Чтение онлайн

Однако дальнейшее развитие этой нехитрой коммерции уперлось в наши физические возможности, поэтому вопрос поиска "торгпредов" на местах вышел на первое место. Некоторым постоянным покупателям предлагали торговать самим, а мы бы взяли-де на себя заботу об ассортименте и доставке товара. Доля - 20% с выручки. Люди неопределенно улыбались, пожимали плечами, кто-то даже поначалу соглашался, но потом отказывался.

К тому же притомляла местная шпана - "рэкетиры". Начав торговать на новом месте, мы сразу же их угадывали: ага, похоже, вон те "шакалы" сейчас начнут ходить вокруг до около, а потом, улучив момент, озвучат предложение о "сотрудничестве". При покупателях "базар" не клеился, видимо, стеснялись односельчан. Но один деятель в Мошково лишнего в голову брать не стал и, поздоровавшись с нами за руку, запросто представился: "Начальник местного землетрясения!". Даже понравился столь творческий подход к "делу". Калибр наезжавших мы научились определять безошибочно, некоторых сразу отсылали подальше. Справедливости ради, отмечу, что кое-где рэкета не было (но и торговли тоже). Со временем, "тариф" за один визит стал постоянным - от 500 до 1000 рублей. Кое с кем даже скорешились, "тёрли базары" за жизнь. И хотя местечковые рэкетиры старались выглядеть дружелюбно, мы логично полагали, что местным торговцам в отношениях с ними будет проще.

Вскоре нам удалось найти первого "постпреда" - Ольгу из Евсино Искитимского района, мать троих детей. Правда, денег на закуп книг со скидкой 20% от наших цен у нее не оказалось. Она пригласила нас домой, показала документы. Что ж, мы поверили и отпустили товар на реализацию, решив, что оказанное ей доверие ко многому обяжет.

Чуть позже "компанию" Ольге составил Паша - торгаш из киоска на привокзальной площади Черепаново. Его искренне удивила бойкость книжной торговли, и он решил попробовать торговать новым товаром. Однако дать ему на реализацию мы не согласились: киоск определенно указывал на наличие оборотных средств. К тому же Паша, бывший боксер, почему-то решил, что будет казаться убедительней, если станет "косить" под братка: "ботал по фене", через каждые два слова вставлял мат. Так или иначе, взял он товара на приличную сумму с той же скидкой 20%.

Торговал Паша весьма своеобразно, я как-то был свидетелем его диалога с покупателем.

– Эй, мужик! Иди сюда!

– Чё?

– Чё-чё, бля? Книжку покупай, ё-ма!

– Да на фиг она мне нужна!

– Тогда иди на х... отсюда!

Но деятельность развел бурную. Вскоре кроме книг Паша уже ничем больше не торговал, постоянно увеличивая оборот. Мы были очень довольны друг другом.

А однажды в Коченёве произошло историческое событие, круто изменившее всю специфику нашего бизнеса. Мы зашли в местный книжный магазин и предложили остатки нераспроданных за день книг, почти не сомневаясь, что нас пошлют подальше. И вдруг! Ушам своим не поверили: "Да пожалуйста! У нас давно толком книг нет: ребята одни нам из города возили, а потом куда-то делись, не знаем чем и торговать!" - обрадовалась директриса магазина.

Стало даже немного дурно: неужели наткнулись на "золотую жилу"? Ведь если такое мы слышим в Коченёве - в одном из самых близких к Новосибирску райцентров, что же тогда творится дальше?! А мы-то, недотёпы, всё каких-то колхозников к делу привлечь пытаемся!

Срочно понеслись по книжным магазинам райцентров области - и почти всюду одна и та же песня: везите, везите, везите! Что ж, "прощайте, деревни, прощайте, поля"! Правда, существовало одно принципиальное "но": своих оборотных средств у книжных магазинов не было, поэтому возможна была только сдача книг на реализацию. Впрочем, к тому времени, мы на Чикалде успели заиметь хорошую репутацию и многие оптовики давали товар с отсрочкой платежа.

Книготорги в райцентрах, в большинстве своем, входили в систему районных потребительских обществ, сокращенно, "райпо". Райпо, "отрыжка" социализма, оказались на удивление живучей системой. Несмотря на убогий "совковый" ассортимент магазинов, начальники райпо выглядели шикарно, рассекая на джипах. Деньги от реализации книг мы получали наличными: часть "в белую" (по расходным ордерам), часть "в черную" (неофициально). Соотношение видов расчета варьировало от магазина к магазину. Нам, естественно, был интереснее "черный нал", поскольку никакими налогами он не облагался. Персонал книжных магазинов не любил своё начальство, поэтому "напаять" его, приняв часть товара неофициально, считалось в порядке вещей.

Как сейчас перед глазами бухгалтерия райпо в Болотном: в небольшом помещении сидело около тридцати женщин разных возрастов, плечи у всех были покрыты серыми шерстяными шалями. "Счетоводки", не поднимая головы, остервенело стучали засаленными костяшками допотопных деревянных счёт, тыча пальцами в вороха каких-то платежек и накладных. Несмотря на то, что у каждой на столе лежали средних размеров калькуляторы, производства ленинградской "Электроники", большинство упорно предпочитали счёты. На вопрос "почему", получили ответ: "А мы калькуляторам не верим!".

Очень скоро "Жигулей" с прицепом хватать перестало. Всего за полгода мы увеличили объем развозимого товара с чемоданчика до грузовика. Причем в свободное от работы в институте время! Давно ли мы, неуверенно сжимая в руках скромные зарплаты научных сотрудников, пытались не ошибиться в правильном выборе ассортимента?

Приняли на работу первого наемного рабочего - Жениного лаборанта Мишу. Вечерами он разбирал привозы и набирал заказы магазинов в гараже, приспособленном под книгохранилище. И хоть я в шутку часто цитировал классика: "У лентяя Мишки жили-были книжки...", работником он оказался очень прилежным и трудолюбивым. А вскоре и вовсе купили свой грузовик "ГАЗ", чтоб экономить на найме авто. Решили водить сами, поэтому отучились на категорию "С". Конечно же, "Газель" или японец-грузовичок подошли бы лучше, но первых еще не выпускали, а вторых пока не ввозили.

Наша деятельность была всесезонной и всепогодной. В жизни не забуду заводку грузовика в тридцатиградусный мороз. Тосолом мы не пользовались, ездили на воде. Сливали на ночь радиатор, тщательно продув ртом резиновые патрубки, аккумулятор уносили домой в тепло. Ранним утром начиналось "оживление грузовика". Женя забирался под движок с паяльной лампой отогревать масло в картере, а я проливал радиатор горячей водой, носясь с ведрами. Однажды горячую воду отключили, пришлось кипятильником греть ее в ведрах. И не было для нас слаще звуков набиравшего обороты движка. А уж когда он, прогреваясь, ревел на полных оборотах, мы торжествовали - ура, запустили! Но и с "раскочегаренным" двигателем машина иногда не сразу могла двинуться с места: застывал задний мост. Разок нам ночью прокололи два ската, поэтому в то утро получение "удовольствия" разнообразилось сменой колес. На долгие годы я, некогда страстный лыжник, люто возненавидел зимы, а деревяшки с загнутыми носками вообще видеть не мог.

Позже, окрепнув финансово, мы наняли водилу на свой "Газон". Купили новый гараж, специально под книгохранилище, да взяли еще одного складского работника - старшего брата Миши Васю. Таким образом, у нас трудились уже три наемных работника, все неофициально.

Однако дальнейшее развитие бизнеса требовало достижения новых горизонтов. Как ни крути, будучи чистыми посредниками между ярмаркой и магазинами, мы являлись лишним звеном в цепи "производитель - конечный покупатель". Еще и не кисло накручивали себе, любимым. Однажды случайно встретили на Чикалде матерщинника Пашу, а вскоре и директрису коченевского книжного магазина, куда сдавали товар. Что ж, выглядело вполне логичным, что наши клиенты, особенно те, кто поближе к Новосибирску, рано или поздно доберутся до ярмарки. Бизнес есть бизнес, устранение лишних посредников - один из основных его законов. Они увидели оптовые цены, поняли, сколько мы накручиваем и стали активно играть на понижение. И по-своему были абсолютно правы.

Какие направления обеспечили бы дальнейшее развитие? Ибо, со временем, можно было потихоньку захиреть, а то и опять вернуться к забытому "книгоношеству". Во-первых, выйти напрямую на московские издательства, чтоб, получая товар по издательским ценам, увеличить рентабельность бизнеса. Во-вторых, начать развитие собственной розницы. Это сделало бы нас независимыми, выражаясь образно, от "Оль" и "Паш" и увеличило бы прибыль с единицы продажи, поскольку торговой наценкой уже ни с кем не надо было делиться. И, наконец, в-третьих. Развивать оптовую торговлю имело смысл в компактной, богатой, промышленно развитой Кемеровской области, главной угольной "житнице" России. Соседний регион изобиловал большими городами - это вам не новосибирские райцентры, по сути, большие деревни. Расстояния между городами Кузбасса были сравнительно небольшими, они, связанные отличными дорогами, буквально следовали один за другим, не в пример огромной по площади Новосибирской области. Саму же столицу Сибири и ее ближние окрестности, к тому времени, плотно "оккупировала" честолюбивая, амбициозная "ТОП-книга", тягаться на равных с которой у нас бы не получилось.

Еще до регулярных вояжей на Кузбасс знающие люди стали пугать нас страшным дорожным рэкетом. Но, в целом, обошлось. Так, пара мелких "наездов". Тормознули как-то на трассе, подставив иномарку.

– Что везем?

– Книжки!

– Чего-чего?!
– не поверили братки "с большой дороги". И попросили открыть будку. Убедившись воочию, они даже немного расстроились и как-то неуверенно изрекли:

– Мужики, но соточку всё равно дать надо...

Слово "книжки" (именно "книжки", а не "книги") умиротворяюще действовало не только на братву. На сотрудников ГАИ, которые напрягали еще больше, тоже. У меня, со временем, выработался фирменный стиль общения с ними. Говорил, поправляя очёчки, учтиво, несуетливо, никогда не переходил на "ты", никаких там "слышь, командир (или начальник)". Не брезговал фразами, типа, "не извольте беспокоиться" или "если Вас не затруднит". Словом, воздействовал на гаишников успокаивающе. Характер груза тоже не "возбуждал" - максимум, дашь почитать детективчик, чтоб скрасить дежурство. Рядом с правами я всегда держал свою институтскую визитку, провоцируя на вопрос: "Учёный, что ли?" - "Да, приходится подрабатывать. Везу детские книжки кузбасским ребятишкам!"