Чтение онлайн

Однако и она бесполезна, если внутренние свойства ее не станут внешними, а внешние не будут собраны во внутренний центр. Ибо только дух животворит; тело же, если содрать с него кожу, погибнет. Смерть произошла, но свеча не погасла. Уразумев это, ты обретешь соль Философов и воистину несгораемое масло, о котором до меня написано было множество книг.

Ты остаешься лицом к лицу с солнцем мудрецов или философской серой, заключенной в недрах земли-питательницы, проявляющейся как тонкий красный пепел, именуемый Мастерами Adamas, по имени праотца Адама.

Мужское и женское начало – сера и ртуть – сочетаются браком под покровительством Солнца и Луны. Дождь вдали – символ конденсации паров. С боков – символы сухой и влажной перегонки.

Сначала тщательно очисть вещество, затем ты превратишь его в прах и пепел. И возникнут летучие духи – белый, как снег, и красный, как кровь. В них – жизнь. При медленном очищении и испарении в темноте соль эту, когда она уже образовала крошечные ломкие кристаллики зеленого цвета, имеющие аналогию с обычной селитрой, можно собрать и сберечь.

Воспламененный двоечеловек питается плотью белого лебедя; он и лебедь взаимно уничтожают друг друга и вместе возвращаются к жизни.

С другой стороны, ты должен вот что понять, и понять глубоко: прилетит двойной ветер, имя ему Вультурн, – следом за ним еще ветер, на этот раз единый – Нот; дуют они бурно и стремительно, один с востока, другой – с юга. Но буря прекращается, воздух становится водой и – поверь в это со всею решительностью! – духовное сгущается в телесное.

Пройдут четыре времени года, семь планет на четвертом небе достигнут могущества, и тогда будет господствовать число, которое обретет полноту в нижнем ярусе дворца и будет ожидать самой строгой проверки. И тогда наконец двое посланцев восторжествуют, уничтожив третьего.

На этой стадии нашего Магистерия путь познания проходит самую опасную черту? [193]

Хаос (chaos) вокруг; зима (hiems), весна (ver), лето (aestas) и осень (autumnus) трудятся над ВОДОЙ (AQUA) и солью философов (sal philosophorum).

Налив вино или винный спирт в сосуд с сурьмой, мы получим смесь, вызывающую понос и рвоту, поскольку ядовитые свойства сурьмы вином не уничтожаются. А если сурьму разбавить очищенным уксусом, выйдет красивый экстракт великолепного цвета. Когда уксус обработкою в бане Марии [194] отделяют от желтого порошка, выпадающего в осадок, а порошок промывают чистой дистиллированной водой, у порошка уже нет силы уксуса, он сладок, и его можно собирать, как наш урожай. Полученное вещество не только не вызывает поноса, но является прекрасным, восхитительным лечебным средством, производящим чудеса врачевания.

Подержи этот порошок во влажном месте, и он превратится в жидкость, используемую в хирургии для обезболивания.

Сатурн созидает все многоцветье, столь необходимое в искусстве вообще… он порождает черное, серое, желтое и красное вместе со всевозможными их смесями. И на пути своем вещество Мудрецов меняет свой цвет, пока великий Камень не достигнет совершенного предела.

«Мусикия вздымает над Венерой красное знамя, на котором изображена красавица Милость в зеленых одеждах. Сатурн состоит при ней в должности дворецкого, и когда он исполняет свои обязанности, Звездозаконие несет перед ним черную хоругвь с ликом Веры, которую мы узнаем по одеяниям желтым и красным.

Юпитер со скипетром – Маршал, чей пепельный флаг несет Красноречие. На флаге этом мы видим Надежду, изукрашенную разными великолепными красками.

Марс же – знаток войны, и власть его огненна, и, когда он выступает, перед ним идет Землемерие, вздымающее багряную, как бы залитую кровью, вуаль, с очертаниями Силы, наряженной в красное сукно. Меркурий имеет звание хранителя печати, во исполнение же его Наука Чисел держит разноцветное знамя с чудесными очертаниями Воздержания.

Солнце есть Престолоблюститель, предшествует же ему Правописание с желтым флагом, на котором легко увидеть одетую в золото Справедливость. Если солнце овладеет всею властью, то царица Венера, взглянув на него, во всем его преизобильном великолепии, поразит его слепотою.

Наконец появляется и Луна, а перед нею Двоечтение бросает сияющую серебром вуаль, означающую не что иное, как небесного оттенка Благоразумие. Да будет достигнут цвет славы Короля-триумфатора».

Это сопровождение, данное Василием Валентином к девятому ключу, пожалуй, самое загадочное из всех; именно на этой стадии Великого Делания происходят самые удивительные превращения первовещества, переливающегося всеми цветами радуги. Мужчина и женщина здесь также изображают серу и ртуть. Три сердца со змеями – три их начала. Ворон – символ черного, лебедь – белого, павлин – радужного, а феникс – красного цвета.

В бане вещество растворяется, а чрез гниение становится единым, из пепла рождает цветы, а песок всякую избыточную влажность осушает. Зрелости же и неизменности достичь можно, только пройдя сквозь живой огонь. Ни баня Марии, ни конский навоз, ни пепел и песок сами по себе не избавляют Великое Делание от ошибок, но только управление огнем. Камень зреет в безвоздушной печи, с тройными стенами, наглухо закупоренный, разогреваемый снаружи постоянным огнем до тех пор, пока всякая облачность и все пары не исчезнут вовсе. Только тогда Камень облекается в одеяния чести.

Цвет же Камня, прозрачно-красный, переходит в пурпур, из рубинового становится гранатовым, а вес его очень велик и исполнен мощи.

Но ведь не нужны ни зловонная куча на скотном дворе, ни кипение в бане Марии, ни чашки и пробирки с пеплом и песком – ничего из всего этого нет; нужны на самом деле степени жара, через них выражаемые; главным же образом речь идет о степенях и изменениях степеней преобладания одного естества над другим.

«Секрет в том, что Меркурий есть наш огонь, огонь пепла, бани и чистого угля, и вы внимайте – жив он или мертв, бел или красен; за этим следите и следуйте, соизмеряя внешний огонь с теплом бани, мелкого песка и чистого огня. Если вы воистину великий художник и философ, вы сами поймете, каким должен быть огонь» (Комментарий Анри де Линто, господина Львиной Горы, на сокровище сокровищ Кристофля Гамона, Claud Morillon, 1610, р. 128).