Чтение онлайн

Впоследствии транспорт для поездок на Кузбасс мы стали нанимать. Один шофер, с которым довелось немало поездить, отработал своеобразную форму ответа на вопрос "что везете?". Махнув рукой, он презрительно выдыхал: "А-а-а, кни-и-ишшшки..." Глаз гаишника тоже сразу гас, часто даже кузов не проверяли.

Другой водила (он когда-то возил мебель) поведал любопытную историю "открытия" еще одного правильного ответа на вопрос гаишников "что везете?". Мол, ответишь "мебель" - тут же получишь новую порцию вопросов: "а какую? а откуда? а куда?". Поэтому он говорил: "Столы!" Удивительно, но факт: его почти всегда тут же отпускали. Хотя чего удивительного: на подсознательном уровне слово "столы" воспринимаются совершенно по-другому, чем "мебель". И ведь, заметим, не обманывал вопрошавших!

Однако других братки щемили на дорогах активно. Особенно опасным был участок трассы, проходивший через слившиеся друг с другом города Киселевск и Прокопьевск. Светофоров масса, скорость не разовьешь. В середине девяностых на этом участке "работала" команда Шрама. Кто такой Шрам, узнать не удалось, по слухам, его уже нет в живых. Рассказывали, что денно и нощно в обоих направлениях рыскали два джипа с братвой, высматривавшей свою "добычу". Позже, с пуском прекрасной автострады, обходившей города стороной, стало полегче. Несущуюся фуру попробуй, останови легковушкой! Я разок "с чувством глубокого удовлетворения" созерцал на обочине джип с глубокой боковой вмятиной от тарана фурой. Почесывая бритые "репы", братки в кожанах растеряно ходили вокруг. Получите своё!

Как-то меня остановили на посту ГАИ в Киселевске. Рискуя "схлопотать", я спросил гаишников:

– Почему у вас такой беспредел на дорогах?

Ответ обескуражил:

– Ой, а у вас в Новосибирске лучше что ли?

Самый серьезный "наезд" на меня случился у придорожного кафе в Мочище, в двух шагах от Новосибирска, что было особенно обидно. Подвалили двое подонков, будь они прокляты, причем не молодняк "под кайфом". Назвали имя "хозяина": он, типа, контролировал трассу. Один из них приставил к моей голове пистолет.

Я пожаловался "крыше", назвав имя, которым те мне представились, мол, неужели в двух шагах от города беспредельничают свои же, новосибирские? Оперативно подъехали настоящие "представители" носителя того имени.

– Слышь, коммерс, мы этим, в натуре, не занимаемся, нас подставляют! Поехали, покажешь, где это случилось, они, суки, за базар ответят!

– Нет, - отвечаю, - братва, не поеду. Вероятность того, что они опять пасутся на том же самом месте - ноль.

А про себя думаю: не дай Бог, если вдруг совершенно случайно они как раз там и окажутся! Не исключено, что им "вынесут" смертный приговор, а мне этого не надо. Даже из чувства мести.

На небольшом участке подъема, проходящем через частный сектор города Ленинск-Кузнецкий, за мостом через Иню, работали настоящие фокусники. Они совершенно незаметно залезали на ходу в кузов и выбрасывали всё, что могли. Даже, говорят, холодильники. К нам залезли аж два раза. После первой кражи (выбросили несколько пачек книг) я потребовал у водилы, чтоб он чем-нибудь обшил свой тентованный кузов. А лучше, заменил бы его надежной будкой. В противном случае пригрозил больше его не нанимать. Однако к следующей поездке он ничего не сделал. Залезли опять, пришлось при расчете сумму ущерба удержать: уговор - дороже денег.

Когда водила, наконец-то, обшил кузов толстой фанерой и вставил замок, мы решили посмотреть, как же все-таки "работают" люди. Специально ехали еле-еле, пялились в оба, каждый в свое зеркало, почти наверняка предполагая, в каком месте могут прицепиться. Никого не заметили. Ага, злорадствуем, что, гады, облом? И только остановившись на заправке за городом, мы с изумлением обнаружили, что они не только цеплялись, но и сумели откинуть задний борт кузова, внутрь все же не попав! Как это у них получилось, непонятно.

На посту мэра Ленинск-Кузнецкого, правда, очень недолгий срок, правил некто Коняхин - крупный местный авторитет. Еще до его "мэрства" я заметил на здании городского рынка огромную надпись "Коняхинский рынок", выложенную отделочной плиткой. В бытность его мэром за постом ГАИ встала будка с кассой, где со всех въезжающих в Ленинск машин из других областей взимали плату. Дань стала узаконенной, поскольку, для видимости законности побора, выдавался нефискальный чек. А центральную площадь города украсил огромный стенд, гласивший мудрую цитату: "Вместе будем жить, вместе будем работать! Коняхин". Правда, уступивший ему на выборах городского главы кандидат-коммунист заявил открыто и смело, что еще, мол, увидит, как тот будет сдирать ногтями надпись своей фамилии на фронтоне рынка. И, видимо, фигура новоиспеченного градоначальника была столь одиозна, что он был освобожден от должности и арестован еще в девяностых. Будка с кассой на въезде в город исчезла тут же, а над надписью "Коняхинский рынок" появилось слово "городской".

Но было и много светлых моментов в моих многолетних поездках на Кузбасс. Трассы на Кузбассе очень хорошие, это тут же чувствовалось при пересечении границы с Новосибирской областью. Правда, красовавшийся сразу за Новокузнецком придорожный щит с надписью "Программа губернатора Кислюка "Дороги Кузбасса" в действии!" исчез после возвращения на эту должность Амана Тулеева. Но дорожное строительство после этого только получило дополнительный импульс.

Постепенно вырастая, Буготакские сопки переходят в величественный, покрытый вековой тайгой Салаирский кряж, который тянется параллельно трассе почти до самого Ленинск-Кузнецкого. Потом Салаир поворачивает на юг, лишь угадываясь вдалеке синей дымкой, и уступает место широченной долине, окаймленной с востока красавицей Томью. Сразу за ней, чуть восточней, начинают громоздиться хребты Кузнецкого Алатау, и чем дальше на юг, тем выше тянут они к небу таежные скалы. Город Междуреченск, раскинувшийся в неширокой долине "между рек", Томью и Усой, служил конечной точкой нашего маршрута. Нечасто встретишь города чище и благоустроенней. "Здесь взрыла недра" шахта "Распадская", самая большая в России.

А сколько вдоль трассы продают почти за бесценок грибов и ягод! А какие там хорошие придорожные кафешки, особенно в деревне Журавлево, что на границе областей! Каждый старается оформить в народном стиле, порции недорогие и большие: хватает "топлива" на полдня. Круглосуточно кормят проезжающих улыбчивые, приветливые, приятных глазу форм местные женщины. По ночам деревенские мужики стерегут их от недоброго люда. Со временем, мой желудок, приветствуя мир радостным урчанием, стал безошибочно определять приближение к Журавлеву, вне зависимости от направления следования, времени суток и года.

Как-то весной Томь, вдоль которой бежит трасса, вышла из берегов, затопив дорогу. Причем мы успели проскочить в Междуреченск, а обратно? На выезде из города на посту ГАИ нас задержали. Проторчав несколько часов, мы уже стали мысленно готовиться к ночевке - конца наводнению не было видно. Но вдруг всех начали пропускать в другом направлении, на картах нигде не обозначенном. Оказалось, это проезд через охраняемую территорию угольного разреза с противоположной от трассы стороны горного хребта. Широченные дороги накатаны БелАЗами-углевозами, но проехать можно. М-да... Такого грандиозного зрелища творения рук человеческих я не забуду никогда! Можете себе представить громадный, поросший тайгой горный хребет, разрезанный вдоль, как ножом, пополам? На рукотворных терассах, расположенных уступами вдоль хребта, громадные экскаваторы, срывающие угольные горы, казались малюсенькими игрушечками. А стодвадцатитонные БелАЗы, проезжая рядом с колесами которых становилось страшновато, вообще едва заметны. Я притормозил около снятого у дороги ковша экскаватора и зашел внутрь - небольшой дом, ставь крышу, и можно жить.

Разъезды на север и на юг области чередовали друг друга. Поездка в южном направлении была двухдневной с ночевкой в Осинниках у книготорговца Алексея - радушного, гостеприимного мужчины, которому, в знак благодарности, мы отдавали книги по себестоимости. Полноценный отдых водилы очень важен, поэтому дружба с Лешей была настоящей удачей. Вскоре мы уже так привыкли к регулярным визитам, что даже скучали друг по другу. Его супруга Татьяна готовила отличный стол к нашему приезду, а Алексей угощал прекрасным самодельным коньячным напитком. Наши визиты стали маленькими праздниками, расцвечивавшими скучную череду нелегких будней.