогу, и принялась втирать в пострадавшую ногу.

— Неужели, с собой всю аптеку носишь? — попыталась пошутить Шучэн. — Ай… Ты смерти моей хочешь? Больно!

— Тьфу, тьфу… Младшая госпожа, больше не говори так! Не проклинай себя смертью!

— Испугалась? — лёгкая улыбка пробежала по бледным губам Шучэн и тут же погасла — отведать бамбуковых палок, пусть и пять раз, это тебе не баоцзы надкусить.

[баоцзы — небольшая паровая булочка]

— Да, младшая госпожа, испугалась, — Тун было совсем не смешно.

Непонятно, чему радовалась её юная хозяйка? Каждый раз, оказываясь в клане Снежной горы, той приходилось страдать! Лекарственные отвары, которые готовил глава Се, тело племянницы принимало с трудом.

— Хорошо… Теперь можно покинуть душные стены Красной резиденции, — вдруг произнесла Шучэн и, тяжело навалившись на плечо Тун, поднялась на ноги. — Горы прекрасное место. Не грусти, А-Тун! Поездка пойдёт мне на пользу.

Она сказала, на пользу? Разве можно назвать постоянную тошноту и слабость, одолевающую юную госпожу в клане Снежной горы, благом! Тун горестно покачала головой, не зная, чем возразить, и старательно поправила на хозяйке меховую накидку. Нужно немедленно уложить младшую госпожу в постель и обложить грелками. Руки у той на ощупь совершенно ледяные.

***

В двухстах ли на юг от Дицю тоже моросил надоедливый дождь, постепенно уводя серый вечер в беззвёздную сырую ночь. Маленькая долина, с трёх сторон окружённая водой казалась мирно дремлющей. Но это было обманом. Долина бодрствовала в любое время суток все четыре сезона подряд.

Ли Пэйши, сын главы Павильона Кушуй, больше известного в народе, как Павильон Горьких вод, на мгновение остановился, всматриваясь в недовольно шумящую на севере реку Пушуй — где-то там, невидимый глазу старый мост поскрипывал под натиском воды, готовый изо дня на день рухнуть. Если это случится, дорога, ведущая из Лаоцю — небольшого городка близ озера Синбо, в северную столицу Дицю окончательно закроется. И людям придётся добираться в обход, через вольные земли племён мяо.

Ли Пэйши хотел бы взглянуть на тех безумцев, которые рискнут сделать это, нарушив договорённость Ся с юго-восточными кочевниками. Преимущество диким племенам мяо принесло позорное пленение хоу Вэня. Двенадцать лет назад столичная армия, подчинённая командующему Вэнь, оказалась в окружении, а сам хоу был похищен лазутчиками из собственного шатра. Ещё через месяц за него внесли щедрый выкуп, опустошив казну главной столицы, а династия Ся была вынуждена подписать мирное соглашение, отказавшись от всех притязаний на юго-восточную долину.

В народе тогда ходили слухи, что родной брат третьего вана Ся не просто так оказался в северном Дицю. Выступив против семьи Вэнь, он рассердил правителя, а поскольку столичная знать разделилась на два враждующих лагеря, было принято весьма мудрое решение — из Янчэна выпроводили обоих предводителей. Хоу Вэнь отправился на крайний север в Сихэ. Уделом же Ся Чжункана стал крупный город Дицю на северо-востоке — брат вана получил титул гуна и приказ защищать границы.

От кого их здесь защищать Ли Пэйши не представлял. Дицю соседствовал с непроходимыми горными хребтами Фуню, а с юго-востока город прикрывала полноводная река Пушуй.

Что касалось Сихэ, то туда вела вполне благоустроенная каменная дорога, но бывшие политические соперники больше не рисковали испытывать терпение вана Ся. Как говорится, не всякий ровный путь следует выбирать мудрому человеку. Поэтому обе семьи затаились на долгих десять лет, словно тигры в логовах, присматриваясь друг к другу с уважительного расстояния.

— Ну и чего ты замер здесь каменным истуканом? — Ли Пэйши вздрогнул от неожиданности и оглянулся.

К нему незаметно приблизилась мать — низенькая, чуть полноватая женщина, по традиции своего дома носящая множество косиц с разноцветными шнурами. Одежды на ней выглядели такими же пёстрыми: ярко-красная юбка длиной до щиколоток и тёмно-зеленая шерстяная рубашка с узкими рукавами, расшитая по вороту золотистыми нитями. За эту неизменную любовь к сочным цветам Янь Сицзяо часто называли Фэнчу — Маленький феникс.

— Сяо Ли! — не дождавшись ответа, госпожа Фэнчу тронула его за рукав. — Это плохая затея — отмалчиваться. Разве не знаешь, сколько не откладывай рассвет, он всё равно наступит? Иди же скорее к отцу, пока он окончательно не рассердился!

[сяо — дословно «младший», то есть «младший Ли»]

— Прошу прощения у матушки… — Ли Пэйши вежливо поклонился. — Но…

— Да что ты мямлишь там? — терпение у госпожи Фэнчу закончилось и она, не обращая внимания на недовольство Пэйши, взяла его за руку, словно маленького ребёнка, чтобы повести к неприглядному строению на воде.

Оно напоминало подкову — закрытые террасы, опирающиеся на позеленевшие от времени сваи, примыкали к одноэтажному дому посередине, мягко освещенному бледно-зелёными фонарями. И его Пэйши боялся с самого детства! Здесь любил уединяться отец, немногословный глава Павильона Кушуй — Ли Чжэньшань. Или, как звали его члены родного клана и все демоны, повелитель Ли.

Мать подтолкнула сына в спину, заставив переступить высокий порог отцовского кабинета. Пэйши неуклюже споткнулся и, взмахнув руками, чтобы удержать равновесие, замер посередине комнаты. За спиной раздался возмущённый материнский вздох, заставивший его густо покраснеть, словно юная девица.