Чтение онлайн

–Слушай мою команду,–вновь повысил голос Мицкевич.–Сабли на темляк!

Все. Коль скоро звучит команда, то шутки в сторону. Рука привычно нырнула в кожаную петлю и с шелестом потянула саблю из ножен.

–Пику в петлю!

Переместил пику так чтобы можно было быстро изготовить ее к бою. При этом сабля болтается на темляке захлестнувшим запястье.

–Курки пистолей взвести!

Левая рука тянется к пистолетам в седельных кобурах и по строю разносится короткая многоголосица сухих щелчков. Оно конечно вполне возможны и непроизвольные выстрелы. Но кобуры закреплены так, что это может лишь испугать не причинив никакого вреда. Зато в конной сшибке не нужно будет терять время на изготовку оружия к бою.

–Мушкет к бою изготовить!

Снова шорох извлекаемых из чехлов мушкетов и щелчки взводимых курков. И тишина. Только редкое позвякивание упряжи, да громкое дыхание подрагивающих лошадей, чувствующих, что все то не с проста и сейчас им предстоит напряжение всех остатков их сил.

Практически все команды для войска Речи Посполитой звучат непривычно. Но дружина Острожского вообще не походит ни на что привычное и понятное любому шляхтичу.

Мицкевич занял место в центре строя, сабля так же на темляке, в руках мушкет, только пики нет. Здесь и сейчас, важен каждый боец. И лидер, готовы идти в бой в одном с ними строю.

–Владак, Карпусь, чтобы ни случилось, после сшибки держимся вместе,–переглянувшись с друзьями, решительно произнес Андрейка.

Те только утвердительно кивнули, при этом нервно сглотнув. Хм. А ведь пожалуй и его отпускает эйфория, да начинает колотить мелкая дрожь. И не мудрено, потому что из-за поворота появляется голова хоругви идущей на рысях в походном строю. Пик не видно. И это вселяет некоторую уверенность и бодрость.

Хм. Только они как-то быстро сошли на нет, Все же там, ветераны, они же по сути всего лишь желторотые птенцы. От горла вниз живота и обратно пробежал холодок, пронеся дрожь по всему телу. Противно засосало под ложечкой. Скоро. Очень скоро он узнает из чего он сделан на самом деле.

Как видно у гвардейского ротмистра никаких иллюзий по поводу преградивших ему путь нет. Потому что хоругвь тут же начинает разворачиваться в боевые порядки. И делает это достаточно неспешно, скучившись в беспорядочную мешанину. Расстояние шагов двести.

–Отря-ад, целься!

Андрейка следом за ротмистром вскидывает мушкет и целится в плотную массу всадников. Вычленить кого-то одного не получается. Да и бесполезно на таком-то расстоянии выцеливать кого-то конкретного. Хорошо как удастся попасть в строй.

–Залпом, пали!

В полном безветрии строй дружинников тут же заволокло дымом. Вдали слышатся брань, полные боли крики и ржание лошадей. Андрейка понятия не имеет попал ли он в кого или безбожно промазал. Но подчиняясь прозвучавшему приказу, начинает поспешно заряжать мушкет, все время борясь с мешающими саблей и пикой.

Дым рассеялся довольно быстро, а потому перед взором вновь предстали королевские гвардейцы. Вот только теперь они е крутятся на одном месте, а несутся навстречу к замершему строю дружинников. Перестроение заканчивают уже на скаку, окутанные летящей из под копыт снежной взвесью.

Вот только разогнаться у всадников не получается. Скачущие по дороге вынуждены сдерживаться. Так как лошади находящихся с боков, вязнут в глубоком снегу как в болоте. И благодаря этому дружинники успевают дать второй залп. И на этот раз, Андрейка уже видит как спотыкаются лошади и вылетают из седел всадники. Дым еще не рассеялся, как…

–Пики к бою! В атаку, рысью!

Ощетинившиеся частоколом легких и длинных пик шеренга дружинников пришла в движение. Какими бы ни были неблагоприятными условия атаки, но отряд действует настолько синхронно, насколько это вообще возможно. И вот эта слаженность вселяет в молодые сердца дополнительную уверенность, чувство товарищеского локтя и ощущения единого организма.

Расстояние всего ничего. Но гвардейцы короля уже затянули возникшую было в их рядах брешь и идут в атаку колено к колену. Строй все ближе и ближе. Но в какой-то момент Андрейка уже никого не видит. Взгляд сам собой сосредоточился на скачущем ему навстречу шляхтиче. Обвислые усы, разинутый в крике рот, свирепый взгляд и выставленная в вытянутой руке на манер пики сабля. Никаких сомнений, это бывалый рубака.

Страх? А нет его. Вот как не бывало. Как, когда и куда он подевался, Андрейка понятия не имел. Один только боевой азарт и задор. Да ему сейчас сам черт не брат! И в голове только одна мысль, как опрокинуть именно вот этого ветерана. Бог весть с чего, но он вдруг стал воспринимать все происходящее как игру, где нужно во что бы то ни стало опрокинуть своего противника в снег.

Уже перед самой сшибкой подчиняясь какому-то наитию, крича что-то нечленораздельное, злое и возбужденное, Андрейка выбросил вперед руку с легкой пикой. Да еще и подался вперед всем телом, привстав в стременах. Случилось это на мгновение раньше положенного. Но благодаря его длинной руке и высокому росту, все сработало как надо. Он еще успел различить недоумение во взгляде не успевшего отбить пику шляхтича. А в следующее мгновение того уже опрокинуло в снег с торчащим из груди обломком древка.

А еще боковое зрение выхватило то, что Карпусю не повезло. Его противник сумел-таки отклонить удар пики и единым движением срубить друга. Вот только воспринялось это как-то отстраненно. Мелькнуло было в голове, что не повезло дружку и пропало.

Сверкающий клинок несется ему навстречу. Едва избавившись от обломка древка, Андрейка буквально рухнул на холку коня, пропуская над головой стальную молнию. Правая рука повисает плетью и рукоять сабли сама вкладывается в раскрытую ладонь.

Мгновение и он распрямляется пружиной. Прежний враг уже позади, но это не имеет значения. Уж кого-кого, а врагов тут хватает. Рука сама собой описывает дугу и изогнутый клинок опускается в основание шеи следующего противника. Никаких мыслей. Тело просто отрабатывает упражнение рубки лозы. В лицо летят алые капли крови, но он словно ничего не замечает.

Внимание выхватывает только то, что по настоящему важно. Тот противник уже в прошлом, а вот этот уже готов полоснуть Владака со спины. Друг сейчас остервенело рубится с каким-то шляхтичем поминающим матерь божью и всех святых. Вот только дотянуться до этого щенка у него никак не выходит. А вот у другого очень даже может получиться.

С саблей никак не поспеть. Но пока эта лихорадочная мысль бьется в голове, рука сама тянет из кобуры пистоль. Курок уже взведен. Выстрел! Есть! Шляхтич рухнул на холку коня как подрубленный. Владак так ничего и не заметил, продолжая рубиться с ветераном, кружась с ним на одном месте.

Мелькнула было мысль помочь товарищу, но в этот момент на Андрейку насел другой противник. Парень едва успел отбить рубящий удар в голову. От следующего пришлось уклоняться. И тут вдруг отчетливая мысль, что это конец. Не выстоять ему против такого опытного бойца.

Спасла его ошалевшая лошадь, пробежавшая между дерущимися и на мгновение разделив их. Вот только как ни краток был этот миг, Андрейке его хватило. Рука потянула из кобуры второй пистоль. Вскинула на уровень груди. Промахнуться невозможно. Стрелял он в упор. Пламя сгоревшего пороха даже опалило кафтан.