Чтение онлайн

Терпение, поскольку, согласно Геберу, поспешность есть дело дьявола; поэтому тот, кто не имеет терпения, должен отложить всю работу.

Время, поскольку во всяком естественном действии, происходящем в нашем искусстве, способ и сроки определены неукоснительно.

Необходимые же инструменты не столь многочисленны, как увидим в дальнейшем, потому что наш труд заключается в одной вещи, одном сосуде, одном пути и одной работе (in una re, uno vase, una via et una operatione), как учил Гермес.

Лекарство обычно получают слиянием нескольких элементов; но материя должна быть одной природы, за исключением фермента белого или красного цвета.

Весь Труд совершенно естествен; достаточно лишь наблюдать различные цвета, которые будут проявляться с течением времени.

В первый день надо встать очень рано утром и посмотреть, не цветет ли виноград и не преобразуется ли он в голову ворона; далее он окрашивается в различные цвета, из которых нужно отметить интенсивно белый, потому что это и есть именно то, чего мы ждем и что открывает нашего короля, то есть эликсир или простую пудру, имеющую столько же имен, сколько вещей в мире.

Но, говоря кратко, наша материя или магнезия есть живое серебро, приготовленное с уриной двенадцатилетнего ребенка, [224] только-только испускающейся, а не хранившейсядля Великого труда. Это обычно называют Испанской Землей или сурьмой; nota bene, я не называю ее обычным меркурием, которым пользуются некоторые софисты и который приносит посредственный результат, несмотря на возможные великие издержки; и если тебе приятно работать с ним, ты, несомненно, достигнешь истины, но только после бесконечных варок и вывариваний. Следуй лучше за благословенным Альбертом Великим и работай, господин мой, с минеральным живым серебром, так как в нем одном секрет Труда. Далее ты сделаешь соединение двух тинктур, белой и красной, происходящих из двух совершенных металлов, которые только дают совершенную тинктуру; меркурий передает эту тинктуру лишь после того, как он установлен; поэтому лишь смешанные без остатка они проникают друг в друга наиболее глубоко.

Несмотря на то что наш труд завершается посредством одного нашего меркурия, необходим тем не менее фермент красного или белого цвета; тогда он легко смешивается с Солнцем и Луной, так как оба эти тела активно участвуют в его природе, а также являются более совершенными, чем другие. Смысл в том, что эти тела более совершенны, потому что содержат больше меркурия. Таким образом, содержащие его более, чем другие, Луна и Солнце соединяются с красным и с белым и фиксируются в огне, потому что это есть один меркурий, являющийся совершенным Трудом; в нем мы находим все то, чего нам недостает для нашего труда, благодаря чему мы не имеем необходимости добавлять что-либо еще.

Солнце и Луна не являются инородными ему, потому что они сведены с самого начала Труда в их первую материю, то есть меркурий; они берут от него свой исток. Некоторые стремятся завершить Труд посредством одного меркурия или простой магнезии, промывая их в очень крепком уксусе, прожаривая их в масле, сублимируя (возгоняя), обжигая, кальцинируя (прокаливая), дистиллируя (перегоняя), извлекая их квинтэссенцию, подвергая их пытке расчленением и бесконечному числу других казней, веруя, что эти действия приведут их к богатству, и, наконец, достигают убогих результатов.

Но поверь мне, сын мой, вся наша тайна состоит лишь в порядке распределения огня и в умелом направлении Труда.

Мы сами мало что делаем с вещью, это свойство хорошо управляемого огня производит наш труд, без этого мы не имели бы ни Великой работы, ни великих затрат; так как я полагаю, что если наш камень был взят в его первоначальном состоянии, то есть первой Водой, или Молоком Девственницы, или хорошо растворенным Хвостом дракона, то он кальцинируется, сублимируется, дистиллируется, редуцируется, моется, сам коагулируется (осаждается) и благодаря свойству огня хорошо компонуется в едином сосуде без какого бы то ни было другого руководящего действия. Узнай же, сын мой, что философы метафорически говорили о руководстве действиями, и ты будешь уверен в очищении нашего меркурия; я обучу тебя простому приготовлению. Возьми же минерального меркурия, или Земли Испанской, или сурьмы, или Земли черной (все это одна и та же вещь), которая не была еще использована в каком-либо другом опыте. Возьми ее двадцать пять фунтов или немногим более и пропусти через льняную, очень плотную ткань, и это есть истинная стирка [225] (lotio vera). Хорошо посмотри после этого действия, не осталось ли в ткани какого мусора или шлака, так как тогда меркурий не может быть использован в нашем труде. Если ничего не появилось, ты можешь считать его совершенным. Nota bene, нет нужды ничего добавлять к этому меркурию, и труд, таким образом, может быть завершен.

Поскольку наш труд исполняется с помощью одного меркурия, без добавления какой-либо другой инородной материи, я опишу способ изготовления амальгамы (смеси) кратко. Так как это очень плохо понято многими философами, которые верят, что труд может быть совершен с помощью одного меркурия, не соединенного с его сестрой или его подругой (compar ejus). Я же говорю тебе с уверенностью, что ты должен работать с меркурием, объединенным с его подругой, без добавления какой-либо инородной материи к меркурию, и знай, что золото и серебро не инородны меркурию, но, напротив, участвуют более в его природе, чем все другие тела. Поэтому, сведенных к их первоначальной природе, их называют сестрами или подругами меркурия, так как из их смешения и их фиксации получается Молоко Девственницы. Если ты ясно понял это и если ты не будешь добавлять ничего инородного к меркурию, ты добьешься исполнения своих желаний.

Возьми хорошо очищенное обычное солнце, то есть нагретое на огне, что дает красный фермент (закваску); возьми две унции солнца и раздели его щипцами на маленькие кусочки; добавь четырнадцать унций меркурия, которые ты выставишь на огонь в глубокой черепице, затем раствори золото, постоянно помешивая его деревянной палочкой. Когда оно будет хорошо растворено и размешано, помести все это в чистую воду в стеклянную или каменную миску, промывай его и прочищай до тех пор, пока чернота не пройдет от воды, затем, после того как ты поставишь это на хранение, дождись крика горлицы (vox turturis) в нашей земле. И когда амальгама будет хорошо очищена, помести ее на кусок кожи, придав ему форму перевернутого сака, затем будешь сильно прессовать, чтобы пропустить амальгаму сквозь кожу. Когда две унции будут спрессованы, четырнадцать оставшихся в коже также пригодны к использованию в нашей операции. Возьми две унции, не более и не менее. Если имеется более, убавь; если же менее – добавь. И эти две унции также выжми, и которые названы Молоком Девственницы, ты их сохрани для второй операции.

Перелей теперь материю в стеклянный сосуд и помести этот сосуд в печь, описанную выше. Затем, засветив внизу лампу, прокаливай жаром день и ночь, ни на мгновение не прекращая. Пусть пламя будет совершенно закрыто и будет полностью охватывать атанор, хорошо укрепленный на печи и хорошо замазанный замазкой мудрости.

Если после месяца или двух ты увидишь основные цвета опыта, то есть черный, белый, лимонный и красный, тогда, без какого-либо другого действия, посредством одного лишь направления огня, то, что было явно, скроется, и то, что было скрыто, проявится. Потому что наша материя превосходит саму себя в совершенном эликсире, превращаясь в очень мелкую пудру, называемую мертвой землей, или мертвым человеком в гробнице, или сухой магнезией; этот дух скрыт в гробнице, и душа почти отделена от него. Когда от начала труда пройдет двадцать шесть недель, тогда то, что было грубым, станет тонким, и что было шершавым, станет мягким, и что было сладким, станет горьким, и благодаря тайной способности огня превращение элементов будет завершено. Когда твои порошки будут совершенно сухими и ты завершишь эти опыты, попробуй трансмутировать меркурий; далее я научу тебя двум другим операциям, потому что одна часть нашего труда может превратить только семь частей хорошо очищенного меркурия.

Для добывания белого фермента или фермента Луны используют тот же метод. Смешивают белый фермент с семью частями хорошо очищенного меркурия так же, как и красный. Так как в творении белого не участвует какая-либо другая материя, кроме белой, а в творении красного какая-либо другая материя, кроме красной, то и наша вода становится то красной, то белой, соответственно добавленному ферменту и времени, затраченному на труд; можно окрасить меркурий в белый цвет так же, как это делалось для красного.

Кроме того, заметим, что серебро в фольге здесь предпочтительнее, чем серебро в слитках (argentum massale), так как в этом случае оно легче соединяется с меркурием и должно амальгамировать с холодным меркурием, а не с горячим. Здесь многие ошибаются, растворяя амальгаму в крепкой воде для очищения, тогда как если они проверят, что такое по природе и по составу есть крепкая вода, они узнают, что она не может ее разрушить. Другие, желая работать с золотом или серебром согласно правилам, изложенным в этой книге, ошибаются, говоря, что солнце не имеет влажности, и растворяют его в коррозивной (едкой) воде, затем оставляют его настаиваться в плотно закрытом стеклянном сосуде в течение нескольких месяцев; но лучше, если, наоборот, квинтэссенция будет выделена нагреванием на слабом огне в сосуде с циркуляцией, названном по этой причине пеликаном.