Книга Азраила
Шрифт:
Я это уже видел – только это происходило не на Рашириме. Но сейчас это была Онуна. Это то, что пыталось сообщить мое внутреннее Я? Пыталось ли оно предупредить меня о полном и неотвратимом разрушении другого мира? Я споткнулся, упал на колени и взревел от ужаса и горя.
Вдруг я почувствовал чье-то присутствие и обернулся, чтобы увидеть Дианну. Ее глаза были абсолютно белыми, а синяки вокруг ее горла заставили мой желудок болезненно сжаться. Казалось, что кто-то сломал ей шею, едва не вырвав позвоночник из тела.
– Дианна!
У меня вырвался всхлип, но тени позади нее двинулись, и я остановился. Я посмотрел ей за спину и заметил вдалеке трон. У сидящей на нем фигуры не было лица; только его силуэт подсказывал мне, что это мужчина. Он облокотился на ручку кресла, подперев кулаком подбородок. Надетые на нем доспехи были из чистого обсидиана. Шипы торчали из наколенников и плеч, и теми же шипами была украшена его корона.
Каден.
Позади него раздался грохот, и то, что я принял за часть его трона, сдвинулось. Кончик толстого шипастого хвоста хлестнул по воздуху и скрылся из виду. Из темноты возникло огромное тело, красные глаза превратились в две щелочки, и существо злобно посмотрело на меня. Это был тот же крылатый зверь, в которого превратилась Дианна, только гораздо больше.
– Посмотри, что ты наделал, – сказала Дианна. Я снова поднял глаза, но ее голос был искажен из-за гематомы на шее. – Смотри. Ты принес сюда разрушение.
– Нет! Нет, я этого не делал.
Я отчаянно замотал головой.
Она указала мне за спину и произнесла хриплым, неузнаваемым шепотом:
– Это то, что ты из себя представляешь. Разрушение.
– Нет.
– Теперь ты видишь, Самкиэль. Вот так гибнет мир.
Из-за его трона вышли другие люди. Их было множество – сотни людей окружили тело зверя. Все они были покрыты грязью и кровью. У некоторых отсутствовали конечности, у других не было голов, а третьи были просто скелетами. Они поднимали любую конечность, которая у них осталась, указывая на хаос позади меня.
Они начали петь, и я зажал уши руками, пытаясь заглушить эти звуки. Их голоса были оглушительны, слова эхом отдавались в моей голове, становясь громче с каждым их шагом.
– Нет, я могу это остановить. Скажи мне, как! – крикнул я сквозь нарастающий шум.
Они продолжали неумолимо приближаться, подталкивая меня к краю, повторяя одно и то же снова и снова.
«Вот так гибнет мир».
«Вот так гибнет мир».
«Вот так гибнет мир».
31. Дианна
– Лиам.
Я потянула его за руку, пытаясь разбудить. Он продолжал бормотать во сне, словно разговаривал с кем-то, его лицо было искажено от боли. Он ворочался всю ночь, а значит, и вовсе не спал.
– Лиам! – крикнула я, поворачивая его к себе.
Я несколько раз легонько постучала его по лицу, пытаясь вытащить из ловушки сна. Его голова моталась из стороны в сторону, пот скользил по коже, а по щекам текли слезы. Было невыносимо видеть его в таком состоянии.
– Лиам, ради бога, проснись, идиот! – закричала я и на этот раз встряхнула его немного сильнее.
Его глаза распахнулись, радужки сверкнули серебром. Я уже продумывала план, как сделать так, чтобы он не уничтожил меня и машину, когда раздался звук его голоса.
– Вот так гибнет мир.
Он произнес эти слова едва слышным шепотом.
Спустя мгновение глаза Лиама вернулись в нормальное состояние. Он посмотрел на меня непонимающим взглядом, а затем в его глазах вспыхнуло узнавание.
– Дианна?
Он оттолкнул меня сильнее, чем намеревался, из-за чего я отлетела в пространство между сиденьями. В его глазах читалось явное недоумение.
– Что ты делаешь?
– Во-первых, ты полный придурок! Во-вторых, я пыталась тебя разбудить. Тебе снова приснился кошмар.
Он попытался потянуться, ударился головой о потолок машины и недовольно застонал.
– Как мы сюда попали? – спросил он, потирая макушку и вглядываясь в темноту.
– Я в порядке. Спасибо, что спросил, – сказала я, бросив на него мрачный взгляд. – Ты заснул первым, а я не хотела, чтобы кто-то из нас скатился с крыши машины. Поэтому я перенесла тебя сюда. На заднем сиденье достаточно места, чтобы комфортно поспать. За исключением того, что мне так и не удалось уснуть, поскольку ты брыкался и ворочался всю ночь.
Он уставился в окно, глядя на горизонт и восходящее солнце.
– Где твой знакомый?
Тут что-то не так.
– Что с тобой?
– Ничего.
Он даже не посмотрел на меня.
– Он скоро будет здесь. Мы можем прогуляться, пока его ждем, – сказала я, махнув рукой в сторону одного из заброшенных ангаров.
Лиам ничего не сказал, открыл заднюю дверь машины и вышел наружу. Я выскочила вслед за ним.
– Лиам, тебе приснился очередной кошмар. Это тебя так беспокоит? Если хочешь, мы можем об этом поговорить.
Он не обернулся.
– Нет.
Итак, мы вернулись к истокам.
Через несколько часов наш самолет приземлился в Заралле. Лиам не разговаривал со мной на протяжении всего полета, и я не могла понять, почему. Казалось, что я чем-то его разозлила, хотя я не делала ничего плохого. Может, прошлой ночью я рассказала слишком много. Услышав, как отчаянно Каден намерен меня вернуть, и зная, что он намеревается сделать это любыми способами, он решил, что для него это слишком? Я точно знала, что Каден никогда не бросает слов на ветер. Может, я слишком сильно настаивала, слишком многого просила, и Лиам решил, что я того не стою.
Я действительно ничего не понимала. Мы веселились, болтали, а один раз Лиам даже рассмеялся. Я поверила, что мы друзья, и его внезапная холодность причиняла мне боль. Я пыталась понять, что я сделала не так, и в конце концов почувствовала себя ужасно глупо – почему это вообще меня заботит?
Глупое, слабое смертное сердце.
– Здесь я вас высажу, – крикнул нам пилот.
Наконец Лиам отвернулся от окна и посмотрел на меня. Я отстегнула ремень безопасности и встала, окончательно выведенная из равновесия его внезапной сменой настроения.
Пилот остановил меня у двери.
– Помни, мы договорились.
Его рубашка была в пятнах от кофе, а волос давно не касалась расческа. Неопрятный и помятый вид пилота вполне соответствовал самолету, и я была рада, что нам повезло добраться целыми и невредимыми.
Я открыла люк, резко надавив на металлический рычаг.
– Да, да, я прослежу, чтобы тебе хорошо заплатили.
Он пробормотал что-то себе под нос, в то время как я спустилась по ржавым ступеням и ступила на твердую землю. Позади меня раздались шаги Лиама. Яркое солнце освещало бело-голубые здания заброшенного аэропорта. Судя по окружающей обстановке, пилот высадил нас как можно дальше от терминала. В поле зрения не было ни машин, ни других людей. Похоже, добираться до Дрейка нам придется самостоятельно.