Чтение онлайн

– Какая жалость! – воскликнули дети хором.

На этот раз кроме старого Бена компанию сопровождал молодой щенок ньюфаундленда по кличке

Мишка, названный так за черный цвет шерсти. Бен уже не раз доказывал, что на него можно полностью положиться, а потому Брайт велел ему остаться с четырьмя детьми и охранять их. Щенка Мишку студент решил взять с собой, так как боялся, что, играя с детьми, он может сбить их с ног, и, того гляди, они кубарем скатятся с холма. Велев Маргаритке, Папоротнику, Одуванчику и Резеде смирно сидеть там, где их оставили, студент с Мальвой и старшими детьми стал подниматься по склону и вскоре скрылся за деревьями.

Итак Юстес Брайт и его спутники медленно взбирались по крутому склону холма. Еще далеко не все деревья были покрыты листвой, но почки под живительными лучами солнца уже достаточно распустились, чтобы создавать легкую тень.

На каждом шагу попадались то полускрытые под почерневшими прошлогодними листьями мшистые камни, то пни и гнилые стволы деревьев, то поломанные зимними бурями ветви и сучья. Но несмотря на это, весь лес был полон жизни: всюду, куда бы вы ни взглянули, пробивались свежие зеленые побеги, свидетельствующие о близости лета.

Наконец наша компания вышла из леса и очутилась почти на вершине холма, который заканчивался не пиком, не шарообразным возвышением, а довольно широким плато, посреди которого стоял дом, а в некотором отдалении – гумно. Дом принадлежал какому-то одинокому семейству, и зачастую снежные и дождевые облака опускались ниже этого угрюмого, уединенного жилища.

На самой вершине холма среди груды камней был установлен длинный шест, на котором развевался небольшой флаг. Юстес привел детей сюда, чтобы показать им, какое большое пространство можно охватить одним взглядом, и теперь малыши таращили глаза от удовольствия и удивления.

На юге виднелся Моньюмент Маунтен, он казался осевшим и уменьшившимся настолько, что почти ничем не отличался от остальных гор. Зато горная цепь Таконика казалась выше и больше. Маленькое озеро со всеми бухточками и извивами было видно, как на ладони. Кроме него на солнце сверкали голубые глаза еще двух-трех озер. В отдалении тянулись деревни с белыми колокольнями, виднелись фермы и леса, луга, пастбища и пашни. Дети с трудом могли запечатлеть в своем уме все подробности развертывающейся перед ними картины. Они отыскали Тэнглвуд, который до сих пор казался им необычайно значительным местом на земном шаре. Однако он занимал такое крошечное пространство, что, прежде чем найти его, они долго всматривались вдаль.

Белые перистые облака висели в воздухе и кое-где отбрасывали на пейзаж темные тени, которые время от времени шевелились.

Вдали на западе виднелась голубая цепь Катскильских гор. Между их туманными вершинами, по словам Юстеса, была площадка, на которой несколько старых голландцев вечно играли в кегли, а один старый лентяй по имени Рип ван Винкль проспал двадцать лет подряд. Дети с жаром просили Юстеса подробно рассказать им о таком удивительном происшествии, но студент отвечал, что вся эта история была уже им однажды рассказана и притом так хорошо, что вряд ли можно было сделать это лучше. К тому же, пока она не станет такой же старой, как «Голова Горгоны», «Три золотых яблока» и прочие сказки, в ней нельзя изменить ни одного слова.

– Но пока мы здесь сидим, вы могли бы рассказать нам одну из ваших собственных сказок, – предложил Барвинок.

– Да, кузен Юстес, – воскликнула Мальва, – расскажите нам какую-нибудь хорошенькую сказочку. Выберите сюжет повозвышеннее и посмотрите, сможет ли ваше воображение подняться до него. Быть может, горный воздух на сей раз сделает вас поэтом. Ничего, если сказка будет необычной и удивительной. Должно быть, здесь, среди облаков, мы поверим всему.

– Можете ли вы поверить, что некогда существовала крылатая лошадь? – спросил Юстес.

– Еще бы! Но я боюсь, вы никогда ее не поймаете, – заметила дерзкая Мальва.

– А я, Мальва, думаю, что смогу поймать и оседлать Пегаса, подобно дюжине поэтов, которых я знаю, – отвечал студент. – Во всяком случае, в моей сказке речь пойдет как раз о нем, так как вершина горы – самое подходящее место для таких рассказов.

Дети столпились возле Юстеса, а он уселся поудобнее на кучу камней и, устремив взгляд на плывущее мимо облако, стал рассказывать.

Однажды много лет назад (все, о чем я рассказываю, случилось в такие древние времена, что о них никто ничего не помнит), на склоне одного из холмов Греции забил источник. Насколько мне известно, он существует и сейчас, спустя много тысяч лет. Как бы то ни было, однажды к прохладному источнику, струившемуся по склону холма в золотом зареве заката, приблизился красивый юноша по имени Беллерофонт. В руках у него была узда с золотыми удилами, украшенная драгоценными камнями. Увидев у источника старика, мальчика, мужчину средних лет и девушку, которая черпала кувшином воду, Беллерофонт остановился и попросил у девушки напиться.

– Эта вода восхитительна, – сказал он, осушив кувшин и наполняя его снова. – Не знаешь ли ты, как называется этот источник?

– Его зовут источником Пирены, – отвечала девушка и, помолчав, прибавила: – Моя бабушка рассказывала, что этот прозрачный источник был некогда прелестной женщиной, которая истаяла в слезах, после того как ее сын был пронзен стрелой Дианы. Вода, которую ты находишь такой восхитительной, – это горькие слезы бедной матери.

– Я бы никогда не подумал, что такой прозрачный и быстрый родник, пробившийся из мрака на солнечный свет, мог заключать в себе хотя бы одну слезинку, – проговорил юноша. – Так это и есть Пирена? Спасибо, что ты назвала это имя, я ведь пришел сюда издалека нарочно для этого.

Поселянин, который привел на водопой корову, внимательно посмотрел на Беллерофонта и на великолепную узду в его в руках.

– В твоей стране, верно, высохли все ручьи, если ты пришел издалека к источнику Пирены, – заметил он. – Уж не потерял ли ты лошадь? Я вижу у тебя в руках дорогую узду, украшенную двойным рядом сверкающих камней. Если лошадь была так же красива, как и ее узда, ты должен очень жалеть о такой потере.

– Я ничего не потерял, – с улыбкой произнес Беллерофонт, – я только ищу одну чудесную лошадь, которая, как сообщили знающие люди, может быть где-то здесь. Не знаешь, навещает ли крылатый конь Пегас источник Пирены, как бывало раньше?

Поселянин громко расхохотался.

Некоторые из вас, мои маленькие друзья, вероятно, слыхали, что Пегас был конем снежно-белой масти с красивыми серебристыми крыльями. Большую часть времени он проводил на вершине горы Геликон или, подобно орлу, носился в облаках. Его воздушный полет отличался дикостью, быстротою и легкостью. У него не было товарищей, так как в мире не было никого, подобного ему, никто никогда не садился на него, и в течение долгих лет Пегас был одинок и счастлив.