Чтение онлайн

— Что случилось?

Очень далекий, едва слышный голос Мирина произнес:

— Алекс, ты… добрался до…

— Мир, я тебя плохо слышу.

— …рю, ты…ся…

— Я потом свяжусь с тобой, — ответил я и положил амулет в карман.

Видимо, толща камня надо мной мешает полноценной работе разговорников. Я тут же вспомнил, как связывался с Фариамом из схрона в Белой Скале. Ведь тогда никаких проблем не было. Хотя, тут глубина должно быть раза в три побольше будет, да и самого камня вокруг немеряно, так что все вроде понятно. Уже собираясь уходить, я провел ладонью по камню и вдруг ощутил какую-то странность. Убрав руку, я прислушался к себе, но ничего не почувствовал. Тогда я вновь приложил ладонь к камню и сосредоточился. Вначале я почувствовал какой-то дискомфорт, который тут же трансформировался в напряжение. Я уж было думал, что это подает сигнал моя интуиция, но в этот раз ощущение было иным. Такое впечатление, что скала под моей рукой слегка дрожала.

— Подойдите сюда, — попросил я остальных. — Прикоснитесь к камню. Ничего не чувствуете?

Дежин и Шандар послушно положили руки на стену и прислушались.

— Нет, ничего не чувствую, — ответил гвардеец.

— А что вы ощущаете? — спросил меня Дежин, встревожено поглядев на меня.

— Не могу четко объяснить. Как будто скала дрожит.

Я прижал вторую руку и опять сосредоточился, а потом подошел еще ближе и прижался к камню щекой. Нет, мне не показалось. Я чувствовал напряжение, которое словно еще только-только зарождалось в толще камня. Оно все росло и требовало выхода, причиняя мне прямо физическую боль от осознания, что вот-вот, сейчас… Я резко отшатнулся и прислушался к себе. Напряжение не исчезло, но вот только оно приобрело окрас обычной работы моей интуиции.

— Валим отсюда! — крикнул я и подхватил гномов.

Дежин от неожиданности выронил лампу, но я не дал ему ее поднимать и потащил к колодцу, сформировав впереди нас яркий светляк.

— Что происходит? — попытался спросить начальник, но я лишь рявкнул:

— Шевели ногами!

Вот Шандар — тот молодец, не стал задавать вопросов, а просто кинулся вперед, следуя за светом моего светляка. Выбежав в колодец, я ощутил, что времени совсем не осталось, поэтому просто подхватил гномов и активировал плетение левитации, не жалея на нее энергии. Шандар вцепился мне в плечо, а Дежин, прошептав "Мама!", обхватил за шею.

— Что у вас делают, когда существует явная угроза обвала? — обратился я к нему.

— Объявляется всеобщая тревога.

— Это нужно сделать прямо сейчас! — приказал я.

— Но…

— Некогда объяснять!

Мы достигли края колодца, ошеломив трех шахтеров, которые собирались нас вытаскивать. Потом я аккуратно подтянул себя магическим захватом и развеял плетение левитации, оказавшись над ровным полом. Шандар тотчас отпустил меня, а вот руки Дежина пришлось разжимать.

— Действуйте! Не стойте столбом! — закричал я прямо в испуганные глаза начальника.

— Хош, крути тревогу! — крикнул пришедший в себя Дежин.

Один из шахтеров тут же кинулся куда-то в угол и принялся крутить ручку какого-то странного аппарата. Вскоре пещеру заполнил заунывный вой, который эхом отправился по ней гулять, отражаясь от стен. Теперь мне стало понятно, почему начальник приказал не объявлять тревогу, а именно крутить. Внезапно послышался топот многих ног и из окрестных ходов начали выбегать гномы с кирками и лопатами наперевес. Мы присоединились к ним и побежали к выходу, а спустя десять минут уже щурились от яркого солнца и смотрели, как из пещеры выбегают остальные гномы. С удивлением я увидел, что из соседних пещер также появляются шахтеры с недоумением на лицах, а заунывный вой распространился по всей горе.

Гномы собирались в кучу и встревоженными голосами требовали от начальника объяснений, почему была объявлена тревога. Тот сначала огрызался, но потом сказал:

— По приказу его высочества.

Шум немного поутих, и взгляды гномов обратились на меня. Почувствовав себя неуютно, я уже начал сомневаться в своих недавних ощущениях. Все собравшиеся рабочие окружили меня в кольцо, но не решались спросить о чем либо, только перешептывались между собой, а я все бросал взгляд на гору, понимая, что тревога вероятнее всего, была ложной.

— Ваше высочество, — наконец обратился ко мне один старый гном. — Почему вы решили объявить тревогу?

— Да не знаю я. Мне показалось, что я что-то почувствовал, а своим ощущениям я всегда доверяю, поэтому и жив до сих пор.

— А не могли бы вы поточнее рассказать, что вы почувствовали? Может вы просто испугались? — улыбнулся гном.

В толпе раздалось несколько смешков, но на мою защиту встал сам начальник.

— Алекс не испугался! Я готов в этом поклясться. Когда мы спускались во второй ствол, я даже удивился, что он не испытывает страха. Наоборот, ему там очень понравилось, так что его высочество даже поначалу не хотел уходить.

— А что конкретно вы ощутили? — серьезно спросил старик.

— Какое-то напряжение, тревогу… Мне даже показалось, что камень дрожит, поэтому я и приказал поднять тревогу, решив, что близится обвал.

Я перевел взгляд на гору и решил сходить проверить. Выйдя из кольца почтительно расступившихся гномов, я подошел к зеву пещеры и прикоснулся к стенке, а потом плюнул на мнение окружающих и опять прижался к ней щекой. Всего несколько секунд понадобилось мне, чтобы почувствовать то самое напряжение, которое стало сильнее на порядок. Оно буквально впивалось в мое тело, заставляя напрягать мышцы и стремиться от него избавиться. Тут я почувствовал в глубине горы слабый удар и понял — началось. Оттолкнувшись от камня, я побежал прочь, слыша треск позади себя, зарождающийся в недрах. Когда я добежал до гномов, никто уже не смотрел на меня удивленно, все обратили свои взгляды на гору.

Треск сменился глухим ударом, который вызвал сотрясение почвы, а потом последовал еще один, словно взрыв. Гора дрогнула, от ее вершины откололась глыба и с шумом и грохотом покатилась вниз, раскалываясь по дороге на мелкие куски. Один из них полетел прямиком в нас, но я сформировал большой щит и остановил этот снаряд еще на подлете. Гора все тряслась. Из пещеры вылетела туча пыли и каменной крошки, козырек ее обломился и рухнул вниз, едва не задев нас каменной шрапнелью, но я приказал всем собраться плотнее и накрыл гномов защитным куполом. Их было всего штук двести, поэтому сил эта защита у меня потребовала от меня совсем немного.

Мы стояли и смотрели за обвалом, чувствуя ногами колебания земли. И даже когда со склонов перестали катиться камни и защитный купол стал больше не нужен, мы все ощущали, что процесс не прекратился и в недрах горы все еще ломаются перекрытия, разрушаются штреки, заваливаются камнями туннели и шурфы. Спустя долгих десять минут наступила тишина. Гномы молчали и только смотрели на меня, а я инстинктивно чувствовал, что все уже позади. Но все равно нужно было в этом убедиться, поэтому я пошел ко входу в пещеру, усеянному булыжниками, жалея, что у моих сапог такая мягкая подошва. Подойдя к стене, я приник к ней и сосредоточился.

— Что вы чувствуете сейчас? — осторожно спросил меня все тот же гном, последовавший за мной со своими коллегами.

Я улыбнулся и ответил, все так же прижимаясь к камню щекой:

— Облегчение. Умиротворение. Покой.

Отлипнув от стены, я нежно провел по ней ладонью и повернулся к гномам. Они смотрели на меня со странным выражением в глазах. Впереди всех стоял знакомый старик, а на его щеках я заметил две влажные дорожки.

— Я не думал, что когда-нибудь увижу это своими глазами… — прошептал он.